Чтение онлайн

– Хватит об этом, – оборвал беседу Глущенко. – Может быть, у вас там, в Москве, это и правильно, а у нас так не делают. Всё! Закончили! Телемастера я завтра найду. Я пошёл. До свидания.

Глущенко накинул кепку на голову и вышел.

– До завтра, – уже закрывшейся двери сказал Константин. – Похоже, я с тортиком поторопился. Домострой у них тут, что ли?

Немирович не спешил. Он подождал пока за ним приедет Витя Бауэр и с тортом отвезёт его к дому Веры Моховой.

– Спасибо, Витя, – поблагодарил Константин молодого товарища. – Ты завтра с утра в отдел не приезжай. Дуй сразу в «Восход».

– Слушаюсь, товарищ капитан, – Витя приложил руку к мотоциклетной каске. – Удачного вечера.

– Спасибо.

Немирович направился было к подъезду, но вдруг резко обернулся и махнул рукой Бауэру.

– Стой! – крикнул он, стараясь перекричать рокот мотора. – Глуши!

Немирович подошёл близко и спросил:

– Вить, скажи, а почему Валя Глущенко так разозлился, когда узнал, что я хочу за Верой приударить?

Витя громко выпустил воздух, снял каску и повесил её на руль.

– А вы ему сказали, что идёте к Вере?

– Ну так прямо не сказал, но намекнул. А что, не надо было?

– Он бы всё равно узнал.

Бауэр пошарил рукой по карманам, достал конфетку и собрался развернуть фантик, но внезапно протянул конфету Косте.

– Леденец хотите? – спросил он.

– Нет. Ты на мой вопрос ответить можешь?

– Тут история плохая была, – громко вздохнув, начал Витя. – Валя из-за Верки с женой чуть не развёлся. Влюбился в Мохову. Она вроде как сначала с ним встречалась, всё у них шло хорошо. Глущенко уже комнату снял. А тут вдруг появился Сан Саныч.

– Что значит появился?

– Его из соседнего района перевели к нам начальником розыска. Мантуленко с Валентином ещё со школы знакомы. Сан Саныч на Веру глаз положил. Ну и всё. Валя побоку, а Мантуленко на коне.

– Интересно девки пляшут. Так Вера Мохова девушка нарасхват, так получается? – спросил Немирович.

– Не люблю я её, – нахмурился Витя. – Играет мужиками как хочет. То ли дело моя Надя. Пусть и не писаная красавица, но зато добрая, честная и любить умеет.

– А что же ты меня не отговариваешь от Моховой?

– А зачем? – Бауэр широко улыбнулся, – Вы совсем другой. Я же вижу, не дурак. Вы с ней поиграетесь, потом хвоста накрутите и свободна в чисто поле. А Моховой так и надо.

– Ты, по-моему, меня переоцениваешь, Виктор.

– Не-а! Вы себя со стороны не видите. Вы не влюбитесь. Вам побаловаться и больше ничего не надо. Я же вижу.

– Ты я погляжу, профессор психологии, – Костя хлопнул по-дружески Витю по плечу и добавил. – Езжай. Я пойду, побалуюсь.

Витя громко рассмеялся, надел каску, завёл свой «CZ», и уехал, оставляя за собой кудри песчаной пыли.

Костя поправил причёску и вошёл в подъезд. Квартира Веры Моховой была на втором этаже. Дверь, обитая коричневым дерматином, выглядела по-современному. В Москве такая обивка была у каждой второй квартиры. Костя нажал на звонок. Через несколько секунд дверь открылась. На пороге стояла женщина лет пятидесяти, с хорошей причёской. Одета так, будто собирается выйти из дома. Женщина рассмотрела Костю, задержала взгляд на коробке с тортом, и громко сказала:

– Вера, это к тебе.

– Да! Да! – послышался голос Веры откуда-то из глубины квартиры. – Мама, проводи Костю на кухню. Я сейчас.

– Так это у нас Костя, – сказала женщина и пригласила жестом кавалера в квартиру. – Иди, Костя, за мной.

Мама Веры провела Немировича на кухню. Кухонька маленькая, даже очень маленькая. Женщина указала на стул в углу у окна.

– Садись, – в приказном тоне сказала хозяйка. – Торт давай.

Костя протянул коробку с тортом. Женщина взяла коробку и сказала:

– Не бойся, Костя, в холодильник отнесу. Меня Раиса Семёновна зовут, – представилась наконец-то мама. – То, что я мама этой балахрыстки, ты уже понял.

– А почему вы так её называете?

– А потому, что пора уже мне внуков нарожать, а она… – Раиса отчаянно махнула рукой и исчезла за углом.

Через несколько секунд Раиса появилась снова. Поправила причёску и сказала:

– Ну я пошла. На дежурство опоздаю. Не балуйтесь тут спичками. Она сейчас выйдет, – Раиса Семёновна показала куда-то вглубь квартиры. – Пока.

Константин услышал, как щёлкнул дверной замок. Наступила тишина. Только пластмассовое радио, висевшее на стене, бубнило что-то невнятное женским голосом. Немирович привстал, дотянулся до приёмника и сделал звук громче. «Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев, – говорила поставленным голосом диктор, – начал трёхдневную поездку в Грузию, на празднование пятидесятилетия Грузинской ССР и компартии Грузии». В эту минуту в кухню вошла Вера и выключила радио.

– Ну вот, не дала дослушать, – пошутил Костя. – Дальше самое интересное будет.

– Чего там интересного?

– Как же? Интересно, как это они будут праздновать три дня? Ты только подумай, три дня в Грузии. Шашлык, «Ркацители» и гостеприимные «генацвале». Хочешь в Грузию на три дня?

– Болтун.

Вера поставила на плиту чайник.

– Я за тортом, – девушка исчезла за углом. – Вы поглядите! – воскликнула она, видимо взглянув на торт. – Откуда это? Немирович, вы что волшебник?

Вера вернулась в кухню с тортом в руках.

– Угодил, – по буквам произнёс Костя.

– У нас не продают такие торты, – продолжала Вера. – Ну-ка колись, кто привёз? Откуда?

– Это мой большой секрет. Торт заказывали – получите!

– Ты так и будешь скрывать свои секреты от меня? – Вера поставила торт на стол и наклонилась к Немировичу.

– Костя, а где твоя жена?

– У меня больше нет жены. И это не секрет.

– Почему ты приехал сюда из Москвы?

Костя заглянул в глаза Моховой. По взгляду он понял, что вопрос отнюдь не праздный, ей действительно интересно, почему капитан перебрался из стольного града, где перспектив было в сотни раз больше, сюда, в глухую провинцию. Немирович не хотел врать, но и правды сказать не мог. Он ловко соскочил с неприятной темы.