Чтение онлайн

Вот Смотритель выходит навстречу очередной горстке паломников и поднимает руку в приветствии-предостережении, и люди… Несмотря на все стальные-квантовые потроха, люди! – послушно замирают перед низеньким бортиком.

Шестнадцать шагов по ржавой почве, затем четыре деревца, а вокруг лепестки белой метелью, а надо всем этим, за невесомой пленкой гигакупола, рыжее неземное небо. Надо всею Элладой, над всеми двумя тысячами километров низменности, одинаковое рыжее небо, и все цвета горячие, беспощадно-сухие. Холодный оттенок лишь в поселении: бирюзовый металл модулей. И то на самом старом еще видны обрывки пламенно-оранжевого номера: один, один, четыре, шесть, потом чешуйки необсыпанной краски.

И человек, старик с ведром и лопатой. Осколок Земли, живая память, концентированная вечность, зачерпнуть которой приходят колонисты, улетающие в самом деле далеко: на Процион, Денеб, Альтаир и Арктур, Глизе и Проксиму.

Смотритель провожает всякого безмолвно и обыкновенно, занимаясь только четырьмя деревьями. Поливка, подкормка, состав почвы, размах корней… Если дереву не мешать, если вовремя срезать больные ветки, даже простенькая яблоня растет почти бесконечно. Скрипят колеса истории, хрустят политики. Зарождаются, возносятся, надламываются и рушатся религии. Мельтешат моды.

Угол Натариса и Бредбэри пребывает в покое, излучает покой, воплощает покой. Меняются одни только даты на часах: 4119, 4191, 4911… Давно исчез ненужный гигакупол над Элладой, далеко на севере Марса уже плещется океан, уже все больше по Марсу ходит обычных людей, не нуждающихся в адаптации к пониженному давлению, к слабой относительно Земли гравитации; даже цвет неба уже не настолько едко-ржавый…

А Смотритель все так же подрезает ветки громадных деревьев и все так же безмолвно провожает в далекие пути людей, не делая различий между биологической классикой homo sapiens sapiens, эпатажным вычурным киборгом и новомодной энергетической формой.

Впрочем, сейчас перед ним посетители обычные. Разве что против света не разобрать, мужчина или женщина, или вообще конструкт. Но Смотритель знает, он давным-давно ждет именно их, и потому бестрепетно протягивает руку левому силуэту, что повыше:

– Приветствую, Шепард! Рад вас видеть.

Переводит взгляд на аватару Тумана рядом с гостем: совсем еще молодая, последнего выпуска.

– Смотрю, и Норма с тобой.

Нагнувшись, человек без усилия откидывает крышку люка – вниз, под корни священных и вечных яблонь.

– Раз у вас все готово, прошу следовать за мной. Я включу маяк.

Маяк работал на левом траверзе. Высота маяка… Так, почти шестнадцать метров над уровнем воды. Две белых вспышки… Десять секунд и опять пара белых. Десять секунд, и снова то же самое. Подождал минуту – ритм не изменился. Выходит, световая характеристика FL(2)W, 10s. Открываем лоцию… Таких маяков много. Скажем прямо, до черта их в List of Lights. Но вот сочетание вспышек с конструкцией "бетон плюс фахверк", и шестнадцать метров над уровнем воды… Такой маяк, на наше счастье, один. Его номер 27467 К08132 Addu Atoll, страница 434 том К List of Lights. Что про него пишут? Широта 0 36.7' S, долгота 73 08.9' E, пометка: заросший кустарником островок, bushy islet. Совпадает и это: все заросло джунглями, уж с момента последней сверки списка так точно…

Судя по координатам, я чуть севернее крайнего мальдивского острова – атолла Адду. Арабы называют пятидесятикилометровое ожерелье атолла: "Сиину", за сходство с соответствующей буквой их алфавита. И, судя по координатам в той самой лоции, маяк работает на восточном краю островка Кандиера. Для прохода в громадную лагуну огонь следует оставить справа.

Нет, я бы и вслепую вошел, и координаты без маяка узнал, и канал себе прокопал бы – суперлинкор я, или где? Но как-то… Неловко себя почувствовал перед настоящими моряками, что ли?

Интересно, курорты Мальдивские сейчас работают? Если я попал в расчетное время, там как раз война с Туманом.

Хм, это получается, со мной, что ли?

Вот сейчас приплывем – разберемся.

Утро выдалось ясное. Равномерные вспышки маяка скоро потонули в заливающих мир потоках света, и стало, как положено на тропическом курорте: синее небо, золотой пляж, живая зелень, да всех этих цветов блики на волнах…

Приснилось мне что-то такое, хорошее – добуквенно не вспомнишь, а улыбка все с лица нейдет. Вот бы по квантовой сети не из прошлого – из теплого ласкового будущего что-нибудь вытянуть. Ведь чем славится квантовая теория? Именно тем, что классическую физику с необратимостью процессов квантовая, скажем, теория петлевой гравитации, на тех самых петлях вертела.

Так или иначе, я все же попал в будущее. Ну так – я суперлинкор Тумана, или где? Ух, как сильны мои мощные лапы!

Помню, с каким лицом произносил это в первый раз.

Помню, с каким лицом первый раз не смог этим похвастаться.

А вот если бы со мной в будущее попал человек… Не суть, откуда. Садко, торговый гость новгородский. Мальчишка Томас из Донкастера, современник Саладина. Просвещенный еретик из ордена Тамплиеров. Штурман (тогда говорили – пилот-картограф) эскадры Колумба. Да хоть лейтенант Ивашковский, четырежды ходивший на Млынув, укрытый только жестяной броней "двадцать шестого"… Что главное для них в будущем?

Что для меня главное в марсианских яблонях и почему я рад их цветению?

Главное не вещи, не события. Главное, что можно перетащить из будущего в прошлое – уверенность. Не эфемерную веру, не надежду, жилистую от стояния насмерть и умирания последней – но алмазную твердокаменную уверенность. Что все жертвы не зря. Что вы – мы – "жившие веком ранее звери твоей породы" – не зря четырежды ходили на Млынув под жестяной броней "двадцать шестого".

Вот почему Нобунага не стал менять историю. И вот по этой же причине, случись мне в руки машина времени… До мезозоя не до мезозоя, но по эпохам я прошелся, как вибратор по бетону. И убереги вас Аллах, господа гусары, спутать восьмидесятимиллиметровую "булаву" строительного погружного вибратора с пластиковой интимной игрушкой. Стройка вам не квантовая физика, у нас без каски даже проверяющее начальство не ходит…

Заварив себе чаю черного, крепкого – впервые за все время после переноса организм вел себя привычно и предсказуемо – я вышел на собственный мостик, на привычное уже правое крыло. Мне-кораблю не требовалось вертеть головой аватары, гравилокатор и без того давал вполне ясную картинку.

Почти над головой крутилась девятка спутников, пищали что-то. Вокруг без особой спешки двигались по своим делам сухогрузы, танкеры, даже настоящий круизный лайнер, даже вон высоченные мачты здоровенного парусника – наверное, фосфаты из Чили везет севернее, в Индию, как некогда "летающие П"; а впрочем, хороший признак, что при виде линкора гражданские не кидаются врассыпную. Значит, хотя бы здесь нет войны.