Чтение онлайн

По пути вниз лифт пару раз остановился, выпуская пассажиров, и до первого этажа Саша доехала в гордом одиночестве. С тихим звоном двери поехали в стороны, и она оказалась в просторном холле, где кроме охранников никого не было. Цокая каблучками по гранитному полу, Саша пересекла помещение, на ходу открывая зонтик, и, едва стеклянные автоматические двери открылись, выбежала на улицу.

В лицо полетели брызги дождя, сильный ветер затрепал полы короткого плаща и девушка быстрым шагом, насколько позволяли туфли на высокой шпильке, пошла по тротуару, сливаясь с толпой прохожих.

Восточная Сибирь

Частная клиника

– Доброе утро, Миша, как самочувствие? – строгий собранный мужчина в безупречно чистом врачебном халате, поверх темных брюк и белоснежной рубашки, придвинул стул к кровати, сел и, повернувшись к парнишке в пол оборота, принялся проверять показания приборов.

Миша никак не прореагировал на приветствие, продолжая смотреть в белоснежный потолок. Здесь все равно больше смотреть не на что. Маленькая палата без окон, с единственной дверью, забранной решеткой, была напичкана оборудованием от потолка до пола, оставляя место только для кровати. Ничего, скоро он отсюда выберется. Олеся не стала бы ему врать, внушая ложную надежду.

– Так-так, значит, не желаешь разговаривать? – «добрый» дядя, потрепал его по исхудавшему плечу. – А зря. У меня, между прочим, для тебя есть новость.

В душе шевельнулся страх за сестру и приборы над головой противно пискнули, выдавая его реакцию. Мишка перевел взгляд на ученого. Смысл притворяться безучастным, когда все тело утыкано датчиками, фиксирующими малейшую активность. Если упорствовать, опять вколют какую-нибудь дрянь, от которой потом три дня тошнит, зато язык развяжется, и он будет болтать без умолку, охотно отвечая на все вопросы.

– Твой заказчик прибудет сегодня вечером.

Приборы словно взбесились, Мишка дернулся, но кожаные ремни, которыми он был прикручен к кровати, не дали сдвинуться с места.

– Ну-ну, успокойся, заказчику не понравится твоя агрессия. Ничего, мы это поправим, правда, Михаил?

Мальчишка почувствовал, как из уголков глаз по вискам покатились слезы. И нет возможности вытереть их рукой иди отвернуться, чтобы скрыть свой страх. Нужно было бежать вместе с Олесей, но она просила его остаться. Она видящая, знает прошлое и будущее, знает, как поступать правильно, но не всегда может объяснить, почему надо действовать, так или иначе. Сестра просила верить, и он верил, как делал это многие годы, после того как погибли родители, и Олеся заменила ему мать. Но сейчас все надежды рушились. Мишка неоднократно видел, как заказчики приходили за такими же, как он, мальчишками и девчонками, наделенными необычными способностями и те, после общения с «учеными», становились послушными воле своих новых хозяев и уходили с ними по «доброй» воле.

– Все еще не хочешь разговаривать? – во взгляде мужчины мелькнуло чувство, отдаленно похожее на сожаление, в его руках оказался шприц, и кожи коснулась тонкая игла. – Тогда прощай, вряд ли мы с тобой еще увидимся.

Почувствовав укол, Мишка стиснул зубы. Он обязательно вырвется на свободу. Олеся смогла, значит, и он сможет, главное выбрать подходящий момент. Заказчик не будет все время держать его на наркотиках из страха, что он умрет. Богатей, купивший себе «билет» в будущее прекрасно осведомлен – его жизнь закончится в тот же день в ту же секунду, когда Мишкино сердце перестанет биться. Значит, беречь его будут, как зеницу ока и возможность освободиться однажды обязательно представится.

Где-то в районе Уральских гор.

– Тебе в больницу надо, а ты все у окна сидишь, на дорогу смотришь, аль ждешь кого?

Анна Сергеевна, закончила месить в кадке тесто и, накрыв белоснежным полотенцем, приставила к теплой печке подходить. Разогнув спину, женщина утерла уголком платка измазанную мукой щеку и потуже затянула под затылком узел.

Олеся отвернулась от окна.

– Никого я не жду и в больницу не поеду. Мне вас стеречь надо. Вы отнеслись ко мне по-доброму, и я в ответ помогу.

– Да чего мне помогать? – удивилась женщина, доставая из корзины овощи, и кладя их горой на стол. Достала ножи, положила перед собой доску и выбрала из стопки чугунок, собираясь потушить к ужину грибы с картошкой. – Столько лет сама справлялась…

– Теперь не справитесь, – Олеся пересела за стол, поправила шаль, чтобы не сползала и взялась чистить картошку. – Верьте, скоро сами обо всем узнаете.

– Чудная ты, – Анна Сергеевна улыбнулась. – Ну да ладно, не гоню, одной-то скучно жить, особенно зимою, а надумаешь уйти, я тебе денег дам и одежу соберу, не пропадешь.

– Не уйду, – буркнула Олеся, опуская взгляд в миску с очистками, чтобы хозяйка перестала донимать ее вопросами.

– Как знать.

Олеся знала…

…Обновленная земля. Чистое синее небо, под ним тайга, укутанная снегами. Снег искрится, скрипит от трескучего мороза, а вокруг тишина, не нарушаемая ревом двигателей машин, по небу не мчатся самолеты. Больше нет деревень и городов. Люди тоже изменились – стали человеками. Но им на смену пришли другие, те, кто еще вчера были зверьем, житью – они обрели разум, осознали себя разумными людями и встали с четырех лап на ноги. Эволюция сдвинулась на шаг вперед, и мир стал другим, не имея возможность повернуть обратно…

В последние годы подобные видения преследовали девушку днем, не давали спать ночами, потому и пошли они с братом искать людей, способных правильно расшифровать знаки, но нашли боль, отчаяние и рабство.

Кто же знал, что богатые поверят в предстоящий конец человеческой цивилизации и изыщут свои, извращенные способы, уберечь себя и своих близких от неминуемой расплаты.

Осознав, что сидит, вперив взор в пространство, до побелевших пальцев сжимая нож, а в другой руке картошку, Олеся шмыгнула носом, прогоняя видение и возвращаясь к реальности.