Шрифт:
1
Рим лежал у их ног, подернутый лиловато-розовой дымкой. Закат был странным: фиалковые тона неба напоминали о сентябрьских вечерах, но раскаленный докрасна солнечный диск был так велик, как бывает только на исходе июня. Мрамор террасы, расположенной на солнечной стороне дома, испускал сейчас тепло, накопленное за день, и ноги в тонких кожаных сандалиях не зябли.
Но по смуглым плечам, изящным рукам и высокой груди Валерии пробегал холодок, не имеющий ничего общего с легкими движениями вечернего ветра. Она пристально смотрела на Ливия Марка, ловя каждое его движение. Она смотрела на того, кого через несколько часов должна была потерять.
– Я вернусь, Валерия. Обещаю тебе. – Его губы двигались необычайно медленно, а голос лился будто с самого неба.
– Да. Мой брат тоже обещал, но боги забрали его душу.
– Сила моей любви к тебе превзойдет их волю.
– Не богохульствуй. – Валерия прижала подушечки пальцев к губам своего жениха.
– Не сомневайся во мне. – И он поцеловал ее пылко и требовательно.
Дверь скрипнула. В структуре мироздания ширилась брешь. И сквозь нее упрямо и въедливо просочились слова:
– Мисс Коллинз…
Какая еще Коллинз? – задала себе вопрос Валерия и, тихо охнув, растворилась в потоке прерванного сна.
– Да? – Сандра частенько засыпала на работе, и от этого выработалась привычка бодро и четко отвечать на любые вопросы и телефонные звонки. Главное – сделать вид, будто все идет как положено.
И не позволять совести измываться над тобой. Сама Сандра не слишком обижалась бы на нерадивую сотрудницу, потому что умиротворяющий душу труд библиотекаря дает сколько угодно времени для чтения, самообразования – и ровно столько же для фантазирования, переходящего в почти полноценный сон.
– Мисс Коллинз, мне нужны вот эти книги! И еще что-нибудь… толковое по микробиологии.
Протирание очков дало несколько спасительных секунд. Сандре наконец-то удалось сфокусировать взгляд на девушке, протягивающей ей распечатку из каталога.
Ну почему меня все знают, а я никого? – тоскливо подумала Сандра.
Вопрос к небесам остался без ответа. Со стороны неба. Сознание же подкинуло идею касательно того, что она, как и все библиотекари, носит бедж с указанием фамилии и должности: младший библиотекарь.
Конечно, младший! А на что я могу рассчитывать, будучи едва старше студентов, которые сюда приходят? – не унывала Сандра.
– Давайте посмотрим, мисс… – Сандре не удалось вспомнить имени посетительницы, да и не очень-то хотелось: какая-то заносчивая девчонка с претенциозной, по-голливудски белокурой прической и ультракороткой юбкой. Наверняка учится без стипендии, а ее родители платят кучу денег за образование дочурки. Такие нечасто заглядывают в библиотеку университета.
От книжных стеллажей как всегда пахло пылью. Сандру это удивляло: ну откуда берется пыль, даже если книги совсем новые? Можно взять здесь книгу, раскрыть ее и ощутить запах типографской краски. Сквозь запах книжной пыли, разумеется.
Из восьми томов, заказанных блондинкой (и что только эта звезда будет делать с таким кладезем науки?!), шесть нашлись без проблем, а вот два куда-то подевались. Шифры и реальность упрямо расходились: первые утверждали, что искомые книги обязаны быть в разделе В7, на полках согласно алфавиту, но в этих местах даже не было пустующих ячеек.
Опять Мэтт что-то напутал с электронным каталогом!
Даже рейд на самые верхние полки, осуществленный с помощью стремянки, не прояснил ситуацию. Чтобы немного отвлечь студентку, Сандра углубилась в ряды стеллажей и в одном из закоулков книжного царства сгрузила на тележку шесть справочников и пособий по микробиологии.
Пусть девочка учится!
– Манфред и Белони выданы, мисс, – недрогнувшим голосом объявила Сандра девушке, заметно погрустневшей при виде двух немаленьких стопок, которые тут же перекочевали ей в руки.
– Да. Понимаю. Спасибо. – Девица зашагала прочь.
Сандра сохранила на компьютере ее данные, считанные с пластикового читательского билета, и быстро набрала несколько цифр на панели внутреннего телефона. Конечно же ей не ответили. Мэтт вообще с крайней степенью презрения относился к звонкам служебного телефона, чем вызывал особенную нежность у коллег, которые в нем время от времени остро нуждались. Поэтому номер его сотового сотрудники библиотеки могли дарить друг другу на праздники в качестве дорогого подарка.
Сандра очень гордилась тем, что телефон этого несносного мальчишки попал к ней, что называется, из первых рук. И на ее звонки даже по большей части отвечали.
Вот и сейчас всего-то после девяти гудков в трубке раздалось заспанное:
– Привет, что случилось?
Качество звучания и особые интонации вовсе не свидетельствовали о том, что Мэттью Эльфман спал. В отличие от Сандры, с которой некоторые знакомые умудрялись разговаривать, не будя ее и не веря потом, что весь разговор она проспала, бодро и к месту отвечая «да» и «непременно», Мэтт обладал прямо противоположным качеством: по телефону его голос звучал всегда хрипло, тягуче и немножко возмущенно. Как будто его владельцу позвонили часа в четыре утра, когда все честные люди должны спать!
– А с чего ты взял, что у меня что-то случилось? – Сандра пошла в контратаку.
– Потому что, если ничего не случилось, ты звонишь мне после семи. Статистика. – Сандра ярко представила, как Мэтт осклабился. Судя по помехам, он находился сейчас в подвале, в книгохранилище.
– Ладно, дорогой компьютерный гений, признавайся: куда ты подевал Манфреда и Белони?
– Впервые слышу. Ты что, подозреваешь меня в каком-то зверском убийстве? – У семнадцатилетнего компьютерного мага была неподражаемая манера шутить.
– Отнюдь. Всего лишь в обычном для тебя халатном отношении к делу. «Морфология высших грибов» и «Теории происхождения жизни на Земле», – Сандра сверилась с распечаткой, – их шифры дублируют…
– Все, понял, признаю, не обновил файлы по этому подкаталогу.
– Мэтт?!
– Высоко лезть пришлось? – сочувственно поинтересовался Мэтт, проигнорировав угрожающую тональность восклицания Сандры.
– Мэтт!
– Ладно, к вечеру исправлю. Ой нет, завтра, этот диск у меня дома…
Сандра ударила большим пальцем по кнопке отказа.