Чтение онлайн

— Хрусталь, нефрит, золото, серебро. Порошок сапфира мной был добавлен отдельно. Требуется ещё некротическая сила, она как раз содержится в прозрачных фигурах Пути Шахмат, а в фигурах жизни — сила витамантов. Ну и, конечно, в твоих фигурах было дерево и кровь… но этого всё равно не должно было хватать. Я собиралась тебе поведать о последнем пункте: живой воде. Для того чтобы её добыть, нужно победить одного из духов прошлого, но это отдельная информация. Хотя есть то, что может это заменить, я не учла, хотя это было среди моих догадок. Теперь я уверена: ты сам алхимик! — Медленно произносила Жасмин, а последнее произнесла очень тихо.

— Возможно, — не стал отрицать я.

— Это не самое удивительное. Я обдумывала встречу с тобой долгие годы. В тебе очень много странного. Принадлежность к алхимикам вполне допустима, пусть и достаточно редка для шахматистов. Ведь я сама понимаю плюсы нашего ремесла на Пути Шахмат. Ты интересен по другой причине: человек не способен игнорировать похоть. Либо ты мёртв, либо тебя не может здесь быть.

— Спасибо на добром слове. Буу-ууу, испугались? — рассмеялся я.

— Я имею в виду, мальчик, а ты не други? — подняла на меня взгляд девушка из ванны.

Меня словно прожгло.

Внимание! Вас принуждают к правде!

Вы сопротивляетесь!

Сопротивление подавлено!

Губы сами собой ответили:

— Нет, — но я тут же добавил по собственной воле. — А вот сейчас Вы меня оскорбили. Я буду подчиняться правилам Пути Шахмат: никаких поддавков!

— … Ладно, прошу прощения, я отвечу на все твои вопросы, — поджав губы, произнесла Жасмин.

— Как я могу быть други, если Вы сами «видите талант шахматиста»?

— Мальчик, похоже, ты вообще не понимаешь некоторых вещей, — процедила девушка. — Я сейчас покину ванну. Если хочешь, можешь смотреть. Но моё нагое тело само по себе может заставить тебя подчиняться мне, сделает тебя марионеткой желаний.

Блеф или нет, но быть рабом мне не хочется. Я отвернулся. Однако через несколько мгновений меня обняли руки, а в затылок что-то упёрлось. Хм, я думал, что она ниже. Не Агата, но высокая.

Блин, что-то резко захотелось спать.

Я зевнул.

— А? Ха-ха, как я и думала. Нулевая реакция. Так вот. Други могут обладать талантами, юноша. Они при этом лишены потребности зачищать подземелья, но не могут прыгнуть выше первой способности, — начала Жасмин. — Да и то исключительно боевой. Но я встречала всего трёх други с подобной силой. И сюда они попасть не способны!

— Вы меня не обманываете? Даже намёка на подобное я не встречал, — заявил я.

— Талант может пробудиться и у скрытого мага. А сами таланты заимствуют очень многое у скрытников. Други также могут пробудить талант, ведь они любимчики мира. Но, судя по твоей реакции, не твой случай. Ведь талант у такого существа не вернул бы ему эмоциональности. А будь ты неполноценным други, похоть на тебя работала бы точно также, как на любого человека. Только полноценный други идёт к мечте, игнорируя свои грехи. Искусственный человек не может войти на Путь Шахмат, так что ты какой-то мутант. Или маньяк! может, псих? — Неожиданно оскорбила меня брюнетка прямо на ухо.

Я отточенным движением с поправкой на рост пощекотал ей бок и присел, чтобы вырваться из объятий, после чего рванул вперёд.

— Вашей софистики мало. Мне нужны ответы на многие вопросы. Для начала: реален ли философский камень для превращения свинца в золото? — начал я очень долгий опрос.

Разговор был долгим.

Ответы на мои вопросы не были коротки. Но это не говорило о том, что они правдивы.

После заявлений о «талантливых други» я скептически относился к полученной информации.

Тем более меня заставили ответить на вопрос силой, что мне очень не понравилось, но было в рамках ожиданий.

Если изначально в моих планах был равноценный обмен с обоюдной выгодой, то после принуждения мой настрой изменился в сторону плана с негативными моментами.

— Я оделась, можешь повернуться, — раздался голос.

Жасмин во время нашего разговора минимум трижды покидала ванну. Каждый раз это совпадало со сменой погоды на шахматном небе. Стоило хоть чуточку похолодать, как она без предупреждения разворачивалась от меня, разводила руки в стороны, а сопровождающие её девушки помогали спасть её одеянию, в том числе она убирала золотистые вуали с лица. Кажется, каждый раз новые.

Не могу назвать её одежду какой-то уж сильно скрытной. Каждое из платьев было прозрачным, лишь на груди и ниже пояса становясь плотнее. Вуаль так вообще представляла собой золотистое кружево.

Стоило снова потеплеть, как представительница местного населения спрашивала у Барбары о погоде, после чего покидала ванну.

Последний раз я и не подумал отворачиваться, когда похолодало. Если быть точнее, я просто отвлёкся. Я в этот момент доставал еду, одновременно слушал ответ по гомункулам. Так что я понял, что должен был отвернуться только уже во время возвращения девушки в пену. Так что теперь я видел её со спины. У неё, оказывается, есть родимое пятно или клеймо в форме банана.

— А у Вас необычная ванна? Мне кажется, пена какая-то розоватая, — отметил я, меняя тему.

— Да. Странно, что ты не заметил раньше. Каждый раз я погружаюсь в ванну с новыми маслами. Вода же здесь меняется постоянно, это лишь кусок пространства от моего источника, — произнесла Жасмин. — Я спрошу ещё раз, что стало с моим подарком.

— Так-то Голь — выигрыш, а не подарок. Перед ответом уточню: раз эти гомункулы — Ваша драгоценность. В чём именно заключается смысл драгоценности? — проговорил я.

— Глупо раскрывать такой секрет. Умный нашёл бы сам ответ и понял бы, что тайну оглашать не буду.

Как я и предполагал.

— Тело Голь заняла чистая душа, — произнёс я, следя за мимикой женщины.

Всего на миг, но я увидел разочарование, но не более.

— Если у тебя больше нет вопросов, давай приступим к шахматам, — сказала Жасмин.

— Насколько я слышал, матч на моей доске даёт Вам право выбора награды. Но играй я на Вашем поле, Ваша ставка должна быть особой? — спросил я то, что имело для меня важность куда ниже, чем вопросы об оживлении шахмат.