Чтение онлайн

– Есть, товарищ майор, – хором ответили сотрудники.

– Удивительная вещь, – подумал Степан, идя по коридору, – ну неужели ещё кому-то интересно это виртуальное насилие? Но, видимо, да. Спрос рождает предложение. И если есть такие как этот торговец – значит, кто-то ещё покупает эту гадость.

Степан вспомнил, как проходил запрет виртуальных наркотиков. Тогда группа учёных провела обширный эксперимент, изучила статистику по подростковой преступности, детским заболеваниям и многое другое. И пришла к выводу, что большинство компьютерных игр негативно влияют на физическое, психическое и духовное развитие человека. Дети, которые играли в жестокие игры – становились агрессивными, бесчувственными, безжалостными. У них тормозилось психическое развитие. Они становились эгоистичными и склонными к насилию. Но самой интересной стала статистика нескольких лет после запрета на виртуальные наркотики – подростковая преступность снизилась в десятки раз, а жалобы на социофобию, социальную неадаптацию, немотивированную агрессию, депрессию и прочие подростковые психологические недуги – практически и вовсе сошли на нет. Степан также вспомнил, что его отец рассказывал ему, как сам в подростковом возрасте подсел на компьютерные игры. И очень быстро безобидное увлечение превратилось в зависимость, которая «съедала» всё свободное время. Игровая лихорадка постепенно вытеснила из его жизни всё. Сначала из жизни ушла любимая спортивная секция, потом резко ухудшилась успеваемость в школе. Отец Степана рассказывал, что перестал читать, слушать любимую музыку, общаться со сверстниками. Он стал скучным собеседником, кроме как о любимых играх – с ним не о чем стало говорить. И друзья стали звонить и заходить всё реже и реже.

Закончилось тем, что он не смог поступить в институт, на любимую специальность, о которой мечтал с детства, потому что последний год перед экзаменами – практически перестал ходить в школу, проводя всё время в ближайшем интернет-кафе. И только это позволило ему одуматься тогда – придя домой, после проваленных экзаменов, он просто выкинул компьютер из окна. Эту историю отец рассказал Степану, когда ввели запрет на игры. Он признался, что с облегчением вздохнул, потому что переживал, что сын тоже может «подсесть» на эту гадость. И именно в тот день у Степана впервые возникла идея о том, чтобы пойти служить в милицию. Не для того, чтобы «сделать карьеру». Нет. Для того, чтобы защищать детство.

Степан проснулся в отличном расположении духа. Впрочем – как и всегда. Сегодня был выходной день, а он давно уже собирался сходить в кино. Как раз в прокате показывали старый фильм – «Прекрасная зелёная». Картина была ещё из позапрошлого века, но несмотря на это – с невероятно позитивным посылом.

– Удивительно, – подумал Степан, – как режиссёр, показав более развитую в отличие от тогдашних землян цивилизацию на другой планете – буквально предсказал будущее для Земли. Всё-таки не зря говорят, что мы своими мыслями – программируем реальность. Ну да ладно, рассиживаться нечего, ведь сеанс уже через несколько часов, а ещё столько всего нужно сделать.

Степан встал, умылся, одел спортивную форму и отправился на спортплощадку. Каждое утро у него начиналось с физкультуры – этому его с детства научил отец. Он же приучил его рано вставать – ещё до восхода.

– Это неуважение к нашему солнышку, – шутил отец, – спать, когда оно уже проснулось.

Вернувшись домой, Степан переоделся и отправился к трамвайной остановке. Пройдя по Малой Бронной, он что-то почувствовал и решил осмотреться.

– Турникет ищете, гражданин? – улыбнулся прохожий, – сюда пожалуйте, прямо и выйдете куда надо.

– Дежавю какое-то… – удивился Степан, – как будто я это уже где-то слышал. И прохожего этого видел. Точно! Это же как раз здесь мне недавно снился этот кошмарный сон!

Степан невольно вздрогнул, вспомнив недавний сон на Патриарших и отправился к трамвайной остановке. Уже через пару минут подлетел трамвай. Степан зашёл в вагон и расположился у окна. Напротив него сел гражданин в дорогом сером костюме и тростью с набалдашником в виде пуделя.

– Вот так совпадение… и этого я где-то видел, – снова отметил про себя Степан, – странно как-то день начинается.

Тем временем гражданин в сером костюме в знак приветствия приподнял серый берет, надвинутый на ухо, и посмотрев прямо в глаза Степану – еле заметно прищёлкнул пальцами.

– Чего ему надо… – едва успел подумать Степан, и голова его упала на грудь.

Степан очутился в тёмном кинозале. Вопль с яркого экрана заставил его ужаснуться. На экране виднелись жуткие окровавленные челюсти, скривившиеся в злобной улыбке. Затем по барабанным перепонкам Степана ударил автоматный трест.

– Боже мой, сколько шума-то!? Да настоящий автомат стреляет и то тише. Что это такое? – выкрикнул Степан, но даже не услышал своего голоса.

Тем временем он оглянулся вокруг и увидел, что зрительный зал полон людей, которые казалось, ничем не встревожены. Они что-то жуют, опуская руки в огромные вёдра, и не сводят глаз с экрана.

– Безумие какое-то, – подумал Степан, – они что, под гипнозом? Да… похоже да.

Он вспомнил, как в школе милиции его учили диагностировать психическое состояние человека, и отметил про себя, что люди, судя по их мимике и движениям – находятся в изменённом состоянии сознания.

– Так… а как, собственно, я тут оказался? – проговорил Степан, снова не услышав своего голоса, – надо выбираться отсюда, пока я так же, как они, не впал в гипноз. И подмогу вызвать.

Пытаясь вспомнить, как он сюда попал, Степан подумал о том, что читал в учебниках, какие раньше были фильмы и что крутили в кинотеатрах. В книгах подробно были описаны исследования психологов и психиатров о том, как на сознание влияет подобное «искусство», да ещё в такой громкой навязчивой подаче. Степан всё это читал просто, как теорию, ведь такие фильмы были запрещены ещё до его рождения. И воспринимал эту информацию как совершенно для себя бесполезную, да и вообще – похожую на бабушкины сказки. Теперь же, попав в самую гущу событий, он чувствовал себя ужасно. При отборе в школу милиции он проходил десятки тестов и обследований на физическую и психологическую устойчивость, поэтому здоровье у него было идеальное, но сейчас даже он ощущал неприятных привкус во рту – от этих криков, стрельбы и быстрой смены красочных картинок у него закружилась голова, к горлу подступала тошнота, а в глазах всё двоилось.

– Как же эти люди всё это выдерживают, да ещё и жуют что-то? – удивился Степан, но затем, вспомнив лекции по гипнозу, сразу нашёл объяснение – а, ну понятно, они же не контролируют себя. От такого оглашающего потока визуальной и звуковой информации, их критическое восприятие полностью отключено, так как не способно отслеживать и анализировать события. В таком состоянии вся информация записывается прямиком в подсознание, поэтому тело не реагирует и не пытается защитить себя, хотя весь этот ментальный мусор – идёт прямиком на подкорку.

В это время на экране снова раздался душераздирающий вопль и у Степана застучало сердце.

– Ужас какой. Это если моя устойчивая нервная система так реагирует, что же происходит с этими несчастными? С виду то они спокойны, а вот что сейчас творится в их голове – это же страшно представить. Теперь понятно, почему в те времена такой уровень преступности был и откуда такая печальная статистика по нервным и психическим расстройствам. Люди же сами разрушали свою психику, думая, что просто развлекаются.