Чтение онлайн

Получая каждую из фотографий, я пытался припомнить день, в который она была сделана. Поначалу моя память сама походила на снимок – яркий, но изолированный образ, – но стоило закрыть глаза и сосредоточиться, как время начинало течь вспять. Я вспоминал даже собственные мысли.

Напротив каждой фотографии я записал все, что помню об этих моментах – или, точнее, о тебе.

Альбом называется «То, что я должен был сказать».

Некогда я принес тебе клятву и сегодня, тридцать лет спустя, приношу еще одну. Отныне и навсегда я стану таким, каким мне следовало быть. Я буду романтичным мужем и постараюсь сделать прекрасными те годы, какие нам осталось провести вместе. Надеюсь, мои слова и поступки покажут, что я никогда и никого не любил так, как тебя.

Уилсон.

Заслышав звук шагов, я поднял голову. Джейн стояла на верхней площадке, падавший сзади свет смазывал ее черты. Касаясь рукой перил, она медленно начала спускаться.

В круге сначала появились ноги, талия, затем, наконец, лицо. Остановившись на полпути вниз, Джейн встретилась со мной взглядом. Даже издалека я заметил в ее глазах слезы.

– Поздравляю с годовщиной, – сказал я, и мой голос эхом отозвался в комнате.

Продолжая смотреть на меня, жена наконец сошла с последней ступеньки. С ласковой улыбкой она направилась ко мне, и я вдруг понял, что нужно сделать.

Я привлек жену к себе. От Джейн исходило знакомое тепло, ее лицо было мокро от слез. Мы стояли в старом доме, через два дня наступит тридцатая годовщина нашей свадьбы, я держал Джейн в объятиях и от всего сердца молился, чтобы время остановилось – отныне и навсегда.

Мы долго стояли рядом, прежде чем Джейн наконец шевельнулась. По-прежнему обнимая меня, она посмотрела мне в глаза.

– Спасибо, – прошептала она.

Я слегка сжал ее в объятиях.

– Пойдем. Кое-что хочу тебе показать.

Я провел ее через гостиную в заднюю часть дома, толкнул дверь, и мы шагнули на террасу, где стоял столик.

Хотя луна светила ярко, в небе над нами отчетливо виднелся Млечный Путь, похожий на россыпь драгоценных камней, а южнее появилась Венера. Слегка похолодало; когда подул ветерок, я ощутил волнующий запах духов Джейн.

– Я подумал, что можно поужинать здесь. Кроме того, неохота трогать столы в гостиной.

Джейн взяла меня под руку и взглянула на столик.

– Это чудесно, Уилсон.

Я сделал усилие: отошел от жены, чтобы зажечь свечи и взять шампанское.

– Вина?

Мне показалось, что Джейн не слышала моего вопроса. Она завороженно смотрела на реку, и ее платье легонько трепетало на ветру.

– С удовольствием.

Я вытащил бутылку из ведерка со льдом, взялся за пробку и потянул. Раздался хлопок. Наполнив два бокала, я подождал, пока уляжется пена, и долил оба доверху. Джейн придвинулась ближе.

– И как долго ты готовился?

– Весь год. Это самое малое, чем я мог искупить свою забывчивость.

Она покачала головой:

– Я не могу себе представить ничего прекраснее сегодняшнего вечера. – Джейн помолчала, – Когда я нашла альбом и твое письмо… Это самое удивительное, что ты когда-либо делал для меня.

Я снова заговорил о том, что это самое малое и так далее, но она перебила.

– Трудно выразить словами, как это для меня важно, – негромко сказала Джейн, а затем с хитрой улыбкой потянула меня за лацкан. – Ты чертовски хорош в смокинге.

Я вполголоса засмеялся, ощутив, как спадает напряжение, а потом взял ее за руку и слегка пожал.

– Мне очень жаль покидать тебя на этой высокой ноте.

– Но?…

– …но мне нужно взглянуть, как там ужин.

Она кивнула, чувственная и прекрасная.

– Тебе помочь?

– Думаю, уже почти все готово.

– Ты не против, если я побуду здесь?

– Нет, конечно.

Приготовленная на пару спаржа уже остыла, поэтому я включил плиту, чтобы ее подогреть, и помешал соус, потом открыл духовку и проверил, как там рыба. Через пару минут можно было подавать.

По радио передавали джазовый концерт; я потянулся к выключателю, когда неожиданно раздался голос Джейн:

– Оставь, пожалуйста.

– Почему ты не наслаждаешься природой?

– Без тебя все по-другому, – сказала она и в своей излюбленной манере облокотилась о стол. – Что, эту музыку ты тоже заказал специально на сегодня?

– Играют уже часа два. Подозреваю, под нее пройдет весь вечер.

– С ней связано много воспоминаний, – заметила Джейн. – Папа любил слушать джаз. – Она медленно провела рукой по волосам и задумалась. – Знаешь, они с мамой любили танцевать на кухне. Только что мыли посуду, а потом обнимались и начинали танцевать. Мне было лет шесть, когда я впервые это увидела. Тогда я ничего не поняла. Когда мы с Кейт подросли, то подсматривали за ними, хихикали и показывали пальцем, но родители только улыбались и продолжали танцевать, как будто на свете никого не было, кроме них двоих.

– А я и не знал.

– В последний раз они танцевали здесь за неделю до того, как переехать в Крик-Сайд. Я заглянула к ним в гости, заметила их через окно кухни и не смогла сдержать слез. Поняла, что вижу это в последний раз… У меня чуть сердце не разорвалось. – Она помолчала, а потом помотала головой, словно отгоняя видение. – Прости. Наверное, я испортила тебе настроение.

– Совсем нет, – ответил я. – Ной и Элли – часть нашей жизни, и это их дом. Честно говоря, я бы удивился, если бы ты не думала о родителях. Кроме того, сейчас самое время о них вспомнить.

Джейн задумалась над моими словами. Я вытащил рыбу из духовки и поставил ее на стол.

– Уилсон… – негромко позвала жена. Я обернулся.

– Если верить твоему письму, с этого дня ты попытаешься стать романтичным мужем. Это правда?

– Да.

– Значит, я могу рассчитывать на повторение сегодняшнего вечера?

– Если захочешь.

– В таком случае сюрприза не получится. Придется тебе придумать что-нибудь новенькое.

– Это не так трудно, как кажется.

– Да?