Чтение онлайн

Совсем скоро раздастся стартовый свисток, и сейчас я, вместе с Толей и Хельмутом, разогревал Третьяка аккуратными бросками. У ворот Миннесоты образовался своеобразный советский междусобойчик. Остальные игроки в зелёном даже не стали присоединяться.

Всё потому что хоккеисты очень суеверны, Эванс перед шестым матчем вдруг вспомнил, что дважды за эту серию перед началом игры по воротам Третьяка бросали только русские, то, что Балдерис вообще-то латыш, тут было никому не интересно. Мы все для них русские. И оба раза мы выиграли.

В итоге 14 мая, у себя дома, на разминке только мы трое помогали Владу с подготовкой к игре. А после того, как смогли сравнять счёт в серии, это стало очередной приметой Миннесотой.

Разминка у нас достаточно монотонная, в ней работает тело, а не голова. Которая в свою очередь была занята мыслями о двух последних матчах с Эдмонтоном. Многие, я в том числе, считают, что перед важными играми, особенно если речь идёт о сериях, нужно максимально быстро забыть о результатах прошлых матчей и жить исключительно днём сегодняшним и предстоящей игрой.

Это правильно, но сегодня я почему-то задумался о прошлом.

12 мая мы приехали на арену в Эдмонтон в отличном настроении. Миннесоте удалось перевернуть ход неудачно складывающейся серии и превратить 2:0 в 2:2.

К тому же то, как легко мы растерзали нефтяников в последней игре, давало определенные основания считать, что дальше у нас тоже всё будет получаться куда проще, чем в первых трёх играх.

Предматчевая речь Пейджа случилась оптимизмом, и абсолютно ничего не предвещало проблем.

Но они у нас начались уже в первой же смене.

Гартнер получил шайбу от Гиллиса, вошёл в зону нефтяников и спустя минуту отправился в раздевалку со сломанным носом и буквально распалосанным лицом.

Силовой приём, кстати, совершенно чистый, который провёл Стив Смит на Гартнере привёл к тому, что моего крайнего нападающего впечатало в заградительное стекло. Которое не выдержало и буквально рассыпалось. Майк чудом избежал куда больших проблем, чем просто пропуск матча.

Стекло меняли минут двадцать, а когда игра возобновилась, мы открыли счёт. Перешедший в моё звено Толя Семенов очень удачно подставил клюшку после броска Беллоуза.

Но затем финская связка Эдмонтона, Курри — Тикканен, за минуту забросила нам две шайбы. Сначала Ярри превратил в гол отличную передачу Эссы, а потом отблагодарил партнера точно такой же разрезающей передачей на нашу синюю линию.

Защитники в обоих случаях выступили в роли статистов и ничем не смогли помочь своему вратарю. Третьяк тоже оказался бессилен.

В концовке первого периода мы с Мессье обменяли выходами один на один, притом произошли они с интервалом в какие-то пять секунд. Сначала Марк вышел один на с Третьяком, бросил тому в домик, но Влад отбил. Шайбу подхватил Мёрфи, и тут же отдал мне.

На скорости я проскочил мимо игроков Эдмонтона и оказался в одиночестве перед воротами Ренфорда. Бросил с кистей так, чтобы попасть впритирку с левой штангой, но канадец сыграл не хуже своего советского визави и отбил.

1:2 после первого периода.

Всю вторую двадцатиминутку, что мы, что Эдмонтон, играли без средней зоны. Скорости обеих команд были очень и очень приличные, но ничего кроме эффектных сейвов Третьяка и Ренфорда из этого не получилось.

Особенно классным получилось спасение, которое сделал Влад под занавес периода. Курри и Мессье сделали всё, чтобы финн оформил дубль, выкатившись вдвоём на наши ворота они пасами казалось запутали Третьяка, и Курри бросал уже в пустой угол.

Но совершенно кошачий прыжок из угла в угол, который исполнил немолодой уже Третьяк, помешал хозяевам выйти вперед.

По такой игре шансы были хорошими, что у нас, что у них. Но всё резко изменилось в самом начале третьего периода. В толчее у наших ворот Хоув очень неловко упал на Третьяка, и второй за игру хоккеист Миннесоты закончил матч досрочно.

И если потеря Гартнера была хоть и неприятна, но не смертельна, то вот травма Третьяка аукнулась сразу же.

Вместо Влада на лёд вышел Ярмо Миллис, который в регулярке больше отметился пожаром в наших воротах и бабочками, а не надёжной игрой и сейвами.

Третий период пятой игры в Эдмонтоне в очередной раз показал, что финн совершенно не тянет уровень НХЛ. 9 бросков за неполный период это не много, вполне себе рабочее количество.

Но из этих 9 бросков Ярмо пропустил 5. О его проценте отраженных не хотелось даже и думать.

А вот что хотелось после игры, так это подойти к нему и сказать «м…к, очко зашей». Три из пяти Миллис как раз и пропустил между ног, да еще и находясь в стойке.

Делать я это, конечно же, не стал, главным образом из-за того, что человеком, который сильнее всех переживал из-за этого поражения, стал как раз Миллис.

К чести Миннесоте мы на этом фестивале невиданной щедрости, устроенном Миллисом, не были статистами и смогли забросить 4 шайбы. Если бы не слабая игра Ярмо, мы вполне могли бы и взять этот матч. Но в итоге 5:7, и мы оказались в шаге от вылета.

Если бы травма Третьяка оказалась бы серьезней, то я даже не знаю, что бы мы делали. Но в итоге медики смогли поставить его на ноги, и хоть и на уколах, но Влад вышел на шестой матч.

Майк тоже смог принять участие в матче, лицо у Гартнера превратилось в один сплошной синяк, к тому же весь испещренный швами, но он не жаловался.

Для того чтобы сыграть, Майк сменил свой обычный шлем без визора, на специальный с защитной маской, наподобие тех, что носят юниоры.

Судя по всему Гартнер был очень разозлён на Эдмонтон, и именно он и стал главным героем вечера 14-го мая. Дубль в первом периоде, первый голевой пас во втором и еще две шайбы в третьем.

4+1 — это отличный результат для любого матча, тем более если мы говорим про плей-офф. Майк этим своим перформансом поставил личный рекорд в играх на вылет и заслуженно стал первой звездой матча.