Чтение онлайн

Немного подумав, Руминьяви вызвал начальника своей разведслужбы, поинтересовавшись, что известно о противнике. Как оказалось, в основном лагере Уаскара сейчас, судя по всему, шла подготовка к штурму - но, скорее всего, он будет не сегодня, а лишь завтра после подхода основных сил Южной армии. Посланные вдоль берега реки разведчики доложили, что вниз по течению ничего подозрительного замечено не было. А вот из тех, кто отправился вверх по течению, вернулись не все - хотя вернувшиеся тоже утверждали, что там все спокойно. Можно было бы предположить, что они просто по каким-то причинам задержались, но на всякий случай он все же отправил уже более крупные разведгруппы…

– Так где пропали разведчики?
– услышав последнее, переспросил Руминьяви, катинка в его голове постепенно начала складываться.

– Вот здесь, - начальник разведслужбы показал соответствующее место на макете.

Вроде, ничем не примечательное место - в окрестностях таких полно… Но Руминьяви уже был уверен, что это именно то, чего и следовало ждать. В конце концов, не так давно он пытался провести практически аналогичную операцию против войск Уалтопы. И тогда ему не удалось достичь успеха лишь потому, что кто-то из вражеских разведчиков все же смог увидеть строящийся мост и доложить об этом кусконцам… И, немного подумав, он вызвал генерала Чалкучиму, приказав тому с отрядом в три тысячи солдат немедленно выдвигаться к указанному месту. Руминьяви еще надеялся, что Титу Атаучи еще не начал переправку основных сил и ему удастся скинуть в реку вражескую армию…

***

(Тауантинсуйу, уну Кито, окрестности Риобамбы. 23-26 июля 1529 года)

На следующий день разведчики отправились на поиски подходящих для переправы через реку мест, а в основном лагере развернулось представление под названием ‘подготовка к штурму’. Пусть Руминьяви малость понервничает, ожидая атаки в любой момент. А артиллеристы, выкатив поближе к берегу несколько громовых труб, начали артподготовку, обстреливая места, где могли находиться вражеские солдаты. Впрочем, особой пользы эта пальба по площадям принести не могла. Во-первых, сама стрельба велась вслепую, на удачу. Во-вторых, в этих горах укрыться от обстрела можно в тысяче мест - и вероятность того, что именно в твое укрытие прилетит ядро крайне мала. Единственной пользой этого обстрела было немного помотать нервы противнику. Да сами артиллеристы малость потренируются.

Впрочем, достаточно скоро китонцы практически перестали обращать внимание на обстрел - похоже, несколько разуверились в силе нового оружия. Замеченные кое-где среди скал вражеские наблюдатели лишь смотрели за тем, как ‘громовые трубы’ один за другим пуляют в белый свет как в копеечку железные шары, не приносящие никакого существенного вреда их армии. Была сначала мысль позвать нескольких лучших стрелков из винтовок дабы малость подсократить их поголовье, но потом передумал - приказал пока дать понаблюдать (хотя уже под вечер приказ об отстреле все же был отдан). Пусть смотрят на ‘неэффективность’ пушек - в реальном бою будет им неприятный сюрприз. Про картечь-то они не знают. Впрочем, по всей видимости, китонцы быстро решили, что сегодня штурма не будет - видимо решили, что я буду дожидаться подхода Южной армии. Что ж, этим заблуждением тоже грех воспользоваться.

Когда под вечер явились разведчики, они доложили, что в радиусе нескольких километров обнаружили сразу несколько пригодных под переправу армии мест - там можно относительно свободно перебраться через реку и достаточно легко и быстро построить временный мост для переброски основных сил. И, после короткого обсуждения с генералами, было решено уже сегодня ночью отправить туда строителей с отрядами прикрытия из ‘громотрубной армии’. А завтра утром начать скрытую переброску основных сил Громотрубной армии - благо, уже завтра сюда начнут подходить части Южной армии. Кстати, переправляться решили сразу в двух местах чтобы быстрее отрезать все пути к отступлению вражеской армии. Общее командование операцией взял на себя я, Титу Атаучи и Аток должны были, соответственно, возглавить первый и второй ‘отряды прорыва’.

