Текила
Шрифт:
«Фу! Прямо на тюльпаны! Ты всегда всё портишь!» — Строгая Настя никак не хотела угомониться.
Вдруг я почувствовала прикосновение к спине, сотрясаемой рвотными позывами. Соня стояла рядом и поддерживала меня. Когда рвота прекратилась, я вытерла рот тыльной стороной ладони.
— Пойдем в ванную, — Соня обняла меня за плечи и завела в дом. Казалось, она не испытывала ни малейшего отвращения.
Я умылась, прополоскала рот несколько раз, оттерла руки. Судя по отражению в зеркале, выглядела я неважно: бледное лицо и губы, лихорадочный блеск в глазах. Моя Строгая Настя даже ничего не сказала. Видимо, рвота и ее ушатала. Соня села со мной на бортик ванны и гладила по спине, будто успокаивала. Мы были с ней совершенно разные по характеру, но в одном очень похожи — она была такой же одинокой, как и я. Если бы не бутылка текилы, мы бы так и не открылись друг другу. Я потянулась к ней и дотронулась губами до её губ. Она не оттолкнула меня, просто сидела неподвижно. Не знаю, что будет завтра, с каким чувством я буду вспоминать об этом, но сегодня мне хотелось, чтобы Соня знала, что она не одна. Ночью мы спали в одной постели в спальне Сони и Антона, чтобы не слышать храп наших пьяных мужчин, которых решили уложить в одной отдаленной комнате для гостей. Я вырубилась сразу же, но сквозь сон, чувствовала, что Соня меня обнимает.
Наутро мне было просто ужасно. Очень сильно хотелось пить, казалось, что горло мое пересохло и растрескалось, словно земля в засуху, все тело ломило, как при гриппе, глаза болели от дневного света, сильно тряслись руки. Миша, увидев меня, укоризненно покачал головой, закутал в плед и отнес на кухню, где сделал мне огромную кружку крепкого чая.
— Пей, алкашонок, пей. Нужно, чтоб быстрей вышли токсины.
Он нежно обнял меня и поцеловал в губы, до сих пор хранящие вкус текилы, соли и Сониных губ.
Комментарий к
Этой истории никогда не было, но если бы она произошла на самом деле, все было бы именно так.