Сумеречный Обелиск
Шрифт:
Фокус со светящимися саблями до сих пор не выходит из головы.
– Кстати, кроме воинских качеств я увидел в нем лидера и мудрого советчика.
– Не поспоришь, - ухмыльнулся Крим. – Если бы не Многорукий, этот болван Амай уже давно бы сгинул там в тоннеле. Клянусь всеми подземными богами – это Пайк уговорил сопляка увести клан в степь перед приходом орды.
– Даже так… - удивился я.
– Конечно, - уверенно сказал Крим.
– Это твое мнение?
– Не только, - сказал здоровяк. – Многие так тоже считают.
– Но Лаош… - попытался возразить я.
Крим насмешливо перебил меня:
– Старик не видит дальше своего носа. Если бы не ты - Рыжие Совы уже давно перестали бы существовать!
– Ну, в выживании клана не только моя заслуга…
– Вот видишь! Твоя скромность лишь говорит о твоей мудрости.
– Мне приятны твои слова, друг мой, но, увы, ты заблуждаешься. Это не скромность – это констатация неоспоримого факта. Клан, подобно нашему телу, не сможет жить без сердца, почек или печени. Все должно функционировать как высококачественный механизм. Иначе смерть. Но не могу не согласиться с тобой в том, что многое зависит от лидера.
– Вот и я говорю, - сказал, поднимаясь кальт. – Амай ни за что не решился бы уйти в степь.
Слова Крима Молота о Пайке и Амае были тем последним фрагментом пазла, который несколько дней не мог сложиться у меня в голове.
Я поискал глазами Многорукого. Вон он стоит за спиной сидящего на камне Амая. Как всегда, сложил руки на груди. Спокоен и холоден, будто кусок льда. Как говорится, «держит руку на пульсе», дабы молодой вождь не учудил еще чего-нибудь.
Проводив взглядом широкую спину Крима, я вернулся к прерванному занятию. Жму на пылающую иконку рюкзака. Видать нераспределенные балы за уровни требуют внимания. А может «знаний» уже под завязку? Надо выкроить несколько минут чтобы навести порядок.
Когда увидел, что является причиной переполоха у меня в рюкзаке, то сперва не поверил. Пришлось даже протереть глаза. Сердце замерло испуганным зайцем. Губы непроизвольно начали расплываться в глупой улыбке… Наконец-то…
Иконка плана-схемы Сумрачной твердыни наконец ожила. А я уж, грешным делом, подумал, что это никогда не произойдет. Помню тот день в столице. Когда в «Усталом путнике» пришлось активировать петрушино приложение, должен заметить, перепугавшее меня до икоты. Тогда все эти карты, планы и схемы казались несбыточной мечтой. Чем-то недосягаемым… И вот он я, стою посреди гигантской грибницы в шаге от очередного открытия.
С замиранием сердца открываю план-схему. Ярко-красным подсвечена одна точка. Оружейная… Спина стала липкой от пота… Неужели…
От изучения плана отвлекли крики солдат у противоположной стены. Вижу бегущего ко мне Дроя… Рванул навстречу…
Подбежав поближе вижу его улыбающуюся физиономию.
– Мы нашли еще одну дверь! – крикнул он издалека. – Похоже подземные боги любят тебя, Хранитель!
***
Каменные стены оружейной источали тепло и покой. Здесь было сухо, а благодаря свету факелов и довольно уютно. Хотя скорее, всему виной моя энанская натура. Мне всегда уютней, когда над головой камень.
Тускло-оранжевый свет факелов падал на вытянутые лица кальтов. Рты у многих смешно приоткрыты. Глаза горят в предвкушении будущей поживы. Народ с юношеским нетерпением ждет, когда я дам отмашку «набивать карманы».
Входная дверь в оружейную точь-в-точь похожа на ту, что отсекает Западный грот от внешнего мира. Даже форма ключа идентична.
Я уже прикинул. Тут спокойно пройдет телега, если потребуется. Да и сам зал оружейки был настолько широк, что эта самая телега, запряженная двумя овцебыками, могла бы спокойно развернуться по широкой дуге. Хотя могу ошибаться – свет факелов освещал только малую часть помещения.
К слову, когда открыл двери в нос ударил знакомый запах железа, масла и дерева. Здесь были стеллажи, заставленные всевозможными коробками и ящиками. Вижу большие бочки, деревянные сундуки, обитые железом, рулоны ткани и кожи. У левой стены стоит большой широкий стол, заставленный всевозможными шкатулками и ларцами.
– Что скажешь, Хранитель? – нетерпеливо шепнул мне на ухо Дрой. – Не томи. Народ заждался…
Я, оторвавшись от осмотра, протер глаза рукой и произнес, улыбаясь:
– Все готовы к дележу?
Меня накрыла волна дружного «Да-а-а!»
***
Так, как грот, а с ним и помещение оружейной перешли в наше владение – решили, что все обнаруженное добро лучше оставить здесь.
Сейчас я и Дрой наблюдали, как воины, нагруженные долей Амая, будто муравьи потянулись на выход из пещеры.
– Я до сих пор считаю, что четверть добытого – это слишком много для них, - недовольно буркнул Дрой.
– Все нормально, друг мой, - успокаиваю его я.
– Эти горе-вояки даже на десятину не навоевали. Всю работу сделали мы.
– У них тринадцать погибших.
– Кстати, вот еще одна глупость… - возмутился мой сотник. – Необязательно было давать семьям погибших… как ты там сказал...
– Компенсацию… - помог я.
– Вот-вот, ее самую… Гори она синим пламенем… Пусть вождь заботиться о женах и детях его погибших воинов.
Я твердо взглянул в глаза Дроя.
– Ты прав, друг мой. Вождь обязан заботиться о своих воинах и их семьях.
Сотник нахмурившись смотрел на меня. Постепенно, по мере того, как он начал осознавать, что я задумал его лицо просветлело.
– Хочешь сказать, что Волки…
– А почему бы и нет… По крайней мере, я не вижу препятствий…
Уверенность в будущем слиянии, пришла ко мне в тот, момент, когда я получил «зеленую» репутационную медальку клана Северных Волков.
Пусть нагребают. Рано или поздно, они все равно вольются в наши ряды. А лут… Все, что находилось в оружейной было «синего» качества. Материалы, кожа, дерево, металлы, камни - все это относилось к категории «редкие». Само собой, ничего из этого великолепия, ни Волки, ни Совы пока не могли использовать. На материалах стояло ограничение по мастерству. В общем, к тому моменту, когда у Волков появится возможность создать что-нибудь из той, стали, что они так самозабвенно тащат наружу – уверен – мы уже будем единым кланом.