Чтение онлайн

Несмотря на то что полки почти не летали и боевая учеба сильно пробуксовывала из-за нехватки топлива, отсутствия запчастей, дел не убавлялось. Наоборот, приходилось вести ненужные переписки, посылать в разные инстанции прошения, заявки, докладные записки; объяснять, доказывать, требовать. Все это отрывало от основного - совершенствования летного мастерства, повышения военно-теоретических и технических знаний. А чуть ли не каждый день в оперативный отдел поступала информация о новых самолетах иностранных армий, о новых тактических приемах. И хотя, как утверждала пресса и некоторые наши политические деятели, что у России ныне явных противников нет и никто на неё нападать не собирается, международная ситуация может измениться в один день, в один час. Это подтверждала история, об этом говорили события в Египте, в Югославии, в Конго. Так что надо, как говорится, держать порох сухим, учиться боевому мастерству сегодня - завтра, как случилось в сорок первом, будет поздно.

Он открыл секретный информационный бюллетень о подготовке совместных военных учений на Черном море американских и украинских воинских частей, об отработке американцами воздушного и морского десантирования в случае конфликта Украины с Россией. Читал и наливался негодованием: что делают, куда гнут эти упертые хохлы-правители? Чего добиваются? Ведь добрая половина украинцев живет и трудится в России, а россиян - на Украине. Давно все перепуталось и смешалось, и язык-то почти одинаковый. А "вождям" хочется утвердить себя на мировой арене, войти в историю. Сволочи да и только...

Даже читать противно было этот документ.

Генерал откинулся на спинку стула, задумался. Давно ли наши вооруженные силы считались лучшими в мире, давно ли американцы с радостью принимали наши предложения о сокращении стратегической авиации и ракет большой и средней дальности, чтобы достичь паритета? Как кость в горле были им наши лучшие в мире самолеты, самые точные и мощные ракеты. Когда Дмитрюков был ещё лейтенантом, то уже тогда слышал, что после Карибского кризиса Кеннеди поставил задачу ученым разработать стратегию развала Советского Союза. И вот с помощью наших тупоголовых правителей, не выросших ещё из комсомольских штанишек, и явных предателей они добились своего...

Раздумья генерала прервал зуммер из приемной.

– Товарищ генерал, к вам женщина рвется на прием, - доложил дежурный офицер.
– Говорит - по очень важному вопросу.

– Коль по важному, пропустите.
– Дмитрюков закрыл сборник, убрал со стола бумаги. Сегодня у него не приемный день по личным вопросам, и он мог бы отказать женщине, но что-то подтолкнуло его нарушить правило. Скорее всего, желание избавиться от грустных мыслей, навеянных прочитанным.

В кабинет вошла броской красоты блондинка лет тридцати в ярком кимоно японского покроя с газетой в руках. Поздоровалась и, подойдя решительным шагом к генералу, протянула ему издание.

– Надеюсь, вы читали пасквиль "Убийца в погонах"? Мне сказали, что это вы и некто полковник Вихлянцев снабдили автора подобной информацией. Это о моем муже, подполковнике Родионове. Как видите, я жива и невредима, и все остальное - о любовных связях моего мужа - гнусная ложь.

Женщина замолчала, а у Дмитрюкова по лицу и шее покатились капли пота. Он предпочел бы провалиться сквозь землю от стыда, чем находиться под презрительным взглядом необыкновенно красивых голубых глаз. И не находил слов, что ответить посетительнице. А она стояла, не отводя взгляда, словно пронзала его холодом.

– Простите, - наконец вымолвил он.
– Понимаю ваше возмущение. Но разве не вы первая виновница произошедшего недоразумения? Почему вы сбежали, не оставив никакого объяснения, и более полугода не подавали признаков жизни?

– Я оставила мужу записку. Он все понял.

– Но ничего не поняли мы, в том числе и следственные органы. Так что, мы должны предъявить вам претензии.

– Пожалуйста. Я готова понести любое наказание. Но подполковник Родионов ни в чем не виноват, и прошу вас отменить свой поспешный приказ.

Генерал невесело усмехнулся, встал из-за стола.

– Ну, женщины, - осуждающе покачал головой.
– Без вас забот полон рот, а тут ещё вы со своими фортелями...

– Не надо обвинять только женщин, - назидательно остановила его блондинка.
– Вы, мужчины, у кормила власти. Хотя, какие вы мужчины, семью не можете содержать, за себя постоять. Во что вы страну превратили? Вы же летчики, неужели сверху вам ничего не видно?

– Да, не завидую я Владимиру Васильевичу, - снова усмехнулся Дмитрюков, - частенько, наверное, ему доставалось от вас.

– К сожалению, я старалась не вмешиваться в его дела. А зря. Теперь буду вмешиваться. И уже вмешалась. Для начала договорилась с японской фирмой "Омрон" о поставке эскадрилье авиационного топлива

– И чем же вы намерены расплачиваться?
– удивился генерал.

– Коль вы, генералы, оказались такие безденежные, нашлись, к счастью, и у нас настоящие мужчины, - подпустила блондинка шпильку.
– Расплатится пока фирма "Гермес". Слыхали о такой?

– Слыхал. А потом она что-то потребует взамен?

– Наверное. Если вы захотите и дальше летать. И само собой, восстановите в должности моего мужа.

Дмимтрюков в усмешке покрутил головой.

– Не зря говорят, что женская догадка обладает большей точностью, чем мужская уверенность. Ваш ультиматум принимаю. Кстати, вы уже виделись с Владимиром Васильевичем?

– Нет еще. От вас сразу еду к нему.

Генерал протянул посетительнице руку.

– Спасибо за преподанный урок. Надеюсь, ошибки не повторятся и вы больше не покинете мужа.

3

Его разбудил гул самолета. "Неужто в эскадрилью привезли топливо?" мелькнула радостная мысль у Владимира Васильевича. Всю ночь ему снились полеты: то он перехватывал американского разведчика, то вел бой с "Фантомом" на крутых виражах и никак не мог захватить его в сетку прицела, отчего злился на себя, кусал губы и от напряжения обливался потом. И вот реальность - гул удаляющегося самолета. Он прислушался. Спросонья никак не мог определить истребитель это или бомбардировщик. Вспомнил, что он не удел и более месяца не поднимался в воздух, а на аэродроме не появлялся третью неделю, грустно усмехнулся над собой - похоже, все-таки придется уйти из авиации. Транспортный самолет не смог отличить от боевого. Что ж, наверное, все к лучшему - чем быстрее забудет свою профессию, тем скорее перестанет саднить сердце.