Шрифт:
ОТ АВТОРА
Народную сказку издревле называли целительской, так. как она направляет на очищение души и тела от боли по старинным секретам словянской культуры.
Осознавая сказку, раскрашивай рисунки согласно своим чувствам, ощущениям, своему видению жизни и смерти, возникших при чтении сказки.
Когда сказку читают и раскрашивают дети да взрослые, они окунаются в удивительный мир своего Начала. Они идут за своими знаниями построения своей Жизни, за силой и мудростью в глубинные слои своего сознания.
Раскрашивая рисунки, взрослые и дети выражают в них свою боль: в цвете, в форменности действия сказки, в выражении эмоций героев… Этим родной дух человека изгоняет из души и тела глубинную и поверхностную боль, да вселяет в них жизненную силу.
Раскрасив сказку, необходимо ее сжечь на живом огне. Огонь является мостиком между Земным и Небесным миром Света и Тьмы.
При этом разрушительное уходит из человека безвозвратно. А то, что в раскраске каждый выразил свое Жизненное, возвращается к нему наполненным Небесной силой.
Словянские народные сказки – это наша с Вами история, которую мы с Вами и сложили, живя свою Жизнь в радости и в горе. Как взрослый, так и ребенок, прикладывая сказку к своей Жизни, для себя может увидеть выход из сложившейся в жизни трудной ситуации. То, что мы долгие годы не можем найти. Сказка-раскраска позволяет это сделать, ведь это один из древнейших способов в словянской народной культуре пробуждения в себе своей Жизненной силы для взрослых и детей.
СВЕТОСОЛНЫШКО
В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь да царица. У них долго не было детей, и они уже отчаялись ждать, что боженька над ними смилуется и одарит их дитём.
Но как только они поразмыслили о своей старости, да о своём царстве: кому они станут своё царство передавать, так боженька над ними и смилостивился, да послал к ним целительницу. Она царю и царице помогла избавиться от их недуга, и они приняли у себя дитя.
Растёт дитя. Уже ходит. Царица, как курица-наседка, возле него крутится, приговаривает: «Не дай бог упадёт, шишку себе набьёт, ещё покалечится». Она оберегает дитя днём, а ночью – караулит царь. Свой долг отдают, усталости не зная. Шумных слуг разгоняют, сон дитя оберегают.
А дитю действия царя и царицы нравятся. Оно горя не знает, да окружающими помыкает.
Так дитя вырастает и обряд на определение пола проходит. Да обозначают её девкой, а нарекают – Светосолнышком. Да растёт она девкой своенравной, разбалованной: это ей не так, да то не эдак. На то слуги уже плачут, а царь с царицею тешатся. Между собой спорят и тягаются, своими достоинствами похваляются, которые дочке передали. А коли что не так случается, то это от недогляду слуг, таких-сяких.
Светосолнышко чахнет, вянет, как цветок в хрустальной вазе. Ей, цветку небесному, воздуха в царских палатах не хватает. С каждым днём она всё больше увядает да кричит: «Верните меня на Землю-Матушку, мне здесь холодно и голодно. Я сижу, точно в темнице». И стонет: «Мне больно, больно, больно», – но её никто не слышит и человека в ней не видит.
А Светосолнышко ничего понять не может. Злится, про себя гнев таит. Скалится, её злость на мир её же глаза застилает. Сама никого не видит, да никого не слышит. На слуг кричит, их лупит. Зубами скрипит, искры из себя пускает, отыгрывается. Уж не знает, что делать, куда бежать.
Царь с царицею заботятся о царевне, соломку на пути стелют, а она по другому пути идёт. Они свои ручонки к царевне тянут, достать её не могут, а царевна царю и царице мстит, веселится да им назло делает. От помощи их отворачивается, да кричит: «Я сама! Сама знаю, как мне жить!!»
В один прекрасный, а кому ненастный день царица тяжело заболевает. Лежит при смерти. Царь возле неё крутится, свою заботу ей отдаёт. А царевна радуется: мол, на одного тирана меньше станет.
Так день проходит, второй пролетает. А на царевну никто внимания не обращает. Никто ей не указывает как жить. Тогда она впервые размышляет о своей Жизни. Видит, кто для неё царь и царица. Да кто она сама им. И осознаёт царевна свою потерю, коли царица умрёт. Да бросается к ней просить прощения за свои деяния.
Дале царевна к царю подходит, да прощения у него просит. Царь от дива такого аж приседает, да слова в ответ вымолвить не может. Только слеза его течёт, глаз обжигает, да остановиться не может. Царь царевну прощает, и царица выздоравливает.
Царевна поклон до самой Земли Матушке и Батюшке отбивает, да им сказывает: «Вы делали так, чтобы я в разум пришла, и как могли мне мир показывали. А я воевала для того, чтобы место своё под солнышком ясным определить. Вы своей заботой его от меня застилали, а мне его видеть хочется. Да вам показать, что нам жить пора каждому для себя, и помогать друг другу не соломой, а плечом, советом да дружбой».
Так они живут-поживают припеваючи. Царством правят да путь царевне освещают делом, советом да плечом.
Светосолнышко вырастает, да сама в царство царевича приводит. Царь с царицей пир закатывают, да царский свой род обновляют. Силу Жизни в разум направляют, а ум отодвигают.
Тут и сказке конец. Гонцам гонец, чтобы боль не запускать, а её разбирать. Разбирать, да плакать. Душу открывать, да духом обогреваться. Волю выпускать да булатный меч в праву руку брать, а в леву щит. Да силу в теле вихрем молодецким направлять, чтоб на вый идти.
Да очищать поле ратное, да душу прекрасную от гари черной, от невзгод ненастных. Чтоб жизнь проснулась, да солнце зажглось. Путь жизни осветился, да любовь путеводной нитью-рекой текла.