Чтение онлайн

Поместье было рядом, но все-таки мы находились за его пределами. Во всяком случае здесь нас еще поискать надо.

Сейчас мы в относительной безопасности.

Подбежали Пахом и Кондратка.

— Как ты справился?

— Да ничего особенного. Обманный маневр, — усмехнулся я и поинтересовался: — А в какой-нибудь общеимперский розыск нас могут объявить?

— Вряд ли, — сказал Пахом. — Своих пошлют искать. А если нас по розыску другой барин поймает, то он разбирательство учинит. И пока он сам не убедится, что мы виноваты, не передаст нас в руки обвинителю. Закон такой. Хороший. Хотя могут нас и оболгать и выкрутить так, что будто и вправду мы — преступники. А тут еще смерть старшего сына. Наследника… Всё против нас…

— Может, он и не помер вовсе? — предположил я. — Мы же не знаем наверняка. Как его там порвали? Вдруг вылечат.

— Не жить нам, скорее всего, — в сердцах махнул рукой Пахом. — Найдут рано или поздно. Видишь, этот род с прибабахом. У них и имение — Рухнувшее Небо. Куда ни плюнь — всё с каким-то выпендрежом. Наверное, из-за того, что титул у них низкий. Баронский. Такие точно не спустят нам с рук, даже несмотря на то, что мы не причем. У моего бывшего графа — всё правильно, справедливо и просто. У него и усадьба без выкрутасов называется — Столб. Домина такая высокая. Он бы в обиду не дал. Но возвращаться к нему мне стыдно.

— А у моих — Большие Яйца, я даже не знаю, чего от них ждать, — машинально ляпнул я и тяжело вздохнул.

— Ты ведь не помнишь ничего. Пусть и выгнали тебя, но по-аристократически… с приличиями… За обрувертами послали, а не просто взашей вытолкали. Небось и денег дали? А могли бы и вообще по-тихому замордовать.

— Ну да. Вероятно.

— Деваться нам некуда, — немного погодя, заявил Пахом, снова принимая на себя командование нашим маленьким отрядом. — Пересидим здесь дотемна, а ночью осторожно в столицу двинем.

Напрягаясь при каждом подозрительном шуме, прокуковали в роще до появления луны. Тьфу ты блин! Земли…

Двигались гуськом. Отыскали неглубокий овраг и пошли по его дну. К нашей радости, он поворачивал прочь от поместья, где нас поджидала верная смерть. Поспешали, как могли. Страх быть пойманными придавал сил. Без остановки промахали приличное расстояние.

В какой-то момент овраг уперся в холм, наверное, тут был когда-то ручей, вылезли потихоньку наверх. Пахом сказал приглушенным голосом, что надо осмотреться, вдруг поблизости есть какое-нибудь поместье — огни сейчас видать издалека. Нужно хотя бы понять, где мы находимся, и стал взбираться на холм.

Когда темно и страшно, всегда хочется ощущать рядом присутствие кого-то знакомого и надежного. Так куда спокойнее себя чувствуешь. И, конечно же, мы молча и дружно полезли за ним.

Перед нами раскинулась унылая долина с торчащими по бокам пиками скал под таинственным светом Земли. Ни огонька, ни желтого проблеска защитного купола — ничего.

Видно было, что Пахом растерялся. Сориентироваться на местности у него не получалось. Но как командиру, ему следовало принимать решение. И он его принял — довольно банальное. Идти вперед. А как поднимется солнце, соображать станет уже полегче.

Мы согласились, даже если нам придется топать совсем не к столице, лучше все-таки топать. Холод пронизывал до костей, а разжигать костер, чтобы согреться, мы опасались. Да, в общем-то, и нечем его разжигать.

Так что выбора не было.

Осторожно стали спускаться вниз, только не по прошлому маршруту, а взяли много левее. Близилось утро, Земля перекатилась ближе к горизонту. Вершина холма загораживала ее бледный свет, и мы пробирались, не различая даже собственных ног.

Младшие были чуть ниже. И вдруг они громко завопили: либо сорвались вниз, либо им надоело, упираясь руками и ногами в склон, потихоньку сползать с него, и они по неразумному детскому недопониманию и нетерпеливости решили сбежать с него или скатиться.

Мы с Пахомом поспешили к ним.

Снова крики: один — короткий, другой — долгий протяжный…

— Стойте! Тут яма! — раздался сбоку взволнованный голосок Фомки.

Мы чудом удержались на краю кратера.

— Где Кондратка? — нервно спросил Пахом, и без этого зная ответ на свой вопрос.

Сокрушенно уставились вниз, там только мрачная темнота. Невидно ни зги.

Кричали, звали паренька, но он не откликался.

— Ничего с ним не будет, — дрожащим голосом попытался успокоить нас Пахом. — Ну, расшибся малость. Скоро очухается. А как рассветет, спустимся и вытащим его.

Я подумал, что наверняка смогу со своими способностями спланировать в бездну и отыскать Кондратку, а потом прыгать и лететь вместе с ним, пока не найду людей, которые смогут ему помочь.

Однако мое тело и извилины сковал не только ужас, а что-то еще, какая-то неведомая сила, которая не позволяла мне действовать. Мои товарищи абсолютно не догадывались о моих небывалых возможностях, так что винить себя в бездействии, в том, что даже не пытаюсь спасти паренька, мог только я сам…

От кратера мы, конечно, убрались подальше. На безопасное расстояние. До восхода солнца сидели молча. А когда подобрались к яме и заглянули в нее, то ужаснулись еще больше — на дне кратера зияла бездонная расщелина…

Стараясь не смотреть друг другу в глаза, мы безмолвно пошли по долине, даже особо не таясь.

Слишком много угроз поджидает нас в этом мире. Естественных природных и надуманных человеческих. Куда не беги, как не прячься — от них не скрыться. Какая-нибудь из них рано или поздно непременно тебя настигнет.

Около полудня наткнулись на обоз. Вереница подвод растянулась на всю обозримую часть долины. Какое-то время мы шагали за последней телегой, пока угрюмый возница не натянул вожжи. Он остановил лошадей и взглянул на нас исподлобья, что-то раскладывая в своих мозгах.

— Куда? — спросил он.

— В столицу, — с надеждой крикнул ему Фомка. — А звать тебя как?

— Зови меня Устином, — ответил мужик и предложил: — Подвезу, но не за просто так.

Пахом вынул кожаный мешочек и стал медленно раскрывать его, развязывая узелок на веревочке, стягивающей кошель, и поглядывая на мужичка.