А уже на следующий день армия пришла в движение - из присутствующих в лагере восьми тысяч четыре отправлялись в поход. Оставшиеся тысяча из Громотрубной армии с солдатами Северной должны были делать вид подготовки к штурму… Я сам отправился со вторым отрядом, который должен был переправляться вверх по течению от города. Уже когда мы покидали лагерь, в него начали входить передовые отряды Южной армии под командованием Топа Атау.

И вот она, переправа. Спускаясь по какой-то козьей (хотя, в этих местах скорее ‘викунией’ или ‘гуаначей’) тропке к реке, солдаты один за другим по временному мостку перебирались на ту сторону и тотчас отправлялись на указанные позиции. Как выяснилось, за ночь тут уже успели наскоро подготовиться к обороне от возможных нежеланных гостей. В нескольких местах, перекрывая все подходы к плацдарму, были установлены пушки, среди скал засели готовые угостить китонцев свинцовым гостинцем стрелки.

– Пожалуй, скоро стоит ждать гостей, - заметил на этот счет Аток, - Нам тут и так уже малость пострелять пришлось.

– Вражьи разведчики?

– Да, - подтвердил командующий Громотрубной армией, - Вышли прямо на нас и явно заметили. Пришлось валить по-тихому - пока не донесли о нашем появлении. Кстати, склоны кое-где заминированы, - уловив, куда я смотрю, добавил Аток.

– Это хорошо, - согласился я, - А когда примерно стоит ждать Руминьяви?

– Ну сам Руминьяви сюда вряд ли пойдет. Пошлет кого-нибудь из своих генералов, - не согласился Аток, - Но, пожалуй, уже сегодня вечером или завтра утром будет.

– Тогда, пожалуй, ждем его здесь, - вынес я решение, - Здесь уже все готово к встрече, а на другом месте времени для этого может и не хватить. А пока нужно приготовить отряд, который мы пошлем в обход чтобы отрезать китонцам путь к отступлению. Все они должны лечь здесь - после чего мы должны как можно быстрее выдвигаться вперед…

Как и ожидалось, враги пришли на следующее утро. Находившиеся на своих почтах разведчики быстро доложили, что сюда явился генерал Чалкучима с армией в три тысячи солдат - причем, по всей видимости, две тысячи из них были профессионалами. Да, Руминьяви явно всерьез отнесся к новой угрозе… Не знал он лишь того, что уже опоздал. Приди этот отряд днем раньше - и большие неприятности были б гарантированы, небольшой отряд прикрытия мог и не удержаться. Но теперь все было иначе. Пусть нас и сейчас меньше, но мы лучше вооружены - и успели подготовиться к встрече ‘заклятых друзей’…

Предложенное ‘поле боя’ китонскому генералу явно не понравилось. Для того, чтобы ворваться на наши позиции, ему предстояло пройти небольшую долину, подняться на перевал и выбить нашу армию с занимаемой позиции, что было непростой задачей даже при равноценном оружии - ведь противник запросто мог засыпать наступающих камнями со склонов гор. Точно также наступающие находились бы в невыгодном положении и когда взбирались на перевал. Но, помимо, теперь лучшее оружие южан давало им дополнительные выгоды - даже если они ограничатся применением наполненных ‘гремучим порошком’ тыквин. С учетом этого, Чалкучима предпочел бы отступить на выгодную позицию и там занять оборону - при удачном стечение обстоятельств, этим можно было полностью остановить продвижение нашей армии. Но принять какое-либо решение ему было уже не суждено. Ну откуда китонцам было знать, что они уже находятся под прицелом, а засадный отряд готов в любой момент отрезать путь к отступлению?