Чтение онлайн

Тот вскинул голову и выпрямился.

— Где будет концерт? Конечно, хочу.

Бриэль чуть улыбнулась, а ее плечи расслаблено опустились.

— «У Роуди». — В ее голосе промелькнула гордость.

— Черт, да. Двигаемся тем же путем, да? Я могу побыть барменом, — поддразнил Брэйден, приобняв ее за плечи. — Прямо как когда я прикрывал твою задницу.

— Ты имеешь в виду единственный раз против всех случаев, когда я прикрывала твою?

— Детали, Бри. Как можно помнить дела такой давности?

Пока Брэйден шутил, на парковку заехала машина. Она затормозила поодаль от остальных, а потом резко сорвалась с места, разбрасывая грязь из-под колес. Описав круг, вновь остановилась.

Эмерсон вскинул в воздух кулак.

— За мной приехали. Увидимся, придурки.

— Ты не придешь посмотреть на группу? — крикнул вслед Брэйден.

Эмерсон не остановился, но развернулся и пошел спиной вперед. Он поднял руку в прощальном жесте и пожал плечами.

— Я видел достаточно групп и мне теперь насрать, как играет Бри.

— Да пошел ты, — крикнула девушка и показала ему средний палец.

Эмерсон рассмеялся и отвернулся. Когда открыл заднюю дверь, оттуда загрохотала тяжелая музыка. С переднего сидения ему протянули косяк, и он захлопнул дверь. Машина практически сразу отъехала.

Брэйден выругался.

— Это рекорд. Пять минут, как он вернулся, и снова это дерьмо?

Бри продолжила кусать губы.

Я скользнул по ней взглядом и ответил:

— Это неважно. Он облажается, а Ужасные Близнецы потом снова вернут его.

— Верно, — фыркнул Брэйден.

— Ужасные близнецы?

— Наши менеджеры, — ответил он. — Они близнецы, помнишь? Я рассказывал.

— Ой, да, — она взглянула на Присциллу, которая разговаривала с городским чиновником, — я забыла.

Я был уверен, что это не так. А когда она посмотрела на меня из-под ресниц, я заметил в ее глазах вопрос. Она хотела знать, спал ли я с Присциллой. Да пошло оно. Я стиснул зубы. Это больше не ее дело.

Глава 20

— Люк!

Я распахнул глаза и застонал. Даже не глядя на телефон, я прекрасно понимал: еще рано. Присцилла снова забарабанила в дверь бара.

— Люк, ну же! Я вижу тебя на койке. Вставай. У нас есть работа.

— Слишком рано.

Я перекатился на край кушетки. Присцилла продолжила долбить в дверь, и я прикрыл голову руками.

— Господи, женщина.

— Люк!

— Заткнись! — Я злобно посмотрел в ее сторону. Она видела меня сквозь дверь. — Иду. — Добравшись до входа, я распахнул дверь и проворчал: — тебе посрать приспичило, или что?

— Что? — она покрепче прижала к груди стопку папок.

— Я спал. Дай мне минуту, чтобы собраться. — Я посмотрел вниз, проверить, нет ли утреннего стояка. Он был, и я поправил джинсы, в которых и уснул. Все вещи в сумке оказались грязными, а я забыл, что здесь у меня чистых не имелось.

— Впусти. — Она прошла мимо меня. Осмотрев мой новый дом, сморщила нос. — Тут воняет.

— Помещение долго не проветривали.

Она двинулась к коридору.

— А где ван... — Она замолчала и постучала пальчиком по подбородку. — У тебя сзади есть квартира.

— Да.

Она развернулась и указала на диванчик.

— Но ты спал здесь, посреди бара... на диване, когда я вижу там край кровати...

Я закатил глаза и зашел за стойку, остро нуждаясь в кофе, а потом и в обезболивающих. Голова буквально раскалывалась.

— Люк.

— Что? — Я порылся в куче вещей, пока не нашел кофеварку. Слава богу. Какого хрена она лежала в самом дальнем углу?

— Почему ты спал посреди собственного бара?

Потому что квартира не стала для меня домом. Им стал бар, и мне не хотелось возвращаться обратно. Слишком много плохих воспоминаний и слишком много Бри, просто слишком. Я бы везде ее чувствовал.

— Потому что так захотелось, — прорычал я. — Хватит совать свой нос в мою личную жизнь. Это, — я указал на бар, — тебя никак не касается.

Она закатила глаза.

— Ладно, название у этого места подходящее. «Лачуга». В ней только и можно, что влачить жалкое существование. Я до сих пор не понимаю, зачем ты купил это, ну да ладно. Ты сегодня какой-то раздражительный. — Она указала на кофе-машину. — Раз ты достал ее, то я тоже хочу чашечку. — А потом Присцилла вскинула голову и смерила меня пристальным взглядом. Я узнал этот взгляд, и у меня оставалось достаточно времени, чтобы подготовиться к тому, что она собиралась мне предъявить, но женщина лишь произнесла: — Эмерсон становится проблемой.

Запустив кофе-машину, я прислонился к стойке за баром и, скрестив руки на груди, вскинул бровь.

— Ты это так сказала, будто я собираюсь с тобой спорить. — Я поднял руки. — Никаких споров. Я с тобой согласен, но это моя проблема, не твоя. Мы с ним разберемся.

— Ладно. — Присцилла положила обе ладони на стол. Именно в такие моменты она обычно отбрасывала условности и шокировала жертву острой как бритва безжалостностью. Я усмехнулся. На мне это не работало, но пусть попробует. И она попыталась.

— Позволь мне представить тебе некоторые факты...

Я рассмеялся, прерывая ее.

— Оставь их при себе. Эмерсон наш. Мы о нем позаботимся.

Присцилла закрыла рот, на мгновение пристально всматриваясь в меня, а затем окинула оценивающим взглядом и переключилась. Если она думала, что я заведусь или почувствую себя неуютно, то кое-что забыла. Я покачал головой, ухмыльнувшись.

— Присс, я рок-звезда. Твои повадки пантеры на меня не действуют. Они лишь показывают твой возраст и коготки.