Чтение онлайн

Сам знаешь, какое у гражданской публики отношение к вербовочным пунктам. Только поэтому этого «деревенского звездюка» никто пока не прибил, а он только молчит, гадёныш, и всем дружески улыбается.

Заодно и я «посмеялся»: ты бы слышал, как меня на личном приёме драл губернатор за все эти чудачества. Пару связок я новых услышал. Хорошо, что его превосходительство из наших — двадцать пять лет командовал штурмовиками Ченстохоновского гвардейского корпуса. Пришлось рассказать всё от начала до конца.

Губернатор сразу в эту пикантную историю не поверил, а потом посмеялся и сказал, что рекомендацию в учебный штурмовой полк выпишет собственноручно. Мне только такого позора не хватает на мою седую голову. — Военком прервался, угрюмо глядя в только ему ведомую точку на плацу.

Гранд-майор прекрасно понимал своего сослуживца и наставника. После такого конфуза хоть стреляйся. Если кандидат в корпус пластунов, без попытки сдачи нормативов, будет отправлен в штурмовой корпус, полковнику останется только уйти в отставку. Да и то, если сам успеет. Господа офицеры могут и на дуэль вызвать до смерти виновника несмываемого, для большей части офицеров-пластунов, позора. Великолепное завершение многолетней карьеры.

— А этому «герою» на всё по-хрену. — Продолжил полковник.

— Он уже третий день «Ваньку валяет»: жрёт как не в себя, тренируется, да спит от отбоя до подъёма. Но есть одна необъяснимая странность… два дня он всё своё свободное время на тренажёрах проводил, а как ты приехал на скамейку переместился. Как чувствует, что ты по его душу подтянулся.

— Погоди «Старый»! Как ты говоришь его фамилия? — Спросил озадаченный гранд-майор.

— Вспомнил, наконец-то? Платон Гордеев. Сын Тихона Гордеева — героя Акадийского конфликта. Старший сын Тихона пропал без вести в провинции Эль-Джашуд. Дослужился до старшего унтер-офицера во втором разведывательном батальоне. Погиб смертью храбрых — остался прикрывать остатки своей разведгруппы и сгинул с концами. Сам помнишь, какая мясорубка тогда была. Посмертно награждён орденом Святого Георгия.

Средний сын — магистр Нижегородского технологического университета. А это младшенький — ему всего двадцать один год, но он уже чемпион Империи по стрельбе из боевого лука, а в прошлом году стал третьим по казацкому десятиборью. Видимо, поэтому семья Гордеевых постановила, что в армию идти ему, а не среднему сыну. Тот недавно женился и у него двойня родилась. Так что по поправкам к императорскому уложению от двадцать седьмого года средний сын со службой пролетает и служить отечеству младшему Гордееву.

— Ладно. Давай на него посмотрим. — Всё так же, не отрывая взгляда от необычного призывника, задумчиво сказал гранд-майор, а «мелкий звездюк» встал и, не торопясь, направился прямо к центральному входу в ГВП. Как будто чувствовал, что говорят именно о нём.

Отставной гранд-прапорщик Первой Гвардейской Императорской дивизии пластунов Платон Гордеев подкинул пару поленьев в топку древней печки и закрыл массивную чугунную дверцу.

«Посмотрели» — Платон усмехнулся, воскрешая в памяти такие далёкие, но невообразимо приятные для него события.

До входа призывник так и не дошёл, как будто растворившись в знойном мареве июльского полудня. Дежурный по контрольно-пропускному пункту старший фельдфебель Каледин божился, что «мелкий звездюк» через дежурный караул не проходил.

Расстояние от скамейки на Аллее Погибших Героев до КПП сто пятьдесят метров. Пропасть просто нереально, но «звездюк» как сквозь землю провалился.

Просмотрели записи камер наружного наблюдения. Деревенский увалень, не торопясь дошёл до крыльца, вышел из поля зрения фронтальных видеофиксаторов и… исчез. Куда делся этот мелкий засранец никто так и не понял. Обзорные видеофиксаторы, что стоят на углах здания, мигнули и отключились на две минуты семь секунд, что само по себе было чрезвычайным происшествием около вселенского масштаба.

Военком поднял техников видеоконтроля, дежурную роту и три учебные роты призывников и устроил, для всего персонала вверенной ему части, весёлую развлекательно-познавательную игру под названием «найти мелкого звездюка пока не началось».

Зная, что господин полковник влёгкую устроит это «началось» всем служащим ГВП, включая привлечённых на время призыва гражданских специалистов, «звездюка» искали с просто-таки фантастическим рвением.

Полтора часа всё это сборное стадо, возглавляемое, медленно закипающим как самовар, господином полковником, изображало лёгкий детский крик на лужайке. Результат — хрен по деревне. (То есть удивителен своей непредсказуемостью).

Одного призывника ударило током на тактическом симуляторе. (Какого мужского полового органа он там делал, никто внятно объяснить так и не сумел). Шестеро споткнулись об унтер-офицерские кулаки, и один старший фельдфебель удостоился дружеских поглаживаний от, не далее, как четырьмя минутами ранее, отодранного господином полковником штабс-капитана Гельшмана-Ревельского.

В принципе, через пару дней из санчасти старшего фельдфебеля выпишут, а несколько позднее обязательно в извращённой форме помеют за то, что тактический симулятор, вообще, бьёт током всяческих остолопов.

Обед с весёлым свистом пролетел мимо всех участников этого необычного для служащих ГВП времяпровождения, отчего все резко полюбили «эту деревенщину». (Эпитеты в адрес юного, но такого необычного призывника были много разнообразнее и значительно эмоциональнее).

Через один час тридцать девять минут доведённый собственными подчинёнными до белого каления господин полковник, сопровождаемый всё больше недоумевающим гранд-майором, вошёл в свой собственный кабинет и обнаружил «мелкого звездюка» спокойно сидящего за столом губернского военкома и неспешно попивающего чай из личного самовара хозяина кабинета.

Надо сказать, что господин полковник оказался человеком железной выдержки и просто-таки поразительного такта — всё же благородных кровей. Военный аристократ, князь по происхождению, даже почти не ругался. Только задал простой и логичный вопрос: «Как мля?» раскрасив его всевозможными деепричастными оборотами, невообразимыми предлогами и разнообразнейшими местоимениями.

— Ой, господин полковник! — Простодушно ответил призывник.

— У ваших техников стоит такая древняя защита от проникновения, что было грех не воспользоваться таким нежданно-негаданным, но очень своевременным, подарком. Вот глядите — кнопочку нажимаете, и видеофиксация неожиданно отключается. Включается автоматически через две минуты и семь секунд.