Чтение онлайн

— Хуже! В сто раз хуже! — Швабрынин ударил кулаком по столу. — Для большинства из них мы — всего лишь пыль под ногами! Если система рухнет, они нас всех раком поставят.

— Что Вы имеете в виду?

— У них очень сложная система контроля. Тотальная система. Даже хуже, чем в гетто. Иначе нельзя. Есть ведьмаки, равновесники, хранители, еще кто-то. Ведьмаки — они все из их среды — охотятся за духами, чудовищами, приструнивают нарушителей порядка. Один из результатов такого приструнивания, Вы сегодня в «Изюме» снимали.

Зверя может поймать только другой зверь, — вспомнил Борис слова Магды. Значит, она тоже, одна из них? Хотя чего он удивляется!

— Есть ведуны. Правда, обычные они люди или нет, не совсем понятно. Во всяком случае, они тоже существуют по их законам. Занимаются магией, такие вещи могут делать, что! — Швабрынин завистливо вздохнул. — Охотники, хранители — вот это точно люди. Они тоже следят за порядком, но у них свои методы. Раз в десять лет приходят каратели. То, что делают они… Мера устрашения, так сказать, они называют это чисткой. А иногда ведьмаки объявляют большую охоту. Что это такое, я даже знать не хочу!

Борис молчал.

— Иначе нельзя. Хотя они тоже заинтересованы в том, чтобы вслух о них не говорили. Они, знаете ли, очень хорошо помнят Инквизицию. К тому же порой так бывает, что их отлавливают для продажи в некоторые институты.

— Для исследования?

— Да. Они ведь все универсальные доноры. Потом регенерация, сверхъестественные способности. Магия. Ученых интересуют их мозг, генетика. Пытаются понять, откуда они взялись, кто они такие на самом деле.

— Страшно? — вдруг спросил Швабрынин.

Борис кивнул: страшно.

— С ними можно научиться ладить. Даже необходимо. Знаете, у меня есть помощник из них, Верочка. Она баньша. Шестой раз замуж выходит. Они ведь тоже мои избиратели. — Швабрынин широко улыбнулся.

— Как Вы думаете, сколько их в городе? Их всех вместе? И других, и тех, кто следит за ними, и просто ведьм?

— Не знаю, — признался Борис.

— Около трети.

— Сколько! Сколько! — Борис аж задохнулся. — Вы хоть понимаете, что такое треть населения Новосибирска?

— Понимаю. Надеюсь, Вы тоже это понимаете.

Зачем я в это влез? Мне что жилось скучно?

Зачем?

Зачем!

У меня была девушка, работа, заявление в ЗАГСе — и тут это!

Борис сидел на лавочке и всматривался в проходящих мимо людей.

Каждый третий…

Каждый третий знает о той другой, тайной жизни города. Принадлежит ей.

Какова она на самом деле?

Каковы они на самом деле?

Проходящие мимо люди казались такими мирными. Шли себе, думали о своих проблемах.

Но Магда ведь тоже другая. Разве добрая, мягкая Магда — чудовище? Как она сказала тогда? Что-то вроде: мы — чудовища лишь в глазах обычных людей. А Швабрынин сказал, что мы для них — пыль под ногами. А кто такой сам Швабрынин? Бандит, уголовник. Что для него самого люди?

Где готы, там и вампиры — так кажется?

Место их тусовки Борис знал — по иронии судьбы они собирались в небольшом скверике у кукольного театра.

Готы недоверчиво покосились на чужака, сделали вид, что не заметили его.

— Я журналист, — Борис показал свое удостоверение одной из девушек. — Я бы хотел поговорить.

— О чем? — меланхоличное лицо девушки оживилось.

— О вампирах.

— А, — девушка нисколько не удивилась. — Там, — она кивнула в глубь скверика, где на лавочке в окружении девушек сидел молодой парень в черных очках и длинном черном плаще. — Его зовут Тед.

Тед? Борис присмотрелся. Точно он! Тот самый парень из Контакта, который ответил на его объявление. Значит, он, действительно, вампир?

Тед рассмеялся в ответ, показав свои ровные белоснежные зубы.

— Да, и что?

— Вы мне писали, — продолжил Борис. — Я искал Магду.

— Так, — вздохнул Тед. — Лапоньки, погуляйте немного.

Девушки с недовольным видом отошли.

— Что Вам нужно?

Борис сел рядом.

— Вы, действительно, вампир?

Тед ему понравился — симпатичный парень, с образом Дракулы он как-то не вязался.

— Действительно. Удивлены?

Борис кивнул.

— А Вы не боитесь?

— А чего мне бояться? Тебя что ли? Пусть нас лучше бояться! — Тед рассмеялся. — Думаете, я — чудовище? А ведь большинство историй о нас — выдумка. Мы не охотимся в ночи. Да и зачем, если есть готы? Очень удобно! Сами ложатся, сами вены режут. Даже зубы выпускать не нужно. И солнечный свет нас не убивает — всего лишь глаза режет.

Тед снял очки, глаза у вампира оказались зелеными.

— Магда мне говорила о Вас. — Он улыбнулся, и глаза его стали синими. — Вы уверены в том, что хотите? Впрочем, раз пришли — значит, уже все обдумали. — Глаза его стали черными. — Помните, Борис, в мире ведь все относительно, и нет ничего абсолютного. Правду знает только сердце. — Позвонили. — С Вашего разрешения! — Тед картинно улыбнулся, достал из кармана телефон. — Да, дорогая. Да, свободен. Где? Хорошо, дорогая. — Тед надел очки, встал. — Хотите увидеть Магду?

Ехать пришлось в другой район. По дороге Тед оживленно болтал, сыпал остротами. Борис молчал, улыбался: шутки, действительно, были смешными.

Ему хотелось подробнее расспросить вампира об их мире, но вопросов было так много, что он просто не знал, с чего начать! От его уверенности в том, что чертовщины нет, не осталось ни следа.

Приехали.

Борис сразу увидел Магду. Она сидела на скамейке у подъезда панельной высотки и курила. Выглядела она более чем непривычно. Длинные волосы заплетены в косу, в черной майке и зеленых шортах, на поясе зачем-то две сумки-кенгуру.