Чтение онлайн

Плохо, что у него обычно не хватало терпения слушать отца. В то время ему было интересно только играть в бейсбол и демонстрировать свое мастерство перед девчонками, если они наблюдали за игрой.

Кстати о девчонках — или в данном случае — о женщинах. У него такое чувство, что особа в черном плаще — та самая, с которой он разговаривал по телефону и которая направила его к Блэлоку. В черном плаще и больших очках она напомнила ему таинственную женщину из кинофильма. Они обычно стоят в одиночестве на каких-нибудь пышных похоронах и оказываются «другой женщиной».

Вопрос в том, чьей «другой женщиной» является особа в черном. Дяди Харви? Даже если Блэлок знает, он не скажет. После пары коротких разговоров до и после похорон у Келла сложилось твердое впечатление, что банкир отнюдь не жаждет устанавливать какую-либо связь между своим клиентом и отцом Келла. С точки зрения душеприказчика, некстати явившийся родственник может замутить воду. Блэлок производил впечатление человека, любящего обходить все подводные камни.

Келлу следовало сразу уверить его, что имущество Харви его не интересует. Все, что он хочет, — это узнать о юности своего отца и, может быть, встретиться с двоюродными братьями или сестрами, если кто-нибудь из них живет поблизости.

След оборвался пятьдесят с лишним лет назад, когда шестнадцатилетний Эвандер Мэджи покинул родной дом. Келлу было четырнадцать, когда отец и мать погибли во время пожара, охватившего дом и уничтожившего все документы, и он никогда не интересовался своими корнями. О семье его заставили задуматься два обстоятельства: приближающееся сорокалетие и то, что он стал крестным отцом двух мальчишек-близнецов своего лучшего друга. Он впервые осознал, что является последним в роду Мэджи.

В голове снова мелькнула мысль о блондинке в забрызганном грязью плаще. Он любит блондинок.

Он любит женщин. Точка. В черном или нет. А еще лучше — вообще без одежды. По телефону она разговаривала довольно холодно, на кладбище выглядела замершей, промокшей и несчастной. Интересно, она уже оттаяла?

К вечеру дождь прекратился. Пока подруги попивали чай со льдом и перелистывали старые журналы, Дейзи отдыхала в плетеном кресле-качалке на крыльце. Она смотрела, как над живыми изгородями плывут розоватые облака, и с наслаждением вдыхала свежий запах сломанных веток и влажного переросшего питтоспорума.

Прошло немногим больше двух месяцев с тех пор, как ураган «Изабель», пронесшись над ревущей рекой, разрушил Мадди-Лэндинг и умчался дальше. Город еще не оправился от разгула стихии. Строители занялись восстановлением поврежденных зданий. Владелец дома, в котором Дейзи снимала квартиру, постоянно находил отговорки, объясняя ей, почему она не может вселиться в свою квартиру. Она понимает, на самом деле понимает, но черт подери, больше она не может оставаться в доме Харви. Ей нужно жить своей жизнью.

Растянувшись на диване, Марти и Саша говорили о DVD, который недавно взяли на прокат. Дейзи хотелось, чтобы они ушли. Тогда она займется шкафами, ящиками и полками, а потом поможет Файлин в последний раз навести порядок в комнатах, которыми не пользовались десятки лет.

— Перестань печалиться об этом бедняге, он жил полной жизнью, — проговорила Саша.

— Сомневаюсь, — тихо возразила Марти. — По-моему, Дейзи, ты говорила, что он был прикован к постели?

— Только последние несколько месяцев. После того, как перенес два инсульта. До этого он прекрасно передвигался в инвалидной коляске. И вовсе я не печалюсь. Я устала. Я обещала Эг… мистеру Блэлоку, что мы подготовим дом для осмотра к концу следующей недели.

— Для осмотра? Кто его будет осматривать?

Дейзи равнодушно пожала плечами.

— Полагаю, все те люди, которые звонят.

— Кстати сказать, он всегда был любезен со мной, даже когда машины, ожидавшие обслуживания, выстраивались в очередь, — сказала Саша.

Кто? Харви? Дейзи с усилием вернулась к действительности.

— В гараже у него очень чистенько — для гаража, конечно. И он честный, — продолжала Саша.

Вот оно что. Они, должно быть, говорят о потенциальном ухажере для Файлин.

— Откуда, интересно, вы это знаете? — удивилась Дейзи.

— Во-первых, — пояснила Саша, — когда на прошлой неделе он менял мне масло и проверял покрышки, он взял с меня столько же, сколько с Орена. — Орен был ее ближайшим соседом.

— Будем надеяться, что он не попытается надуть ее, чтобы выманить все ее сбережения, — заметила Дейзи. — Когда он обслуживает клиентов, ему, возможно, можно доверять, но…

— Послушай, мы ведь только пытаемся свести их вместе на первое свидание. Они ведь должны знать друг друга в лицо, как все в Мадди-Лэндинг? — Саша подождала, пока подруги согласно кивнут. — Они, вероятно, одного возраста — лет пятидесяти — и оба одиноки. Кто знает, он может один раз заглянуть ей в глаза и…

— И забыть обо всем на свете, — сухо договорила Марти. — Ну, хорошо. У Гаса сохранились зубы и волосы, а у Фай… согласитесь, у нее отличные ноги.

Однако совершенно очевидно, что с волосами у Фай просто катастрофа, а на лице больше морщин, чем на сухой апельсинной корке. Ее точный возраст покрыт мраком неизвестности, но она круглый год, за исключением самых холодных месяцев, носит белые туфли на резиновой подошве, белые шорты и эластичные колготы, так что ее ноги, которые действительно имеют хорошую форму, кажутся на первый взгляд обнаженными и приятно загорелыми.

— Вот увидите, он спятит, если она поведет его к себе домой.

Файлин жила в Крукид-Крик-Парк, и, согласно последнему подсчету, ее домик был украшен сорока семью бетонными скульптурами.

Саша хихикнула.

— Думаете, он ходит на местные благотворительные ужины? Не помню, что бы я хотя бы раз его там видела.

— Если ходит, значит, не умеет готовить.

— Или его интересует благотворительность. — Ужины устраивались с целью сбора денежных средств на различные благотворительные нужды, в последнее время — чтобы помочь горожанам, пострадавшим от урагана «Изабель». Подруги обнаружили, что это мероприятие чрезвычайно подходит для их целей — там можно было услышать последние сплетни и выискать, по выражению Дейзи, потенциальные жертвы.