Тайны
Шрифт:
Они были одни. Казалось, что больше никого нет в этом мире. То, что они решили пожениться, должно бы объединять их. Но вместо этого оба испытывали неловкость.
«О чем он думает?» - гадала Регина, но не осмеливалась спросить. С другой стороны, ей было страшно узнать его мысли. Она надеялась, что он не сожалеет о принятом решении. И все же - как глупо! Хотя сама она почему-то не жалела о своем согласии. Он спас ее, предложил ей защиту, и его страстное предложение продолжало волновать ее.
Регина решилась нарушить молчание.
– Вы обычно купаетесь здесь?
– Да, однако здесь не так спокойно, как кажется. Тебе здесь лучше не плавать.
Ей было известно, что его заботит ее приданое. Но если его пока мало интересует она сама, то придет, может быть, день, когда…
Слейд смотрел на океан, стараясь не встретиться с ней взглядом. Его точеный профиль четко вырисовывался на фоне неба.
– Где же киты?
– спросила Регина, не находя никаких признаков морских великанов. Он указал на северную часть бухты.
– Видимо, уплыли, - в его тоне чувствовалось разочарование.
– Еще утром они были здесь. Но они вернутся. Они всегда возвращаются. Они не смогут не вернуться.
Он все еще не решался посмотреть на нее.
– Как и ты, - прошептала Регина.
– Да.
Голос его был резким, однако наконец он взглянул на нее.
– Как и я. Пойдем. Нет смысла оставаться. Они не вернутся ни сегодня, ни завтра. Они не вернутся еще целый год.
Регина коснулась его руки.
– А если ты уедешь, то тоже вернешься только через год? Или через два?
– Кажется, ты чертовски много узнала обо мне за те несколько дней, что ты здесь.
– Я не могла не слышать того, о чем говорила Виктория.
– Викторию как раз не нужно слушать.
– Но почему, Слейд? Почему ты уезжал из дома?
Он промолчал. Регина почувствовала, что не должна вторгаться в его тайны, но все же…
– Ты же собираешься стать моим мужем, - прошептала она.
Вместо ответа он пошел вниз по тропинке. Регина последовала за ним. Ноги проваливались в песок, ей было не просто не отстать. В конце концов он заговорил, не поднимая на нее глаз:
– Из-за Рика. Просто мне надоело слушать, какой я ничтожный.
– Не могу в это поверить. Отец не должен ничего подобного говорить своему сыну.
– Он всегда упрекал меня. Было ясно, что он считает меня никчемным. Вот Джеймс представлялся ему совершенством.
– Рик любит тебя, - эти слова вырвались прежде, чем она успела подумать, стоило ли их произносить.
Разъяренный, он резко обернулся:
– Откуда, черт возьми, ты знаешь? Она смутилась, однако ответила:
– Знаю. Потому что вижу и слышу.
– И давно ты здесь? Три или четыре дня? Ничего ты не знаешь!
– Извини, - быстро сказала Регина. Она с самого начала предвидела, как Слейд отреагирует на подобные слова об отношениях с отцом. Сейчас самое время отступить.
Он пошел еще быстрее. По его большим, тяжелым шагам было заметно, что он злится. Регина засомневалась. Может быть, причина его злости не Рик, а она? Она решила держаться на некотором расстоянии; пусть его гнев поутихнет.
Свежий соленый воздух овевал ее, успокаивал, снимал напряжение. В будущем ей предстоит быть осторожнее. Впереди - целая жизнь, хватит времени узнать друг друга, поделиться сокрытыми, порой болезненными, тайнами. Хотя… Если к ней не вернется память, то ей-то самой будет нечем делиться. Эта мысль была весьма неприятна. Однако, если она обретет память, то, возможно, проблем станет еще больше.
Стараясь отвлечься, она принялась смотреть на бескрайнюю гладь нежно-голубого океана, сливающегося с голубоватой дымкой горизонта.
Справа над холмами скользили ястребы, описывая круг за кругом. Их легкие и бесшумные движения напоминали балет. Вдоль берега простирался пляж, поблескивающий белым с жемчужным отливом песком. Она еще раз глубоко вздохнула, почувствовав умиротворение. Ей никогда не надоест этот пляж. И Мирамар. Ей подсказывало сердце.
Слейд спускался к тому месту, где утром резвились киты. Почему-то Регине очень хотелось их увидеть. Она заметила, что Слейд обернулся. Видела его темный силуэт на фоне мягкого, почти белого песка. Медленно он пошел обратно, к ней. Регина улыбнулась. В его походке теперь не чувствовалось гнева. Она подошла к самой воде, еще немного - и волны коснутся ее ног. Ей было радостно. И приятно разделить этот миг с человеком, подобным Слейду, с человеком, который однажды станет ее мужем.
Забыв о своих изящных туфлях, она ступила на мокрый песок.
Он непрост. Но это неважно. Он ей нравится, и теперь, когда они помолвлены, она готова в этом признаться. Возможно он несколько грубоват, но она замечала в нем и мягкость, и нежность. Она хотела бы быть ему помощницей. И чтобы в его жизни было больше солнца, чем тени.
Регина улыбнулась:
– Здесь замечательно! Прилив уже не кажется мне таким пугающим, волнорезы далеко от берега. А можно войти в воду?
– Можно.
Регина заколебалась. Затем опустилась на песок, сняла туфли и чулки. Слейд смотрел на ее обнаженные ноги. Регина понимала, что она нарушает приличия, но ведь они помолвлены… Его интерес волнует ее. Она подняла голову и улыбнулась. Его губы скривила усмешка.
– Сколько этому обучают леди в лучших привилегированных школах?
Она засмеялась - голос зазвенел, как колокольчик.
– У тебя есть чувство юмора. К сожалению, сэр, я не помню.
– Хорошие манеры - вещь утомительная. Когда она собралась встать, он подал ей руку. Ее сердце затрепетало. Регина оперлась на его теплую и сильную ладонь, готовая замереть. Быстро взяв себя в руки, она взглянула на него, а затем пошла к воде.