Тайна
Шрифт:
Он так и не договорил, но сын прекрасно понял, на что надеется отец. Надеется отыскать Джорджа Гуди или еще кого-нибудь из этой семьи и отплатить им сполна.
"Вот для чего мы приехали сюда, — подумал мальчик. — Но ведь в округе ни одной живой души. Только мертвецы. Значит, это место проклято".
— Пошли, — сказал Эзра. — Зайдем в таверну и попробуем разузнать о Гуди.
Вместе они начали подниматься по ступенькам.
"Трактирщик расскажет нам о том, что здесь произошло, — решил Джонатан. — Этот народ всегда все знает".
Отец открыл дверь таверны. Зашел внутрь.
В зале было пусто. Очаг оказался темным и холодным, пыль и паутина покрывала столы. На одном из них стояли тарелки с покрытой плесенью едой. Джонатану показалось, что в прошлом это были жареная баранина и пудинг. Среди блюд возились многочисленные крысы.
Эзра раздосадованно вздохнул, на его лице появилось беспокойство. Джонатан заметил на барной стойке кучу писем. Наверное, их оставили для отправки жители деревни. Но почтальон не приходил слишком долго.
Половицы заскрипели под ногами Эзры. Мужчина направился к стойке, чтобы рассмотреть письма. Он стер пальцем пыль с верхнего конверта и принялся внимательно изучать адрес.
— Папа! — позвал Джонатан.
Эзра обернулся и посмотрел на сына, затем приказал:
— Пойди, поищи, где живет местный судья. Скажи, что я хочу его видеть. А пока мне нужно побыть одному.
— Да, сэр, — ответил мальчик покорно и опрометью выбежал из таверны. И только снаружи задумался.
"Как же я найду судью? На улице пусто, и спросить некого".
Но тут его внимание привлек дом на другой стороне площади. Это было самое большое строение в деревне — в целых два этажа. Дощатые стены были покрашены в коричневый цвет. На крыше виднелись две трубы, а в окнах блестели стекла. Здание окружал неокрашенный забор.
"Здесь, должно быть, и живет судья", — поду мал Джонатан, бегом пересекая площадь. Очень хотелось размять ноги после долгой тряски в фургоне.
Он поднял тяжелое, выкованное из меди дверное кольцо и постучал. Ответа не было. Через мгновение мальчик заметил, что ближайшее к дверям окно гостиной разбито.
Приложив ладонь козырьком ко лбу, заглянул туда. Но в гостиной стояла темень.
Тогда Джонатан взялся за дверную ручку и тихонько вскрикнул от удивления — дверь отворилась, стоило только к ней прикоснуться.
— Эгей! — позвал он, и его голос разнесся эхом по всему дому.
Джонатан осторожно вошел внутрь.
— Эгей! Мне нужно увидеть судью.
Дом ответил все тем же молчанием. Тогда мальчик направился в гостиную. Его гулкие шаги нарушали тишину.
— Эгей!
В помещения никого не оказалось, но Джонатан увидел дверцу, ведущую в какую-то маленькую комнату. Может быть, в кабинет хозяина?
— Эй, кто-нибудь! Судья дома? — с этими словами он открыл дверь. Когда глаза привыкли к царившему в комнатке полумраку, Джонатан увидел человека, сидевшего за письменным столом спиной к нему. Видны были длинные седые волосы, закрывавшие воротник коричневой куртки.
Мальчик постучал о притолоку распахнутой двери и сказал:
— Сэр! Можно войти? Сэр?
Старик не отвечал.
Джонатан сделал глубокий вдох и вошел в комнату. Он приблизился к креслу с высокой спинкой и деликатно потрогал человека за плечо.
— Сэр! Сэр!
Тот повернулся, и мальчик завопил.
Глава 3
Многократно отраженный эхом крик заполнил всю крошечную комнату.
Старик опрокинулся и упал на пол. Глубоко дыша, чтобы снова не завопить Джонатан смотрел на его страшное лицо. Под седыми волосами не было ничего, кроме голой кости. На Джонатана глядел оскаленный череп, выставив напоказ желтые гнилые зубы. Из пустой черной глазницы вылез паук. Мальчик в ужасе отпрянул. Хотелось бежать со всех ног, но ступни будто приросли к полу, Невозможно было оторвать взгляд от седовласого оскалившегося скелета.
Он снова закричал.
— Джонатан! Джонатан! — послышался голос отца, входящего в комнату. Эзра остановился, посмотрел на покойника и сказал мягко:
— Пойдем. Нам пора.
Положив руку на плечо сыну, мужчина повел его на свежий воздух. На улице Эзра сказал:
— Возвращайся в фургон и сиди с матерью и сестренками. Ждите меня там. Я скоро вернусь.
— Хорошо, папа, — ответил Джонатан, радуясь прохладному ветерку. Он медленно поплелся через площадь, глубоко дыша, чтобы успокоить быстро бьющееся сердце.
Ему не хотелось пугать маму, но мальчик знал, что та непременно будет его расспрашивать. Не было никакой возможности опустить ужасающие подробности.
"В деревне Уикхем никто не живет, — сообразил Джонатан, и его захлестнула волна ужаса. — Нам встречаются только мертвецы".
Уикхем оказался мертвым селением, заполненным разлагающимися трупами.
— Ну, что вы нашли? — нетерпеливо спросила мать, стоило только Джонатану забраться в фургон. — А где отец?
— Папа скоро вернется, — ответил тот. — Он пошел осмотреть деревню.
— Вы поговорили с трактирщиком? — продолжала Джейн. — Узнали, почему этот экипаж торчит на дороге?
— Нет, мама, — проговорил Джонатан мягко. — Мы не нашли трактирщика. И вообще… никого не нашли.
Джейн наклонилась вперед, глядя сыну прямо в глаза и закусив нижнюю губу.
— Что это значит, Джонатан?
— Все умерли, — прошептал мальчик. Все до единого. В деревне нет живых людей.