Чтение онлайн

— Ты точно созрела для сбора, и это факт, — сказал он голосом, каким говорил с обреченной курицей. — Созрела уже давно. Вчера, когда нагрянули индейцы, я подумал, что мне стоит поиметь тебя, пока у меня есть для этого возможность. Том, назвав тебя своей нареченной прошлым вечером, окончательно решил все. Будь я проклят. Я не для того изъерзался своей задницей, выращивая тебя, чтобы кто-нибудь другой собрал урожай. Единственная причина, почему я ему разрешил приехать, чтобы он убедился, как ты похорошела.

Даже в сумеречном свете Лоретта могла видеть злобный блеск его глаз. Она бросила безумный взгляд в направлении дома. Но на пути стоял сарай. Даже если бы тетя Рейчел выглянула из окна, она не смогла бы их увидеть. Генри воспользовался тем, что ее внимание отвлеклось, и обхватил ее за талию.

Сжав ее сильным рывком, он произнес вкрадчивым голосом:

— Не надо беспокоиться, что нас позовут. Я сказал Рейчел, что упала секция ограды, и нам понадобится час или около того для исправления.

Лоретта испытала такое чувство, словно ее душили подушкой. Генри хрипло засмеялся и прижал свободную руку к ее телу пониже груди, его похотливые пальцы медленно перемещались вверх.

— Я очень доволен, что ты не можешь говорить. Ты не станешь визжать, и Рейчел не прибежит выяснять, что случилось. Это дает мне много времени наслаждаться с тобой, как и следует тобой наслаждаться. Ода, Лоретта, каждый раз, когда я захочу тебя, я буду иметь тебя столько времени, сколько пожелаю.

Снова засмеявшись, он прижал к ней свои бедра. Перед ее мысленным взором пронеслась картина, как индейцы насиловали ее мать, и она поняла, что с ней происходит.

Лоретта запрокинула голову. На какое-то мгновение ей показалось, что она в состоянии закричать. Затем рот Генри прижался к ее губам, и все звуки, которые могли бы вырваться из ее горла, были подавлены его присосавшимися губами. Ее желудок сжался от тошноты, и она вырвалась из его объятий, но при этом потеряла точку опоры. Когда она упала на спину, он упал на нее, обхватив запястья. Она упала не на сено, а на дно телеги, и он очутился на ней верхом.

Он захихикал, медленно двигаясь вперед. Затем с испугавшей ее легкостью он пригвоздил ногами ее руки к полу. Боль отдалась у нее в плечах, когда его острые голени вонзились в ее запястья. Сложив ноги, она ударила его коленями в спину, но он лишь ухмыльнулся, раскачиваясь вперед и назад, опускаясь на ее живот с такой силой, что у нее чуть не переломился позвоночник. Ее горло было напряжено, но так как Генри сидел на ней, она не смогла бы закричать, даже если бы у нее был голос. Он наносил ей удары даже тогда, когда она прекратила бороться. Ее язык распух, заполнив рот, как кляп. Черные круги плыли у нее перед глазами.

Когда она обмякла, он уселся ей на живот и улыбнулся, протягивая руку к ряду маленьких пуговок на ее корсаже. Она отвернулась, со свистом втягивая воздух.

— Я наблюдал давно за этими хорошенькими грудями, — шептал он, медленно распахивая ее кофточку.

Она ощущала, как его мозолистые руки возились с лентами сорочки, как прохладный воздух проникал сквозь тонкую ткань. О Боже, помоги мне. Кто-нибудь, пожалуйста, помоги мне.

Внезапно чья-то темная рука частично заслонила от нее Генри. Она смотрела на руку, думая, откуда она взялась и кому принадлежит. Во всяком случае не Генри. Она была слишком гладкой и смуглой. Рука слегка повернулась, и она увидела нож, приближенный к подбородку Генри. Генри вскинул голову и вскочил на ноги. Пятясь, он споткнулся и упал. Тень метнулась через борт телеги следом за ним.

