Сын Зевса
Шрифт:
Пока они собирались, прошло лето и снова наступила осень. Черные афинские корабли качались на зеленых волнах Эгейского моря, пробираясь к Олинфу. Они изо всех сил боролись с противным ветром. Осенью в этих местах дуют пассаты, и плыть на парусах им навстречу очень трудно.
А когда афинские триеры, измученные морем и ветрами, наконец подошли к олинфскому берегу, Олинф лежал в развалинах и в кровавом дыму пожарищ.
Филипп без всякой пощады расправился с Олинфом. Город разрушил и сровнял с землей. Уцелевших жителей кого отправил в царские рудники на каторжные работы, кого продал в рабство или погнал на поселение в глубь Македонии. Лишь немногим удалось бежать и укрыться в эллинских городах.
Землю городских кварталов Олинфа Филипп роздал знатным македонянам. Олинфскую конницу он взял к себе, в свою царскую конницу этеров.
Остальные города, десять городов Халкидского союза, Филипп принял в состав Македонской державы.
Это случилось в 348 году до нашей эры, когда Александру исполнилось восемь лет. Услышав о новой победе отца, он, грустный и сумрачный, пришел к своим товарищам.
– Клянусь Зевсом, – с досадой сказал он, – отец успеет завоевать все, и мне вместе с вами не удастся совершить ничего великого!
Персидские послы
Однажды в Македонию прибыли послы персидского царя.
Вся Пелла вышла смотреть на них. Персы важно сидели на конях, на расшитых золотом попонах, сверкая драгоценным оружием, ослепляя роскошью длинных одежд – красных, зеленых, синих… Все в этих людях было необычно для македонян, все удивляло: и бронзово-смуглые лица, и красные от хны, мелко завитые бороды, и пугающие нездешней чернотой глаза…
В царском дворце наступило смятение. Приехали послы, а кто же примет их? Царя нет, царь, как почти всегда, в походе…
– Но разве меня тоже нет дома? – высокомерно спросил Александр и объявил: – Послов приму я.
Послы вымылись с дороги, отдохнули. И когда они были готовы к разговору, Александр, одетый в свое самое богатое платье, принял их со всем достоинством царского сына.
Немолодые люди, придворные и советники персидского царя переглядывались, пряча улыбку. О чем же будет говорить с ними этот маленький царский сын? Конечно, будет какой-нибудь детский лепет. Ну что ж, в ожидании настоящего разговора с Филиппом можно послушать и детскую болтовню.
Александр сидел в отцовском кресле, ноги его не доставали до пола. Но он был спокоен и по-царски приветлив – белокурый, светлоглазый, весь розовый от скрытого волнения. Большие, громоздко наряженные смуглые люди с улыбкой в таинственных черных глазах молча ждали, что он им скажет.
– Я хочу все знать о вашей стране, – сказал Александр, чуть нахмурив округлые светлые брови. – Велика ли ваша страна?
Послы переглянулись. Что ж, мальчик задает серьезный вопрос – значит, и отвечать надо серьезно.
– Наша страна очень велика, – ответил краснобородый старый перс, возглавлявший посольство. – Наше царство простирается от Египта до Тавра и от Средиземного моря до океана, омывающего всю землю. Под могущественной рукой нашего великого царя много стран и народов, не сосчитать городов. Даже эллинские города, которые стоят на азиатском берегу, – Милет, Эфесс и все другие эллинские колонии, – платят нашему великому царю дань.
– А хороши ли дороги в вашей стране? Если ваше царство такое большое, то и дороги должны быть длинными? Есть ли у вас такие длинные дороги, чтобы проехать по всей стране?
– У нас есть хорошая дорога – торговая дорога через Лидию до самой Индии. По ней купцы возят товары.
– А какой ваш главный город, где живет ваш царь?
– У нашего великого царя три столицы. Летом он живет в Экбатанах. Там кругом горы, прохладно. Потом он переезжает в Персеполь – этот город двести лет тому назад основал наш великий царь Кир. Потом наш великий царь уезжает в Вавилон – там он живет подолгу. Город очень богатый, веселый, красивый. Когда-то наш великий царь Кир покорил его и отнял у вавилонян.
– А как, по каким дорогам проехать в столицу вашего царя в Экбатаны? Можно на конях? Или надо на верблюдах? Я слышал, что у вас есть верблюды.
– Если царь македонский пожелает приехать в гости к нашему великому царю, то он может проехать на коне. Дорога эта прямая и широкая. Повсюду вдоль дороги – царские стоянки, прекрасные маленькие дворцы, где есть все для отдыха: и бассейны, и спальни, и залы для пира. Дорога проходит по населенной стране и совершенно безопасна.
– А ваш царь – каков он на войне? Очень смелый?
– Разве несмелые цари могли бы завладеть такой огромной державой?
– А войско у вас большое? А как вы сражаетесь? У вас тоже фаланги? И баллисты есть? И тараны?
Персы несколько смутились. Маленький сын царя македонского завел их в тупик. Сами не понимая как, они оказались чуть ли не в положении доносчиков о своем собственном государстве.
Старый перс ответил на это неопределенно и уклончиво. Речь его замедлилась, он тщательно подбирал слова, и не понять было – будто правду он говорит, а будто и нет. Речи льстивые, а смысл?…
Они, персы, очень уважают царя македонского. Но когда-то и цари македонские служили персидским царям. Можно бы многое рассказать Александру о том, как служил персидскому царю Ксерксу македонский царь Александр, его предок, как проходили персидские войска по Македонии, все опустошая на своем пути: города, деревни, запасы хлеба и воды, которой даже в реках им часто не хватало – реки выпивали досуха. Но осторожнее! Тут сидит перед ними не такой ребенок, перед которым можно высказываться не стесняясь. Его отец – царь Филипп становится крупной фигурой, и с ним приходится считаться. А маленький Александр уже и теперь казался персу опасным.