Чтение онлайн

Спальная была темна, --

Лишь в трюмо аркадой длинной

Комнат даль отражена.

Дмитрий с книгой сел в качалке.

Вдалеке, в тиши ночной,

Сторожей стучали палки

В звонкий камень мостовой.

ХХХIII

Книгу Иова читая,

Дмитрий думал: "О, блажен

Иов был! Что жизнь былая?

Бог послал ему взамен

Злых несчастий счастье снова,

И утраченных детей

Заменили для Иова

Семь прекрасных сыновей.

Награжденный вновь стадами

И верблюдов, и волов,

Умер он, насытясь днями...

Счастлив праведный Иов!

Для меня ж былое вечно,

Ряд несчастий и утрат

Не забуду я беспечно,

Их ничем не заменят!

XXXIV

Дорогих, погибших, милых

Слишком я любил, и вот,

Иовом я быть не в силах,

Счастья жизнь мне не пошлет!

Оживают сердца муки,

Встанут тени из могил

И ко мне протянут руки:

"Воротись, ты нас любил!"

Поняла ли Анна это?

Я не мог быть счастлив вновь...

В новом блеске жизни, света,

Возрождается ль любовь?

Нет прошедшему возврата,

Снов былых не воскресить,

Счастья бывшего когда-то

Счастьем вновь не заменить!

XXXV

Дмитрий опустил ресницы,

Полный горьких дум былых,

И перевернув страницы,

Снова прочитал на них:

"Люди мудрствовали сами

И неправо говорят:

Увенчаемся цветами,

Быстро вянет роз наряд!

Блага мира -- цвет весенний,

Кратко счастье юных лет...

Жизнь -- лишь прохожденье тени,

Смерть близка, возврата нет!

"Да, как юность, жизнь прекрасна!
–

Дмитрий думал: - Счастлив тот,

Кто, не мудрствуя напрасно,

Из цветов венок совьет!

XXXVI

Жалок тот, кто в день весенний,

Преждевременно устав,

Только прохожденье тени

Видит в жизни. Он неправ!

Для меня завяли розы

Прежде, чем я их сорвал...

Мир любил я, счастья грезы,

Солнце, моря синий вал...

Но предвидел смерть я рано...

Есть ли смерть? Из тьмы времен

Нам пророчески-туманно

Возвещает Соломон:

"Смерть не создал Всемогущий

И не радуется Он,

Если гибнет мир живущий.

Мир для жизни сотворен".

XXXVII

Да, рожденное, конечно,

Не для смерти рождено!

Неужели в тьме предвечной

Нам исчезнуть суждено?

Как? Чтоб в хаосе, в тумане

Мысль погасла, с тьмой слилась?

Чтобы дух исчез в Нирване,

Во вселенной растворясь?

Для того ль в своем горниле

Жизнь ковала смелый дух?

Мы страдали и любили

Для того ль, чтоб свет потух?

Нет, я правды смысл нарушу!

Жизнь дана, чтоб каждый мог

Сам свою достроить душу

В дни борьбы, страстей, тревог!

XXXVIII

Но слова ужасны эти,

В них пророческая тьма...

Что страшнее их на свете?

Не грознее смерть сама!
– -

"Полные грехов сознанья

В страхе все пойдут на суд,

И в лицо им их деянья

Приговор произнесут!"

Их деяния, их совесть!

Совесть -- тайный наш судья!

Он расскажет сердца повесть,

Ничего не утая...

Вижу прошлое в боязни...

Жизнь раскрыла свиток свой...

Что бичи, темницы, казни

Перед совестью живой!

XXXIX

Отдохнуть, молчать, забыться!..

Думать больше не хочу!

Ночь долга... Мне все не спится!.." --

Дмитрий тихо взял свечу

И, подняв над головою,

Он проходит комнат ряд...

Спальная одета тьмою...

В ней портьеры шелестят...

Приподняв их, в светлом круге

Со свечою Дмитрий стал

У трюмо... И вдруг в испуге

Отшатнулся от зеркал...

Дмитрий смотрит, полн смятенья:

Гладь зеркальная чиста,

В ней не видно отраженья...

Где стоял он -- пустота!

XL

В зеркале он видит ясно

Освещенный кабинет

И края портьеры красной,

Но его лица там нет!

– - Это смерть!
– шептал он глухо,

Уронив свечу из рук.

Громко, явственно для слуха

Дмитрий слышал сердца стук.

Бледный весь, шатаясь странно,

Дмитрий в кабинет вошел.

– - Смерть! Так скоро, так нежданно!
–

Он шептал, держась за стол.

В перебое учащенном

Сердце сжалось... Смолк суфлер...

И, схватясь за грудь, со стоном,