С трудом дыша, Лоретта перекатилась на бок и обхватила себя руками. Когда наконец ее голова начала проясняться, она повернулась и увидела Генри, отступающего на пятках, чтобы уклониться от нападающего на него. Его тяжелые ботинки оставляли глубокий след в сене. В то время как он медленно приближался к телеге, он держал подбородок высоко поднятым вверх, а глаза его были скошены вниз, чтобы не упускать из вида угрожающий ему нож.

— Не убивай меня, — тонким голосом просил он. — Я знаю, ты хочешь ее, — и ты можешь взять ее. Бери ее, давай, только не убивай меня. Из любви к Господу, не убивай меня.

Когда взор Лоретты упал на своего избавителя, она стремительно села. Охотник? Она молилась о помощи, и Бог послал ей индейца?

Генри схватил индейца за широкое запястье.

— Пожалуйста, у меня жена и ребенок. — Глянув вниз, он закричал: — Сделай что-нибудь, ты, проклятая глупая девка! Он наверняка убьет меня. Сделай что-нибудь. Вилы — возьми вилы!

Лоретта медленно, с трудом встала на колени и оглянулась вокруг. Вилы? О Боже, где же они? Генри, все отступая, сделал лишний шаг и упал с телеги. Размахивая руками, он издал крик и полетел головой вниз. Охотник приставил кончик своего ножа таким образом, что лезвие прошло вдоль изгиба подбородка Генри, когда он падал, и рассекло его. Генри упал в грязь, затем поднялся на ноги. Прижимая руку к кровоточащему подбородку и визжа, как поросенок, он побежал к дому, ни разу не оглянувшись.

Лоретта стояла на коленях с раскрытым ртом, держась за живот. Охотник медленно повернулся. На нем были штаны, мокасины до колен и синий шерстяной пояс, так что у нее была возможность довольно подробно рассмотреть его, прежде чем он повернулся к ней лицом. Она никогда раньше не видела обнаженного мужчину, а этот был почти обнажен. В тех местах, где она и тётя Рейчел были круглыми и мягкими, он был плоским и твердым, а там, где они были худыми, у него вздувались мускулы. Ноги его были твердыми и коричневыми, как стволы деревьев.

Его темные глаза блестели, как полированный обсидиан, пытаясь отыскать ее в сумерках. Его взгляд заставил ее вздрогнуть. Никогда она не видела такого разгневанного лица. Когда он начал приближаться к ней, она отпрянула. Ее внимание было приковано к окровавленному ножу в его руке.

Закинув руку за спину, она пыталась нащупать борт телеги. Если бы ей удалось перепрыгнуть через него и убежать, у нее был бы шанс. Ее рука повисла в воздухе. Она смотрела на нож и думала, что ощущает человек, когда нож вонзается в его тело. Команч вложил нож в ножны и опустил руки. В значении этого жеста нельзя было ошибиться, но это не успокоило ее.

Он сделал еще один шаг, и она отпрянула, упершись спиной о борт телеги. Он подошел слишком близко, исключив для нее возможность бегства, и продолжал приближаться. Его ноги, обутые в мокасины, неслышно ступали по дну телеги. Когда он опустился на одно колено на разбросанном сене перед нею, Лоретта прижалась к деревянной опоре позади себя. Когда он протянул к ней руку, она забилась в угол. Она услышала звук прерывистого учащенного дыхания и смутно поняла, что это было ее дыхание. Он сунул руку под ее расстегнутый лиф и прижал ладонь к ребрам. Тепло его прикосновения через тонкую ткань сорочки подействовало на нее так же, как бегство Генри. Она рывком отодвинулась в сторону, обхватила себя руками и ссутулилась. Он прошептал что-то на языке команчей и посмотрел ей прямо в глаза. Находясь там, где он был, он отрезал все пути к бегству. Лоретту охватила дрожь.