Чтение онлайн

Всю страну пересекли железные дороги и перегонные тракты, по которым гнали скот. А до этого здесь были только индейцы, разные племена равнинных апачей, большинство из которых были стерты с лица земли воинственными команчами.

Бака заговорил об этом, и Сэкетт согласно кивнул:

— Гораздо больше индейцев погибло в племенных схватках, чем от рук белых людей, — сказал он. — Я разговаривал с некоторыми, теми немногими, кто остался в живых из всего огромного племени.

Он выглянул из окна. По равнине быстрыми прыжками удалялась от поезда антилопа, на безопасном расстоянии она остановилась, оглянулась и снова поскакала прочь. На невысоком холме лежали пять-шесть бизонов я тоже рассматривали проезжающий мимо поезд.

— Остается только надеяться, что Чантри получил твою телеграмму, — сказал Тайрел. — Но в любом случае — он очень осторожный человек. Никому не удастся застать его врасплох.

— Да, он знает насчет банка, — отозвался Бака.

Мимо них прошел кондуктор и бросил им на ходу:

— Нужно остановиться, чтобы набрать воды. Вы, ребята, постойте рядом, посмотрите вокруг, а то могут найтись и другие желающие, чтобы их подбросили.

Пока они стояли возле бака с водой, долгие равнинные сумерки постепенно сменились ночной темнотой. На многие мили вокруг раскинулась полупустыня, то тут, то там ее прорезали овраги, иногда в каком-то далеком окошке мелькал огонек. Значит, все-таки есть в мире и другие люди.

Кондуктор вытащил шланг из воды и вернул его на место, привязав веревкой. Бака и Сэкетт снова прыгнули в вагон.

— Когда я только приехал на Запад, — сказал Тайрел Сэкетт, — мы с Оррином занялись перегоном скота. Мы отгоняли скот в Абилин, потом приезжали сюда, всего несколько миль южнее этого места, загоняли дикий скот и гнали его на продажу.

— Ты ведь участвовал тогда в борьбе за земли?

— Угу, вместе с Оррином. Потом какое-то время Оррин был там шерифом, а затем стал изучать законы и подался в политику.

— Угу, вместе с Оррином. Потом какое-то время Оррин был там шерифом, а затем стал изучать законы и подался в политику.

— Кучер, я имею в виду кондуктор, говорит, что мы будем в городе на рассвете.

— Бен Карри всегда приурочивал свои операции к открытию банков, — сказал Бака. — Меньше народу на улицах, а в банке как раз вынимают и раскладывают деньги для работы.

Они уснули и проснулись, когда небо стало сереть. Тайрел Сэкетт проверил свои револьверы.

Бака подошел к окну и выглянул. Какое-то мгновение он просто смотрел, потом окликнул Сэкетта.

Тот обернулся, удивленный какой-то странной интонацией Бака.

— В чем дело?

— Смотри!

Тайрел наклонился и выглянул в окно.

Они направлялись к городу: трое рядом впереди, остальные растянулись за ними цепочкой.

Бака считал вслух:

— …семь, восемь… девять… Их девять. Надеюсь, Чантри позвал кого-нибудь на помощь.

Девять человек въезжали в город, где их ожидал Борден Чантри.

— Ну что же, — сказал Сэкетт, — одно мы знаем точно.

— Что именно?

— Мы успели вовремя.

Борден Чантри допил кофе, встал из-за стола и потянулся за шляпой.

— Я схожу в офис. — Он повернулся к жене: — Ты будешь дома, Бесс?

Они встретились глазами. Бесс была красива, как всегда. Не проходило дня, чтобы Чантри не благодарил Бога за то, что тот послал ему Бесс прежде, чем он по глупости связал бы себя с какой-нибудь другой женщиной.

— Куда я могу уйти?

— Ну, я подумал, может быть, к Мэри или еще куда-нибудь.

— Я буду дома. — Она поправила воротник его куртки. — Будь осторожен, Борден. Как только ты выходишь из дверей дома, я начинаю за тебя волноваться.

— Все будет в порядке.

Раздался свисток поезда, и он резко обернулся к окну.

— Интересно! Сегодня утром не должно быть поезда.

Он выглянул из окна и увидел странный состав: локомотив, служебный вагон и вагон для скота. Какого черта?

Чантри вышел на улицу и стал смотреть в сторону станции. На платформе появился дежурный по станции и, прикрыв рукой глаза от солнца, тоже следил за приближающимся поездом. Борден Чантри снял револьвер с предохранителя и бросил взгляд на улицу, но кафе закрывало от него большую ее часть.

У дверей другого кафе, на противоположной стороне улицы, стояли двое мужчин и смотрели в сторону станции и дома Чантри. Дом Мэри Энн находился чуть дальше, но возле него не было заметно никакого движения, хотя из трубы уже поднималась тонкая струйка дыма.

Странный поезд тормозил у платформы, но прежде чем он остановился, из вагона выпрыгнули двое мужчин. Они пробежали по платформе к вагону для скота и принялись открывать его. Один из прибывших — Ким Бака, а кто же второй?

Тайрел Сэкетт!

Чантри вернулся в дом и взял свою винтовку. Бесс молча наблюдала за ним, ее лицо смертельно побледнело.

— Борден, в чем дело?

— Неприятности, — ответил он. — Ким вернулся вместе с Сэкеттом. Они торопятся. — Он проверил винтовку, зарядил ее и сказал: — Если они зайдут сюда, то я в конторе.

— Может, лучше их подождать?

— Похоже, у нас будут неприятности, и довольно скоро. Иначе бы они так не торопились. Так что я пока предупрежу жителей.

Чантри быстро направился в проулок между кафе и зданием почты. Выйдя на тротуар, он увидел, что Присей подметает перед почтой улицу.

— Присс, уходи с улицы, — скомандовал он. — Сейчас что-то случится.

— Борден Чантри, если ты думаешь, что я боюсь!..

— Присс, сейчас начнется стрельба. Я подозреваю, что бандиты собираются ограбить наш банк. Уйди с улицы или, если хочешь помочь, сбегай в ту сторону и предупреди Джорджа и Хайэта.

— Только не я, шериф! Мне еще нужно достать мою собственную винтовку. Сам скажи им!

Кто-то потянул его за рукав, и Чантри, обернувшись, увидел перед собой дружка Тома, маленького Билли Маккоя.