Чтение онлайн

Едва профессор появился в просторной, устеленной коврами приемной, помощник министра - худощавый улыбчивый парень лет двадцати пяти, тут же сняв трубку селектора, коротко, неразборчиво доложил об этом министру, а затем, тут же опустив трубку, бодрым шагом провел его в кабинет...

...Министр ожидал его в дальнем конце длинного светлого кабинета у огромного письменного стола, увидев его, быстрыми шагами подошел и пожал ему руку.

Сказав "Очень рад видеть вас...", изящным жестом предложил сесть.

...В первый раз он лично встречался с министром - средних лет мужчиной с густыми бровями... За исключением его предшественника, за сорок пять лет врачебной практики ему не приходилось иметь дела с руководством...

– Как вы себя чувствуете, профессор?..
– густым басом спросил министр и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Вы меня, наверное, не помните...
– Он умолк, беспокойно глядя на профессора.
– Ясное дело. Разве можно запомнить всех своих студентов.

...Министр не испытывал особых трудностей в преодолении смущения первых минут встречи, кажется, он хорошо подготовился к этому разговору или, может быть, был большим мастером по заполнению подобных пауз... ерзая в кресле, думал профессор, затем, глядя в настороженные глаза министра, его слегка запотевший лоб, пробовал угадать чрезвычайные обстоятельства так испугавшие и встревожившие его...

– ..Вы были моим самым любимым преподавателем..
– явно было видно, что министр никак не решается перейти к главному.
– Вспоминаю ваши лекции и как будто снова переношусь в те годы...

...Разглядывая широкое узколобое лицо министра, профессор безуспешно старался вспомнить, когда, в каком году он видел его...

Лицо министра вливалось в море других забытых лиц студентов, преподавателей, больных, врачей... Среди них выделялось лишь одно маленькое, бледное лицо академика.

– Профессор...
– министр, кажется, решил перейти к делу, - вас главврач уже, наверное, немного осведомил...
– министр умолк, заглянув в глаза профессору, затем его лицо вдруг стало очень серьезным, густые брови нервно задергались.
– Я вынужден был пригласить вас сюда... Эта беседа, знаете ли, носит несколько конфиденциальный характер... Дело в том, что...
– министр чуть наклонился вперед и понизил голос...
– сегодня в 18.30 вас во дворе будет ждать машина под номером 10-11...
– казалось, министр задыхается от волнения, - ... эта машина доставит вас туда. К сожалению, я сам не знаю, куда вас отвезут...

Заметив удивление профессора, министр добавил:

– Вы должны знать один очень важный момент - это Его личная просьба...

Слово "Его" министр произнес с особой интонацией, далее, умолкнув, испытующе посмотрел на него.

– Чья - его?..

– Господина Генерала...
– министр снова умолк и посмотрел на профессора.
– Наверное, речь идет о ком-то из его близких... может быть, родственнике, - добавил он.
– ... Мне, честно говоря, звонил его помощник...

...Перед глазами профессора тут же встало грозное лицо Генерала, его серые, усталые глаза... И профессору показалось, как что-то вспыхнуло и угасло в правом глазу Генерала...

– Куда, вы сказали, подъедет машина?..

– В ваш двор... скоро...
– министр посмотрел на часы. На браслете часов, казалось, тоже что-то завертелось и сверкнуло, - ...в 18.30. Сейчас только начало второго...

– Но наш двор...
– начал профессор, однако, умолк, подумав, как же машина без его указаний найдет маленький дворик, затерянный в узких, полных смрада улочках?!.

– Что - двор?
– чтобы лучше расслышать профессора, министр, кажется, даже выдвинул челюсть.

– Как же, говорю, машина найдет мой двор? Адрес...

– Они все знают сами...
– сквозь зубы проговорил министр и нажал кнопку.
– Профессор, я понимаю... я все понимаю... учитываю и ваш возраст, и состояние здоровья... Действительно, в вашем возрасте груз такой ответственности очень тяжел... Утомлять после рабочего дня такому врачу, как вы, по меньшей мере, преступление...
– в голосе министра появились странные интонации.
– Если что-нибудь потребуется... специальный аппарат, лекарства, кровь или что-то там еще, обращайтесь прямо ко мне, - с этими словами министр почтительно протянул профессору свою визитку.

...Когда профессор вышел из министерства, снова накрапывал дождь.

Подняв воротник пальто, он сел в просторный салон министерской машины и подумал, что сны, кажется, начинают сбываться...

...Что все это могло означать?.. Кто его вызывает?.. Почему именно его?.. Куда его отвезут?.. Почему за ним приедут не в клинику, а именно домой?.. И почему не сейчас, а вечером?.. Что так взволновало министра?.. Откуда они знают, где он живет?..

Перебирая это в уме, профессор глядел в окно на посеревшие под пасмурным небом улицы, и думал об академике. Где он сейчас?!.

...Хоть и смутно, пробовал представить это пространство...

Расположенный между Землей и бесконечностью порог... Туманный желтоватый слой, окруживший землю прозрачной скорлупой...

...И самое главное, после академика нашелся способ спасения от этого пространства: достаточно было засыпать под утро, когда слабые лучи солнца разрушают все колдовство ночи... когда исчезают непроходимые дьявольские заросли...

Эта мысль еще с утра несла небольшой покой душе...

Еще раз мысленно перелистав трехтомник "Основ психиатрии", восстановил в памяти нужный абзац: "...мания преследования наблюдается в основном в связи с возрастным переутомлением и ослаблением деятельности мозга. В этих случаях комплекс преследования наиболее ярко проявляется в сновидениях больного. Это один из основных показателей старческого психоза..."

...Дома он несколько минут, не зажигая света, вглядывался в свое отражение в зеркале.

Вчерашняя усталость на лице сменилась странной бодростью... Не было мешков, нависавших под бровями и почти закрывавших глаза, разгладились обвисшие складками морщины на щеках...

...Надо найти на верхней полке шкафа новую белую сорочку, когда-то подаренную женой на день рождения, как следует прогладить ее, потому что воротники всех остальных сорочек уже обтрепались от частых стирок. Надо еще почистить обувь, побриться.