Чтение онлайн

Не доходя до руководителей СССР нескольких шагов, Сигэмицу поклонился, резко нагнувшись всем корпусом:

— Посланные Божественным Тенно просят принять их и выслушать! — провозгласил он.

Переводчики быстро перетолмачили, хотя в этом и не было большой нужды: дипломатический протокол не был в новинку ни для кого из присутствующих. Повинуясь почти незаметному жесту, вперед вышел нарком Ворошилов:

— Правительство Союза ССР радо принять посланцев японского императора и выслушать их. — Коротким движением руки он указал на стоящий чуть в стороне длинный стол, — Прошу…

Полтора часа ушло на то, чтобы озвучить предложения Японии, о которых уже было известно заранее, и выслушать ответ Советской стороны, который также был известен всем присутствующим. Все тяготились необходимостью соблюдать дипломатический протокол, особенно тогда, когда вот-вот должен быть согласован и заключен величайший союз, долженствующий перевернуть историю человечества.

Молотов встал и приготовился начать излагать конкретные предложения СССР, когда протокол вдруг был нарушен самым неожиданным образом:

— Простите мне, о Солнцеликий, великий продолжатель дела Маркса и Ленина — раздался высокий голос. — Могу ли я просить вас оказать мне честь и позволить познакомиться с тем удивительным человеком, что столь малыми силами смог усмирить могущество армии моего царственного брата?

Все посмотрели на Нобухито, который встал из-за стола и теперь стоял в полупоклоне, обращенном к Сталину. Принц Такамацу не смутился и продолжал:

— Мои товарищи по партии также владеют искусствами боя [128] , но никогда у них не получалось так, как у вашего великого воина.

Сталин смотрел на тридцатипятилетнего капитана второго ранга, принца правящего дома Японской Империи и улыбался так, словно смотрел на ребенка, впервые попавшего в магазин игрушек. И вот, выбрав самую удивительную игрушку, он смотрит своими ясными глазами на взрослого и обещает вести себя хорошо — просто замечательно! — лишь бы получить это чудо в свои руки.

Иосиф Виссарионович бросил короткий взгляд на Берию. Тот вопросительно посмотрел на Сталина и еле заметно отрицательно качнул головой. «Ни в коем случае! — читалось в его взгляде. — Товарищ Новиков — носитель важнейших государственных тайн!» Вождь чуть покривил рот: «Дурак ты, Лаврентий. Ой, какой большой дурак! Плевать японец хотел на наши тайны, а вот увидеть подготовку спецназа… Если ему не дать, он же себе харакири сотворит! — говорили смеющиеся глаза Сталина. — Отправь-ка паренька в Дубну, вот ему и наука, и развлечение будет…»

Кирилл хлопнул ладонью по столу и укоризненно посмотрел на Чкалова:

— Валер, я же не лезу в твои летные дела, а ты чего ж? Ну, где я тебе столько инструкторов возьму, когда у меня каждый на год вперед расписан? Ты же требуешь не просто инструкторов, а высшего класса, да ещё и аж триста человек! Давай сделаем так. Я дам тебе человек двести ветеранов, из тех, кто по ранению не может пока скакать, и ещё человек с полсотни специалистов именно по выживанию. Думаю, для подготовки летчиков этого хватит. Кроме того, пусть вместе с твоими людьми подумают об оснащении аварийного запаса. А то плитка шоколада и пистолет, это несерьёзно.

Валерий Павлович тяжело вздохнул. В принципе, он и не ожидал ничего другого — знал ситуацию с инструкторами в Корпусе Специального Назначения. Еще и получше многих знал: даром что ли они со Стальным Киром — друзья до гроба? Но попробовать-то все же было надо…

Новиков сочувственно посмотрел на товарища и собрался уже, было, сказать что-нибудь утешительное — что обстрелянный ветеран это практически готовый инструктор, что он сам проконтролирует занятия с личным составом РККВФ [129] , что… но в этот момент стоявший на столе телефон прямой связи с Кремлем взорвался оглушительной трелью.

— Новиков.

— Товарищ Новиков — раздался в трубке чуть глуховатый легко узнаваемый голос. — Центральный Комитет просил сообщить вам, что в гости в Дубну выехал японский принц, член компартии Японии Нобухито. Товарищ Нобухито очень просил ЦК познакомить его и нескольких товарищей из Японской секции Коминтерна с методиками обучения войск специального назначения. Есть мнение, что просьбу товарища Нобухито желательно удовлетворить. Очень желательно удовлетворить просьбу товарища Нобухито.

— Слушаюсь, товарищ Сталин! — четко отрубил Кирилл, но тут же уточнил — Товарища принца Нобухито ознакомить только теоретически. Или на практике — тоже?

На том конце провода возникла долгая пауза. А затем Сталин медленно произнес:

— Есть мнение оставить этот вопрос на ваше личное усмотрение, товарищ Новиков. По нашим данным японские товарищи и сам товарищ Нобухито располагают удовлетворительной физической подготовкой. Но решать, товарищ Новиков, вам.

Теперь задумался Новиков. Но он размышлял значительно меньше.

— Вас понял товарищ Сталин. Разрешите выполнять?

Трубка издала короткий сталинский смешок:

— Как же сильно любит товарищ Новиков эти старорежимные словечки. Удивительно сильно любит. Товарищ Нобухито прибудет с остальными товарищами через три часа, не раньше. Тогда и выполняйте.

— Мне нужно время на подготовку, товарищ Сталин.

— Тогда начинайте выполнять прямо сейчас, товарищ Новиков, — рассудительно произнес Иосиф Виссарионович. — Желаю вам успешно выполнить задание ЦК.

В трубке раздался прерывистый зуммер отбоя.

Чкалов вопросительно посмотрел на Кирилла, и тот коротко объяснил суть сталинского задания.

— Слушай, а на самолете мне его не покатать? — предложил Валерий Павлович. — Давай уж я ему новые «стовосьмедисятки» покажу. И «сушки» до кучи, чтоб уж совсем добить, а?

— Погоди, Валера, погоди. Сперва на этого принца коммунистического поглядеть надо, а там посмотрим, что ему показывать… — Стальной Кир поднял трубу другого телефона, внутреннего, — Первый. Четверку мне, бегом… Бажуков? Слушай, Игорь Львович, и запоминай: к нам едет делегация японских коммунистов во главе с принцем. Да, вот так тоже бывает: принц — а коммунист. Нобухито. Велено им показать нашу подготовку. Да, вот ты и займешься. Выводи своих орлов и будь готов. Приедут — сигнал дам.