Танцуй!
Шрифт:
— Это плохо?
— Нет, это повод дать тебе имя Бренд!
— Что с ним не так?
— С кем?
— С именем.
— Так звали барана, который прожил рядом с Роулем пять лет. Он был настолько упертым, что когда Роуль сделал себе постель, тот вечно приходил и выталкивал его с нее, после чего ложился на его место.
— Это называется наглость, а не упрямство.
— Это самый яркий пример, — отмахнулся Хойсо. — Но были моменты, когда он бадал, таскался повсюду и зачастую портил все его затеи и шалости.
— И что с ним случилось? Роуль его убил?
— Нет. Баран был настолько упрямый, что когда Роуль его привязал к дереву за шею, тот удавился. Роуль поднял его в виде нежити, но тот оказался после этого еще упрямее и совершенно не боялся смерти.
В этот момент тень вытянулась, и из нее вывалился счастливый Роуль.
— Хойсо! Ты должен это видеть! Такого ты больше не увидишь никогда!
— Фу! — сморщился черт. — Почему от тебя несет дерьмом?
— Я оплатил гномам достройку цитадели до полноценного города на заставе золотом, которое бросили в Кусарифе! — чуть ли не подпрыгивая от эмоций, заявил упырь. — Ты представляешь?!!
— Это не твое золото!
— Какая разница, Хойсо! Там бригада гномов копает подкоп в сокровищницу! Пятеро копают, один работает лопатой и кидает землю, а двое вычерпывают!
— Что? Воду?
— Нет, содержимое желудка остальных!!! Там такая вонь стоит, что глаза режет! Двоих уже желчью выворачивает! Они блюют, матерятся, но капают! — восторженно заявил упырь. — Ты должен это увидеть! Квинтэссенция жадности!
— Мне по-твоему заняться нечем?!! — возмутился Хойсо. — У меня тут ученик два дня не ест! Посмотри на него!
— Не ест? — нахмурился Роуль и внимательно посмотрел на парня. — А может он сдох?…
— Я живой! — возмутился парень.
— Судя по тому, как от тебя воняет потом и книжной пылью, живым тебе быть осталось не долго, — съязвил упырь. — Сходи съешь какую-нибудь наложницу и трахни булку… в смысле наоборот! Хотя, если тебе не принципиально, можешь и так, как я сказал…
— Роуль!!! — возмущенно воскликнул старый друг.
— Что? Я давно хотел попробовать этих наложниц с тем красным перцем! Помнишь? Я про тот, который матерился и хотел меня прирезать зубочисткой…
— Роуль!!!
— Все, все! Я пошел! — поднял руки с раскрытыми ладонями упырь и собрался уходить в тень.
— Вот так всегда, — вздохнул черт, но тут услышал шепот Роуля из тени.
— Не трахай свежих булок! Об корку поцарапаешь…
— РОУЛЬ!
В следующий миг тень вместе с упырем исчезла, а Хойсо взглянул на улыбающегося до ушей ученика.
— Бренд. Так и быть. Я нарекаю тебя Брендом!
— Бренд? Просто Бренд? — вскинул брови парень.
— Еще одна такая выходка, и я буду называть тебя Бренд «Самый толстый лоб», — буркнул Хойсо. — Иди и приведи себя в порядок.
Парень кивнул, почесал шевелюру и отправился в сторону выхода из кабинета.
— Бренд! Стой!
Парень остановился.
— Если ты действительно будешь делать это с хлебом, то будь добр, не складывай его в общую кучу.
Парень хрюкнул, но послушно кивнул.
— Обязательно, — стараясь скрыть свой смех, ответил он.
***
Совещание длилось четвертый час и три с половиной и них занимали дебаты среди знати, которая пыталась протолкнуть нужные для них повестки, которые непосредственно к жизни города не имели никакого отношения.
— Многоженство — это не пережиток прошлого, а нормальное явление в современном мире! — тряся рыжей бородой, доказывал вельможа. — Зачем, я вас в сотый раз спрашиваю, мы устраиваем эти свистопляски с любовницами? Зачем нам скандалы, если в подмогу к старой жене мы начнем брать вторую молодую?
— Это разврат и позор на наши головы! — взвился в ответ лысый мужчина.
Рус, сидевший на небольшом балкончике, откровенно скучал. За время дебатов он успел покемарить, посмеяться, пожевать закусок и даже пару раз авторитетно кивнуть головой.
Все эти дебаты начали походить на откровенный балаган, и находится тут стало просто невыносимо. В момент, когда Рус снова был готов заснуть, за спиной послышался голос Роуля.
— Здра-а-а-а-асть!
Парень обернулся и обнаружил довольного учителя, который стоял в тени и поигрывал пальцами.
— Что… Что вы тут делаете?
— Я? Я пришел за тобой. Мне нужна твоя помощь!
— Я рукожопов делать больше не буду!
— И не надо, — улыбнулся упырь. — Мне нужно всего лишь, чтобы ты как следует нагрел город.
— Что?
— Надо нагреть город, но так, чтобы он не загорелся. Сможешь?
— Что? Зачем? Какой город?
— Мне нужно, чтобы ты нагрел Кусариф, но до такой степени, чтобы в нем ничего не загорелось. Это очень важно!
— Зачем?
— Понимаешь… помнишь я говорил тебе про гномов?
— Да, но причем тут…
— Я отправил их туда за оплатой. Поначалу все шло штатно, они копали и таскали золото, блевали и снова копали и таскали.
— И в чем проблема?
— Они принюхались! — возмущенно всплеснул руками Роуль. — Они принюхались и перестали блевать!
— Что? Причем тут я?
— При том, что алчность должна приносить страдания! Ты должен помочь мне!
— Вам плевать на алчность, — покачал головой ученик.
— Да, мне плевать на алчность и мне нравилось смотретья как гномы блюют, матерятся, но продолжают копать! Да, мне скучно и меня бесит инквизиция! Тебе ведь тоже скучно?
— У меня работа. Я обязан присутствовать на совещании и…
— Да ладно! Если ты уйдешь, никто даже и не заметит! А вот гномы, в смысле я, буду тебе благодарен! — произнес Роуль и нагнулся к ученику. — Ну дава-а-а-а-ай! Будет ве-е-е-е-есело!