Сыщик
Шрифт:
– Друз, прекрати! – Лери неожиданно смутилась, на щеках вспыхнул румянец.
Стало ясно, что Лери в комнате не одна.
– Я выйду на связь через половину стандартного часа. Надеюсь, к этому времени вы будете выглядеть более прилично, – проговорила она скороговоркой и отключилась.
– А разве сейчас мы выглядим неприлично? – пожал плечами Друз. – Трое мужчин в расцвете сил…
– Ладно, хватит трепаться, – одернул его Флакк. – Лери нам может помочь. Одеваемся и ждем связи…
Когда Лери связалась с ними в назначенное время, поверх ее бесстыдного платья оказалась наброшена накидка из светящейся ткани. Комната в этот раз была другая: небольшая и полутемная. Друзья успели натянуть белые комбинезоны космофлота. Флакк с помощью искина «Клелии» попытался проверить, не прослушивается ли канал. Пришел ответ, что связь чистая.
– Дорогая Лери, – тут же приступил к делу Флакк, не дав любовникам перемолвиться и парой слов, – нам нужна вся информация о живых кораблях Неронии. Прежде всего – любые данные про атаку на Психею два года назад. Разумеется, это была секретная операция, так что вряд ли тебе удастся обнаружить достаточно данных. Но все равно попробуй что-нибудь найти. Сообщения должны быть, хотя бы отрицания самих нападений и причастности к этим событиям Неронии: анималы атаковали Психею, несмотря на мирный договор. Ты поняла?
– Чего уж не понять! – надула губы Лери. – Вместо того чтобы развлекаться, я буду сидеть за компом и слушать безумные вымыслы неронейцев.
– Вся информация, касающаяся живых кораблей и конфликта двухгодичной давности. Как можно быстрее, – повторил Флакк.
Трибун уже хотел отключиться, но Друз ему не позволил:
– Что там у вас за развлечения? – спросил он как можно небрежнее.
– Ничего особенного – фыркнула Лери. – Посещение бань, театров, вечеринок.
– Но… термы на Неронии совместные… – пробормотал Друз. – Моются и женщины, и мужчины вместе.
– Туда никто не ходит мыться, – рассмеялась Лери. – Приходят поболтать, послушать музыку, почти как у нас на Лации. А если кто хочет предаться Венериным удовольствиям, то это в отдельных помещениях.
– Лери! – выкрикнул Друз в отчаянии.
– Я туда не хочу, – скромно потупила глазки Лери. – Но если ты прилетишь на Неронию, мы с тобой можем заглянуть в термы.
Связь отключилась.
– Она развлекается! – в ярости воскликнул Друз. – Воображаю, что там за развлечения. Она должна немедленно покинуть Неронию. Флакк! Ведь ты ее временный опекун…
Было видно, что центурион ревнует смертельно.
– Ошибаешься. Она уже не под опекой. Где ты видел под опекой патрицианку, которой исполнилось двадцать лет? И потом… не волнуйся. Она тебе не изменит. Она для этого слишком Валерия.
– О чем ты…
– Кажется, ревность повредила твои последние мыслительные способности, – пожал плечами Флакк. – Ведь ее дети будут помнить об изменах, Друз! Другое дело, если бы это была матрона лет сорока, которая больше не собирается рожать. О, тогда никто не поручится за ее доброе поведение. Или если бы Лери лишили ноши патрициев. Тогда, Друз, не стоило бы пускать ее на Неронию.
– А если… если она предложит сочетаться браком на Психее и родить детей здесь? – спросил Друз.
– В этом случае можно усомниться, – согласился Флакк.
Из груди Друза вырвался настоящий рык. Центурион вцепился пальцами в волосы. Кажется, Флакку доставляло удовольствие подтрунивать над Друзом.
– Я должен проверить запись! – кинулся центурион к компьютеру. – Может быть, она использовала программу-обманку, и там, в комнате, все было не так, как виделось нам.
Голограмма Лери возникла вновь, на этот раз она распалась на несколько слоев, вновь собралась, вновь распалась…
– Нет… – почти разочарованно протянул Друз. – Маскировки не было. Во всяком случае, я не могу ее обнаружить…
– Послушай, Флакк, – Марк решил, что сценами ревности сыт по горло, – давай-ка расспросим префекта Назона, что он знает о живых кораблях. Ведь что-то он должен знать.
– Корабль Неронии? – Назон очень правдоподобно изобразил недоумение. – В первый раз слышу. Да, кажется, несколько наших звездолетов пострадали в мирное время… Но корабли Неронии, замаскированные под наши? Нет, это невозможно.
– Мы можем просмотреть отчеты станции за последние два года? – спросил Флакк.
Назон помедлил и отрицательно покачал головой.
– Почему? – вмешался Марк. – У меня особое поручение сената.
Лицо префекта Назона сделалось несчастным:
– Поручение касается расследования на Психее. Данные базы – секретная информация… Да, я должен подчиняться вам, Корвин. Но вы еще официально не стали следователем по особо важным делам. Так что, нет… я не могу показать вам данные.
– Я – трибун космических легионеров. Покажите материалы мне! – попытался настоять Флакк.
– Это так… Но… не так. У меня личный приказ командующего: не разглашать информацию по авариям в секторе Психеи.
– Эй, ребята, – заглянул в рубку станции Друз. – Таможня проверила нашу яхту. Прошу на борт. – Когда Марк и Флакк покинули рубку, добавил: – Мне совсем не хочется здесь задерживаться. Пускай с анималами префект разбирается самостоятельно.
Друзья вернулись на «Клелию» не в самом лучшем расположении духа.
– Сектор Психеи, конечно, еще та дыра, но все равно нельзя назначать на управляющую станцию такого олуха! – пробормотал Флакк. – Сначала этот Назон нас чуть не угробил, теперь утаивает информацию…
– Да какая там у него, к Орку, информация! – пожал плечами Друз. – Ну, посмотрел я данные по этим нападениям. Шесть спятивших кораблей, от которых ничего не осталось…
– Ты взломал секретные коды Лация? – изумился трибун.
– И не подумал. Просто во время службы на «Сципионе» я имел коды допусков к подобной информации. С того момента, как меня выгнали, коды еще не поменялись.
– Неужели? – усомнился Флакк.
– Ну, хорошо, поменялись. Но не настолько, чтобы я не смог добраться до нужной корзинки. Вы, вояки… – последовал очень выразительный взгляд в сторону Флакка, – вечно прячете от нас, технарей, необходимые данные. Так что нам приходится как-то бороться с вашим идиотизмом.