Шрифт:
Глава 1
Ее всегда считали странной и непохожей на других. Молчаливая, тихая, незаметная, она казалась каким-то оторванным от повседневной жизни созданием, одинокой птицей, ищущей нечто, понятное лишь ей одной. Она не интересовалась ни дорогими вещами, ни крутыми гаджетами, истинное удовольствие ей доставляла только природа и книги, а также вкуснейшие заварные пирожные, которые частенько готовила ей бабушка.
Да, она была совсем непохожей на других. Именно поэтому сверстники никогда не понимали ее, а некоторые даже откровенно ненавидели, так как чувствовали в ней странную, внутреннюю силу, которой сами были лишены абсолютно.
Звали ее Настя Родионова. Она родилась и выросла в селе Медном, живописном уголке Краснодарского края, в котором обитали в основном зажиточные люди, спасавшиеся здесь от городского шума.
Настя была сиротой. Ее родители погибли много лет назад, когда ей еще не было и двух лет, и с тех пор ее единственной родственницей была бабушка Лена, единственный человек во всем мире, который всегда по-настоящему любил и понимал ее.
В школе к Насте относились без особой теплоты. Одноклассники, как уже было замечено выше, считали ее странной и неинтересной, но, возможно, дело бы только этим и ограничилось, если бы не Вика Соколова, самая красивая и популярная девочка в классе. Отец Вики обладал собственной строительной кампанией и слыл чуть ли не олигархом, что, по мнению его дочери, давало ей все основания вести себя нагло и высокомерно по отношению к тем, кто был ниже ее по материальному статусу.
Вика была ужасно задиристой и до того избалованной, что спокойно общаться с ней могли только те, кто самым жалким образом пресмыкался перед ней и угождал всеми возможными способами. Такое отношение к себе девочка любила и всячески поощряла. Надо сказать, она уже давно мнила себя кем-то вроде местной королевы и была твердо уверена в своем благородном и великодушном характере. Ее мнение о себе было до того высоко, что она просто не выносила тех, кто не смотрел на нее, как на богиню.
Именно таким человеком была Настя Родионова, непонятная тихоня, относившаяся к Вике, как к пустому месту. Вика ненавидела ее со всей жестокостью своего надменного сердца и прилагала все усилия, чтобы сделать ее жизнь в школе невыносимой.
Настя не была бедной, они с бабушкой жили в уютном, двухэтажном коттедже и имели вполне приличные средства, оставленные им покойным дедушкой много лет назад. Но Вика, искавшая любой повод придраться к независимой однокласснице, постоянно насмехалась над ее скромной одеждой (вполне красивой и опрятной, разве что не фирменного производства), а порой, в минуты особенно скверного настроения, даже цеплялась к тому, что Настя была сиротой.
Она и не представляла, как мерзко и грубо это выглядело со стороны, но Настя, в отличие от нее, видела это прекрасно, и потому никогда не возражала своей взбалмошной противнице. Это было ниже ее достоинства. Вику ее спокойствие приводило в еще большую ярость.
Даже внешне они нисколько не походили друг на друга. Настя была хрупкой, миниатюрной брюнеткой с большими, вдумчивыми, темно-зелеными глазами, а Вика – высокой, статной блондинкой с глазами цвета послеполуденного неба. Первая – спокойная, тихая, мягкая, вторая – напористая, властная, шумная.
Никогда Настя не хотела этой вражды. Но, несмотря на свой миролюбивый, покладистый нрав, трусливой она не была и, видя неправоту Вики, твердо и невозмутимо противостояла ей уже много лет подряд. Она была удивительно сильной и бесстрашной. То, что Вику поддерживали все остальные одноклассники, нисколько ее не пугало. Она знала, что представляла собой эта поддержка, и потому никогда не придавала ей особого значения.
В ее душе не было ни обиды, ни ненависти по отношению к Вике. Она лишь временами удивлялась ей, не понимая, как можно быть настолько глупой и неприятной. Да, как уже было не раз упомянуто, Настя была весьма странной девочкой.
А вот Вика была слишком понятной и неразумной. Если бы она смогла оценить ту огромную пользу, которую ей приносила независимая позиция Насти, она бы, возможно, смогла избежать тех трагических событий, которые вскоре на нее обрушились. Но она ничего не поняла, и это навлекло на нее беду до того страшную, что…
Но обо всем по порядку.
Началось все четвертого апреля, в понедельник.
С самого утра Вика находилась в отличном настроении. День обещал быть ясным и насыщенным событиями, впрочем, как и всегда в ее жизни.
Еще не дойдя до школы, она оказалась в центре всеобщего внимания, ее телефон так и разрывался от звонков многочисленных подружек, что также нисколько ее не удивляло. Она привыкла быть востребованной и всеми обожаемой, хотя, стоит заметить, в глубине души ей было очень приятно от того, что ее телефон почти никогда не молчал.
В классе она, как обычно, заняла свой трон на второй парте первого ряда, где ее сейчас же окружили охающие и ахающие одноклассницы (одноклассники стояли тут же поблизости, но активного участия в разговоре не принимали).
– Тебе купили новую блузку? – восторженно спросила Света Андреева, самая близкая подруга Вики, всегда сидевшая с ней за одной партой.– Боже, такая прелесть!
– Да, папа привез из Москвы, а там купил в каком-то французском бутике,– небрежно ответила Вика, хотя ей с самого начала было известно, что эта блузка привлечет к себе всеобщее внимание.– Что, нравится?
– Да вообще! Я такой красоты никогда раньше не видела!
– И туфли у тебя новые? – с восхищением спросила Аня Селезнева.
– Да нет, старые, просто я их редко одеваю, итальянские все-таки.
– Круто! Ты всегда так модно одеваешься…
– Да ладно вам,– сказала Вика снисходительно, хотя и она, и все остальные прекрасно знали, что скромности в ней не было ни малейшей.– Вы все неплохо выглядите. Я вам так скажу: если у человека есть хотя бы одна фирменная вещь, он уже не безнадежен. Ну а если нет, то его остается только пожалеть. В нашей компании ему точно нет места.
Все пришли в восторг от этого умозаключения, и хотя кое-кто не был до конца уверен в адекватности подобной логики, возражать Вике никто не стал.
И тут в класс вошла Настя. Она была одета в простые, черные брюки, длинную, белую водолазку и джинсовую куртку. Вид у нее был в высшей степени достойный и аккуратный, и Вика, знавшая, что все вещи на ней были пошиты, так сказать, «для масс», сейчас же осклабилась:
– Вот пример того, каким не должен быть уважающий себя человек!
Света громко расхохоталась, остальные тут же подхватили, ехидно наблюдая за Настей. Та совершенно спокойно прошла на свое место и стала раскладывать учебные принадлежности. Казалось, она даже не услышала язвительного замечания Вики. Как всегда, неугомонную блондинку это страшно разозлило.