Чтение онлайн

— Слушай, майор, тут у нас есть задачи некоторые, их как раз программерам можно поручить. И им приработок, ну и тебе проценты, — как все просто оказалось.

— Мне от друзей процентов не надо! Ещё по чуть-чуть и я объясню! — майор явно был из тех, кто надирается коньяком быстро и плодотворно. — Ща, секунду!

Заступко полез в карман и вытащил дешевый сотовый телефон.

— Гамбург? Шо делаем? А пацаны твои? Ну-ну. Так, короче, шоп мне через пятнадцать минут был. Где ему быть? — это уже нам, прикрыв рукой трубку.

Из нехоженых закоулков памяти всплыла такая давняя встреча и почему-то не было сомнений, о каком Гамбурге идет речь.

— Гамбург, это…, — но майор прервал меня.

— Да именно! Взяли вроде специалиста, с такими рекомендациями, а толку никакого! Второй год там по клавишам бряцают, и ни одного метеорита! Непорядок.

Тут особист спохватился, что до сих пор держит прикрытую ладонью трубку телефона.

— Так куда его доставить? Сюда? — он вопросительно уставился на Виктора, по— видимому решив, что тот ответственен за все оперативные вопросы.

— Нет, не надо доставлять никуда, — прервал его я, — давайте я сам ему назначу встречу. Скажите, что позвоню через час. У него мобильный есть? Ну пусть он с ним ждет меня, ну, пусть у памятника на Черной площади. На этом майора выпроводили в сопровождении Митяя, как и в начале нацепив на глаза черную повязку.

— Ты что, опять под пули лезть собрался? Опять Саля тебя вытаскивать будет? — Виктор был совершенно прав.

— Ну, во-первых, надо посмотреть, что там в городе делается, — привел я не очень веский аргумент. — Во-вторых, вы меня прикрывать будете. Просто Гамбург, как мне кажется, человек, требующий вначале деликатного разговора на неформальной, как говорят, остановке.

— И где же такая? — Саля была явно не довольна идеей.

— А просто погуляем по парку, воздухом подышим.

В городе господствовала зима. Она долго не приходила, а теперь навалилась морозом и обильным снегом. Его кое-как разгребали на центральной улице, но в Царском парке, куда я и позвал Гамбурга, снег лежал на цветниках и газонах почти метровым слоем, и лишь на дорожках был утоптан, не теряя однако своей белизны. Литого чугуна фонтан недалеко от входа в парк был украшен покосившейся снежной бабой. У нее на голове зачем-то была повязана странная тряпочка с небольшим зеркальцем. Глупое украшение. Ждать Гамбурга пришлось ровно столько, сколько необходимо было, чтобы подняться от площади вверх. Я увидел его издалека, бодро шагавшего по пустынной улице. Поднявшись по мелким ступенькам в парк. Гамбург растерянно оглянулся, а потом направился прямо ко мне.

— Здравствуйте, Майер! Видите, я помню, как вас зовут! А виделись-то вон когда, и совсем случайно. Хотя вы помните, что такое случайность.

— Здравствуйте! Я тоже запомнил и вас и тот странный разговор. — улыбнулся я, протягивая ему руку.

Тот слегка замешкался, стягивая перчатку.

— Так чем обязан? Наш куратор потребовал, чтобы я оказал вам поддержку во всем и всем, чем мы можем. Вы ведь занимались чем-то странным, дайте вспомнить… Сайентологией, или нет, а вспомнил, да! Да-да, вспомнил! Вы какой-то менеджмент стимулировали. Вы уж простите, я не очень в этих новомодных делах, да и пессимист…

— Да помню, вы меня убедительно критиковали. Давайте пройдемся по парку, и ноги не будет мерзнуть, да и красиво как.

Гамбург не возражал и мы неспешно потопали вглубь парка, мимо памятников великим к монументальной ракушке летней эстрады.

— Помните, Гамбург, вы говорили о том, что нас ждут всякие катаклизмы? О том, что общество перегрето, что система несправедлива?

— Вы часом не в оппозицию меня агитировать собрались? — засмеялся Гамбург, — так знайте, я в политику ни ногой, там куда ни ступи… Ну, в общем, вроде деревянного клозета на районной автостанции. Вы понимаете.

— Нет что вы, что вы! — меня тоже рассмешила эта мысль. Об участии в политике. — Политика давно перестала быть кому-то интересной. Людям наплевать и на власть и на оппозицию. Все одна шайка. Тут совсем другое.

— А именно?

Гамбург почему-то все время слегка принимал влево и почти прижал меня к снежной обочине.

— Согласитесь выслушать мою историю, не делая сразу выводов, не думая, что я просто сошел с ума?

— Ну, нет, даже если и так, то я не буду перебивать вас, — успокоил меня Гамбург.

Как ни странно, мой рассказ получился вполне складным. Мы плутали по белым дорожкам почти час. Гамбург, сначала пытавшийся что-то спрашивать, все больше мрачнел. Иногда мне даже удавалось незаметно вкладывать в его сознание некоторые картинки. Но слегка, просто вызывая образы.

— Вы хотите, чтобы я вам помогал? Но как? — произнес он после тягостного молчания, наступившего по окончании моего рассказа.

— Скажите, вы давно занимаетесь этой ерундой — метеориты ловите с помощью радиотелескопов? — я решил сразу изложить нашу идею.

— Это вам тот дебил-особист рассказал, чем мы занимаемся? Он весьма примитивно изложил нашу задачу. Существует целая глобальная система дальнего оповещения, она включает и наземные системы слежения и космические. На орбитальной станции положено более часа ежедневно заниматься этим. Все данные поступают в единый центр, обрабатываются. А вам это зачем? Надеетесь, что я помогу ваших типов в космосе обнаружить? Не очень верится, что они на орбите сидят. К тому же, много лет существует негласное указание не рассматривать информацию о внеземных аппаратах, как нереальную. Это вроде опровержение теории относительности. Любое упоминание запрещено оглашать.

— Ну, а как же эта рекламная кампания? На каждом углу, в каждой детской передаче рассказывают о добрых пришельцах, которые спасут мир? — то, что говорил Гамбург, действительно меня удивило.

— Посмотрите, как красиво, почти Куинджи, — Гамбург остановился на смотровой площадке,с которой открывалась величественная панорама нижнего города и реки. — А эта вся пропаганда — не по нашей части. Но судя по вашему рассказу — не бессмысленна.

— Вот с вашей помощью мы и хотим найти инопланетян. Только виртуальных. Если кто-то так настойчиво готовит Землю к пришествию, так пусть оно и произойдет. Только прилетят наши. Вернее, пусть станет известно, что прилетели. А мы посмотрим, как наши местные на это отреагируют.