Чтение онлайн

— Да. А эпилепсия? Вы знаете, что эпилептику нельзя смотреть телевизор, у которого медленно «плывет» картинка?

Лейграф покачал головой.

— Совсем разные явления, Эл.

— Не уверен. Что, если термогард генерирует? Производит некий пульсирующий эффект?

— Это не объясняет значения поворотов. Анализ аварий со «стилетами», проведенный моей компанией, показывает, что практически все они происходили во время левых поворотов. Мое мнение — виновато рулевое управление.

— Нет, — твердо сказал Гаррод. — Это уже доказано.

— Разумеется, в момент катастрофы «Аврора» поворачивала… — Серые глаза Лейграфа слегка расширились. — Ведь можно сказать, что при посадке самолет поворачивает в вертикальной плоскости?

— Да. Это называется выравниванием. Только Ренфрю не успел выровнять. Он практически вогнал самолет прямо в землю.

Лейграф вскочил на ноги.

— Он повернул слишком поздно! И в том же беда водителей «стилетов». Они недооценивают время, которое требуется для пересечения противоположной полосы движения. Вот оно, Эл.

Сердце Гаррода тяжело осело.

— Что — оно.

— Общий фактор.

— Но куда он нас приводит?

— Никуда. Подтверждает ваши новые сведения, только и всего. Но я начинаю склоняться к мысли, что термогард действительно как-то влияет на пропускаемый свет… Предположим, изменяет длину волны обычного света и делает его опасным? Больной водитель или пилот…

Гаррод покачал головой.

— В таком случае менялся бы видимый через стекло цвет. К ветровым стеклам предъявляют много разных требований…

— Но что-то же замедляет реакцию водителей! — сказал Лейграф. — Послушайте, Эл, мы имеем дело с двумя факторами. Сам свет — фактор неизменный и человеческий…

— Стоп! Не говорите ничего! — Гарроду показалось, что пол под ним угрожающе накренился, и он стиснул подлокотники кресла. По лбу, по щекам пробежали холодные мурашки. И столь глубока была пропасть между логикой и пришедшей ему в голову мыслью, что он даже не смог сразу облечь ее в слова.

Через два часа, после мучительной поездки в бурлящем потоке транспорта, двое мужчин вошли в здание кремового цвета — исследовательский и административный центр компании «Гаррод транспэренсис». Стоял изумительный октябрьский вечер, теплый нежный воздух навевал тоску по прошлому. С автостоянки виднелся теннисный корт, окруженный деревьями, где белые фигурки доигрывали, быть может, последнюю партию сезона.

— Вот чем мне следовало бы заниматься, — горько посетовал Лейграф, подойдя к главному входу. — Ну объясните, наконец, зачем вы меня сюда притащили?

— Потерпите. — Гаррод словно со стороны чувствовал свою острожность, осторожность человека, не уверенного в твердости почвы под ногами. — Боюсь каким-то образом заранее вас настроить. Я кое-что вам покажу, а вы мне скажете, что это значит.

Они вошли в здание и поднялись на лифте на третий этаж, где находился кабинет Гаррода. Помещения казались вымершими, но в коридоре их встрели коренастый мужчина с отвертками вместо авторучек в нагрудном кармане.

— Привет, Винс, — сказал Гаррод. — Вам передали мою просьбу?

Винс кивнул.

— Да, но я ничего не понял. Вам в самом деле нужна подставка с двумя лампами? И ротационный переключатель?

— Именно. — Гаррод хлопнул Винса по плечу, словно извиняясь за тайну, и вошел в кабинет, где рядом с большим неприбранным столом стоял кульман.

Лейграф указал на доску, занимавшую целиком одну стену.

— Вы действительно ею пользуетесь? Я думал, что их можно увидеть только в старых фильмах Уильяма Холдена.

— Мне так легче сосредоточиться. Когда задача на доске, я могу работать, что бы ни творилось вокруг.

Гаррод говорил медленно, рассматривая импровизированное оборудование на столе. На маленькой фанерной подставке были установлены две лампы и ротационный переключатель с регулировкой скорости, соединенные изолированным проводом. «Наступит день, — безучастно подумал Гаррод, — когда лучшие научные музеи мира будут драться за эту кустарщину». Он включил схему в сеть, лампы замигали, после чего он отрегулировал переключатель таким образом, что секунду лампы горели, секунду гасли.

— Как на Таймс-сквер, — насмешливо фыркнул Лейграф.

Гаррод взял его за руку и подвел к столу.

— Посмотрите внимательно: две лампы и переключатель, включенные последовательно.

— У нас в Калифорнийском технологическом в компьютерном курсе такого не было, но суть, кажется, я улавливаю. Полагаю, мой мозг в состоянии постичь представленное хитросплетение передовой техники.

— Я просто хотел убедиться, что вы понимаете…

— Ради бога, Эл! — Терпение Лейграфа начало истощаться. — Что тут понимать?!

— Смотрите. — Гаррод открыл шкафчик и достал кусок на вид обычного, хотя и довольно толстого стекла. — Термогард.

Гаррод поднес его к столу со схемой и поставил вертикально перед одной из ламп.

— Ну, как там себя ведут лампы? — не глядя, спросил он.

— А как они могут себя вести, Эл? Вы ничего… О боже!

— Вот именно.

Гаррод наклонился и посмотрел на лампочки сбоку, примерно под тем же углом зрения, что и Лейграф. Лампочка за стеклом все так же вспыхивала с интервалом в одну секунду, но несинхронно с другой. Гаррод убрал стекло, и лампы стали вспыхивать одновременно. Снова поставил — появился разнобой.

— Я бы не поверил, — произнес Лейграф.

Гаррод кивнул.

— Помните, я говорил, что термогард не должен был быть прозрачным? Очевидно, свет проходит сквозь него с трудом — с таким трудом, что на сантиметр пути требуется чуть ли не секунда. Вот почему у водителей «стилетов» столько аварий, вот почему пилот практически вогнал «Аврору» в землю. Они сбились с шага времени, Карл. Они видели мир таким, каким он был секунду назад!

— Но почему же эффект особенно проявляется при поворотах?