Чтение онлайн

Пардальян, растирая занемевшие руки, принимал извинения с безразличным видом. Однако, в уголках его глаз прятались насмешливые огоньки.

— Но я не понимаю, — воскликнул в ярости Сюлли, — как могло произойти это непостижимое недоразумение?

— Ах, сударь! — отозвался Пардальян. — Пусть меня поразит чума, если я что-нибудь понимаю.

— Тем не менее я должен знать, как это произошло, — настаивал Сюлли. — Неужели вы думаете, что я оставлю подобное безобразие безнаказанным?

— А почему бы и нет? — снисходительно заметил Пардальян.
– Для меня же все закончилось благополучно. Это главное. Наказание, которому вы подвергнете какого-нибудь беднягу, ничего не изменит в случившемся.

— Вы, как всегда, великодушны. Но мне необходимо знать, как исполняются мои распоряжения.

— Раз вы придаете этому значение, я могу рассказать вам то немногое, что мне известно: ожидая возвращения моего друга у него дома, я задремал: возраст, знаете ли… Как раз в этот момент на меня навалились, схватили, связали и унесли, прежде чем я успел прийти в себя. Я даже охнуть не успел… Если вы что-нибудь в этом понимаете, то буду премного вам обязан за объяснения.

— Как зовут вашего друга?

— Жеан Храбрый, — ответил Пардальян с самым простодушным видом.

— Жеан Храбрый! — повторил Сюлли, едва не подскочив от изумления. — А! Теперь я понимаю, что произошло!

— Вы догадливее меня, — заметил Пардальян, и было невозможно понять, шутит ли он или говорит серьезно.

— Так вы сказали, что этот Жеан ваш друг? — продолжал Сюлли с выражением крайнего удивления на лице.

— Я так сказал, потому что это правда, — решительно подтвердил Пардальян.

Сюлли на мгновение умолк, не зная, что говорить, но внезапно решился.

— Я отдал распоряжение арестовать Жеана Храброго, который, как только что выяснилось, принадлежит к числу ваших друзей. Офицер, коему поручено было исполнить это, застал вас там… расположившимся так, будто вы у себя дома… и принял вас за того, кого должен был арестовать.

— Ах, вот оно что, а я-то терялся в догадках! — вскричал Пардальян все тем же простодушным тоном.

И затем добавил:

— Но почему вы решили арестовать его, черт возьми? Какое преступление совершил этот юноша, мой друг?

— Шевалье, — проговорил Сюлли, пристально глядя ему в лицо, — мне указали на этого человека как на опасного бандита, замышляющего заговор против короля.

Пардальян от души расхохотался.

— Вас обманули, герцог, — сказал он. — Поверьте, уж я-то знаю, что Жеан Храбрый не замешан в заговоре против короля. К тому же у бедного юноши голова забита совсем другим. Представьте, он страстно влюблен в одну прелестную девушку, судьба которой мне не безразлична. Влюблен без памяти! А эта юная особа недавно исчезла. Не сомневайтесь: Жеан слишком занят ее поисками, чтобы терять время на заговоры.

И вдруг, сменив тон на подчеркнуто холодный, он пронзительно глянул прямо в глаза Сюлли. — Что же до утверждения, будто он бандит…

— Если бы это было так, он не был бы вашим другом, — неожиданно перебил его Сюлли. — Это мое твердое убеждение…

Разве что… Разве что существует еще один Жеан Храбрый!.. В конце концов это вполне возможно… Давайте выясним все до конца. Где живет ваш Жеан?

— На улице Арбр-Сек, напротив тупика Курбатон, — ответил Пардальян. прищурившись.

— Тот самый! — выкрикнул Сюлли.

И добавил с досадой:

— Я ничего не понимаю!

— Неужели? — осведомился Пардальян, сохраняя безукоризненную натуральность тона. — Но я уверен в своей правоте. Жеан Храбрый не заговорщик. И не бандит. Я утверждаю это, а мне, как вы знаете, лгать не пристало.

И, видя, что Сюлли согласно кивает, продолжил:

— Ну хорошо! А вы уверены в том, что вам сообщили?

— Нет, — честно признался Сюлли. — Я получил эти сведения сегодня утром, здесь у себя в кабинете… Сознаюсь, что нынче я видел доносчика впервые в жизни.

Пардальян, многозначительно посмотрев на него, покачал головой.

— И этого вам оказалось достаточно, чтобы отдать приказ об аресте? Черт возьми! Да знаете ли вы, что своими поспешными действиями вы могли погубить честного человека?

— Я вас понимаю, — важно произнес Сюлли, — но речь идет о деле поистине исключительном. Заметьте к тому же, что это в сущности не арест. Я собирался всего лишь допросить этого Жеана Храброго. И сам сделал бы выводы из его ответов.

— Хорошо, — бросил Пардальян презрительно. — Но вы должны признать, что аноним, явившийся сюда с доносом на славного юношу, не более чем трусливый мерзавец, который вынашивает какой-то гнусный план мести. И вы совершили ошибку, сделавшись его сообщником.

— Честно говоря, — признался Сюлли, — думаю, вы правы. А что касается юноши, то я его больше не обеспокою, поскольку вы ручаетесь за него. Однако…

— Однако? — повторил Пардальян с некоторым раздражением.

— Пусть он избегает, — невозмутимо продолжал Сюлли, — пусть избегает появляться возле Монмартрского аббатства. Окрестности аббатства в ближайшее время станут опасны, возможно, смертельно опасны для всякого, кто лично незнаком мне. На всякий случай передайте это от моего имени Жеану Храброму.

Пардальян кивнул с усмешкой, так что невозможно было понять, принял он предостережение к сведению или пренебрег им.

Тепло простившись с Сюлли, он, насвистывая, направился прямиком в «Паспарту».

Госпожа Николь, увидев его, не позволила себе бурных проявлений радости, но ее лицо осветилось улыбкой, а рвение, с которым она принялась накрывать на стол, было прямо-таки фантастическими.

— Госпожа Николь, — мягко сказал Пардальян, — будьте любезны вернуть мне письмо, которое я вам доверил. В нем нет уже надобности, я вернулся.