Табернакль
Шрифт:
На другой конференции внезапно взявший слово Берберов простер куда-то руку (некоторые считали – на восток, другие утверждали – в сторону клиники патофизиологии, соседствовавшей с чугунной оградой со стороны переулка Ломанского, то есть нынешней улицы Комиссара С.) и совершенно без связи с предыдущим выступлением выразил возмущение по поводу экспериментов на животных, морских свинках, мышах и крысах в частности (почему-то не упоминая собак).
– Если так пойдет и дальше, в скором времени, – сказал он, багровея, – доценты начнут спонтанно хвосты ампутировать.
– Хвосты не ампутируют, – откликнулась из угла известная собачница профессор К., – а купируют.
– Это кому как! – резко отвечал Берберов; в этот миг стал он похож на животное.
– Откуда они взялись, эти бедуины научной пустыни? – спросил Николаша.
И получил ответ Орлова:
– Мне кажется, их придумали дети.
Глава девятая
Ремонт и Отмена. – У нижнего шоссе. – “Он всегда читал Гумилева у залива”.
Лето подчинялось правилам пятнадцатилетнего цикла Ремонта рельсов и Отмены поездов. Мы встретились с Еленой Ч. в автобусе, следовавшем в Зеленогорск по нижнему шоссе, вышли на Морской. Нам предстоял долгий переход к станции с крутым подъемом в гору, и, положив свои тяжеленные продуктовые сумки на песок, мы набирались сил, глядя на залив с пляжной скамейки.
– Когда я была маленькая, лет одиннадцати, что ли, Клюзнер читал мне на заливе стихи Гумилева, – сказала Елена. – Иногда здесь, иногда в Зеленогорске, – случалось, что мы ездили туда ужинать, праздничный ужин, я тогда все лето жила у него в доме, проболев всю зиму; мама не знала, куда меня деть на лето, чтобы укрепить мне легкие. Первый раз мы поехали в ресторан “Жемчужина”, до этого я никогда не была ни в кафе, ни в ресторане. Думаю, что речь не шла о каких-то ресторанных разносолах, он шиковать не привык, я тем более; но мне было куплено на десерт пирожное, я запила его соком, мы вышли к заливу, и тут я впервые услышала стихи Гумилева. Клюзнер знал их наизусть, множество текстов, то был его любимый поэт.
– Гумилев? Вот это новость!
– Да, любимый поэт, и он всегда читал Гумилева у залива, реже – на крыльце дома перед лужком. Я до сих пор помню наизусть несколько отрывков стихотворений с его голоса.
Мы поднимались в гору, тяжело дыша, волоча свои сумки, и, поднявшись, присели отдохнуть на каменные ступени возле любимой калиточки черной литой ограды.
– А вот стихотворение Мандельштама, – сказала Елена, – Клюзнер мне тогда же прочел, кажется, в первый и последний раз; стихи о казино в дюнах, некогда стоявшем неподалеку от “Жемчужины”, я много лет хочу этот текст найти, да все забываю. “Но я люблю на дюнах казино, широкий вид в туманное окно”.
Глава десятая
“Выехала четыре часа назад”. – Ларусс 1910 года. – “Есть ли у тебя знакомый священник?” – Князь рассказывает о Троеручице. – Заказчицы Виталия Северьяновича. – Розовый мизинец. – Фантомная любовь.
Муж уехал на работу, на сей раз летом он принимал экзамены. Меня беспокоили его поездки, его гипертонические кризы, неразбериха с электричками, я постоянно была на взводе, на взводе был и мой младший аутист, к своим неровным тревожным состояниям он добавлял возведенные в степень мои, улавливаемые его суперчувствительным, но малопонятливым локатором. Мы препирались возле старого сарая, я не сразу услышала телефонный звонок, но, пока я доскакала до крыльца, преодолела семь крутых неравновысоких ступеней и ворвалась в большую комнату, телефон все еще звонил, о чудо.
– Вы дома? – спросила подруга. – Не в Зеленогорске? Не на пляже? Не в лесу? Я еду.
– Когда будешь?
– Без понятия. Выехала четыре часа назад.
– Откуда выехала-то?
– Будто ты не знаешь, где я живу. Вход в метро закрыт, на Литейном пробка, поезда отменили, на такси денег нет, но вроде я уже в поезде, хотя едет он сперва через Кушелевку, потом через Сестрорецк, потом от Белоострова до Зеленогорска без остановок, к тому же останавливается и стоит по полчаса у каждого столба. Если доеду, придется у вас ночевать. Как твой красавчик? Сцены закатывает?
– Ничего, мы тебя с вечера на ключ на втором этаже закроем.
– Я везу тебе ксерокс из словаря Ларусса 1910 года.
Тут мобильник ее отключился.
Не знаю, что врал он хозяйке, а мне говорил: “Абонент временно не доступен”. На жаргоне официозных похорон это звучало бы как “доступ к телу временно прекращен”; я знавала одну развеселую девушку, которая иногда говорила эту фразу любовникам своим.
Услышав, что едет из города его любимая тетя Л., мой человек дождя внезапно угомонился, совершенно успокоился и сказал:
– Она везет мне чайник.
После пятилетки битья посуды (приезжавшая из Швеции профессор Ирис Ю. объясняла нам, затурканным родителям, что почти все аутисты проходят подобную стадию, нуждаясь в символе законченного действия: предмет – шараханье им об пол – осколки – выметанье осколков) у него настала пятилетка коллекционирования заварных чайников (в моменты особых аффектов группа особых любимцев аннигилировалась старым способом). Родственники и знакомые облагались оброком и пополняли большую уже коллекцию не без удовольствия.
– Вряд ли. На сей раз она без чайника.
– С чайником! Она везет! Она с ним!
– Может, она что-нибудь другое везет? – предположила я.
– Другое тоже, – сказал он и пошел к скамейке, стоявшей у стола напротив калитки.
Он ждал с полчаса, потом мы пошли в магазин, вернулись с хлебом и черешнею, а после нас пришла и Л., замордованная путешествием.
– Чайник с лимончиком принесла! – сказала она не без гордости. – Полгода искала.
Я разглядывала ксерокс из энциклопедического словаря Ларусса 1910 года.
Рисунок анфас, почти ортогональная проекция, узкий высокий ларец, напоминающий и клетку, и маленькую часовню с крестом на полукупольной крыше.
“Tabernacle, lat. Tabernaculum. Tente, pavillon. 1) Chez les Hebreux, tente sous laquelle reposait l’arche d’alliance. 2) Petite armoire, placee sur l’autel, ou l’on renferme le saint ciboire et la custode. Anciennement, synonyme de c i b o i r e.
Fкte des tabernacles – une des trois grandes sollenites des Hebreux; celebree apre2s la moisson sous les tentes et les feuilles [en memoire de leur campement dans le desert apre2s la sortie d’Egypte].