Чтение онлайн

С трудом оторвавшись от этой картины, я посмотрел на восток.

Ничего интересного: то же скопище острых камней, а за ними — отвесная скала.

Из моих спутников мало кто глазел по сторонам. То ли они уже видели все это раньше, то ли им было просто плевать. Некоторые разговаривали между собой, прижав шлемы, а остальные стояли, уставясь себе под ноги.

Люк открылся, и последняя группа вылезла из шлюза. На черном охраннике скафандр был без всяких украшений, только с нарисованной спереди стилизованной «X». Мне не удалось увидеть лица здоровяка сквозь поляризованную пластину, но он заговорил, и в моем шлеме загорелся огонек индикатора радиосвязи.

— Так, мальчики и девочки… слушайте сюда. Для тех, кто еще не знает, я — Докинс, Ларри Докинс, чрезвычайный полевой надсмотрщик «Марсокорпа» и подлая скотина. Я не пожизненный и не целую задниц, а это значит, что я стал тем, кто я есть, пережив целое стадо тупых ослов вроде вас. Так что, если хотите дожить до получения денег, работайте усердно и делайте в точности то, что я скажу. Вопросы есть?

Молчание.

— Хорошо… Значит, так. Компания потеряла челнок где-то в тридцати милях к северу отсюда. Командир и второй пилот отправились к праотцам, но искусственный корабельный мозг думает, что груз можно спасти. А поскольку он состоит из десяти «ходоков» IV класса, то искать его — весьма выгодное дельце, если хотите заслужить старушку Землю. Вопросы есть?

На этот раз были. Спрашивал некто, назвавший себя Сванго, и по голосу явно мужчина. Но какому скафандру принадлежал голос, я не понял.

— Да, у меня вопрос. Зачем идти туда пешком, если можно ехать?

— Ну и ну! — насмешливо протянул Докинс. — Ушам своим не верю. А тебе не кажется, что это как-то связано с теми чертовыми камнями, а? Или с теми проклятыми валунами? Они нам, видишь ли, мешают.

— О, — смутился Сванго. — Я как-то не подумал, простите.

— Да уж, сел в галошу, — согласился Докинс. — У кого еще вопросы?

Не знаю, что на меня нашло, но туман в голове вдруг рассеялся, давая дорогу мысли, и слова выскочили сами собой.

— Как насчет кислорода, воды и еды, сэр? Нам пополнят запас?

Ответ полевого надсмотрщика был точнее, чем он думал.

— Ну, будь я проклят, мул с половиной мозгов. Ответ: нет, нам не пополнят запас. Воздуха, воды и еды хватит, чтобы добраться до места крушения. А там мы займем какой-нибудь из оставшихся герметичных отсеков, пополним наши запасы и запустим ходоков. И есть хорошая новость, народ. Когда ходоки встанут и пойдут, мы поедем на них.

Так называемая хорошая новость была встречена молчанием. Не обязательно быть ученым по ракетам, чтобы понять: слишком многое может пойти не так, как задумано, а компания оставила нас практически без запасов, и Докинс сидел в той же яме с дерьмом, что и мы. Я вспомнил, как он говорил, что не лижет задниц, и подумал: уж не потому ли ему досталось такое паршивое задание?

— Ладно, — сказал полевой надсмотрщик. — Хватит болтовни. Становитесь в очередь и получайте груз.

Траулер стоял на том же месте. Открылся люк, и в разреженную атмосферу вырвался пар. Отсек заполняло странного вида снаряжение, смахивающее на высокотехнологичные рюкзаки. Жестом велев нам подходить, Докинс схватил верхний рюкзак и вручил первому в очереди. Я удивился. Зачем? Если не припасы, то что мы понесем? Ответ превышал мое разумение. Быстро стало понятно, что наш груз — киборги! Водители ходоков — вонки, если быть точным, специально созданные управлять огромными машинами.

Будучи людьми в техническом смысле, чудом технологии, киборги выглядели просто как серые металлические чемоданы с лямками и поясным ремнем. Киборги имели собственную систему жизнеобеспечения, но в плане передвижения и связи зависели от того, кто их несет. Разумеется, лишь до тех пор, пока их не соединят с ходоками. Тогда они обретут сверхчеловеческую силу и отправятся делать то, ради чего «Марсокорп» и привез их сюда.

Очередь вдруг застопорилась: впереди вспыхнула драка. Начало я пропустил, но увидел, как какой-то мул увертывается от Докинса. И тут я увидел скафандр «зеленой». Раньше я не задавался вопросом, на чьей она стороне, но теперь сомнений не оставалось. Женщина закричала по радиосвязи:

— Сопротивляйтесь злодейскому плану! Освободите киборгов от их дьявольских тел! Восстаньте и обрушьтесь…

Конца обличительной речи мы не услышали, потому что Докинс прервал ее.

— У меня нет времени на эту чушь. Или неси груз, или подыхай.

Ответом было молчание. Никто не двигался. Я прижал шлем к шлему стоящей рядом женщины.

— Что происходит?

— Докинс перекрыл ей воздух.

— Он может перекрыть воздух?

— Еще как! Тебе тоже. Поэтому мы и делаем, что он говорит. А еще потому, что бежать некуда.

Поблагодарив ее, я отодвинулся. Теперь ясно, почему нам достаточно одного охранника. Скафандры устроены так, что он может их контролировать. Корпы думают обо всем. Женщина сдалась где-то через минуту. Она задыхалась.

— Я сделаю, что скажете. Дайте воздух!

— Мудрое решение, — одобрил Докинс, восстанавливая подачу воздуха. — Не повторяй этого. У нас впереди долгий путь, а время приравнивается к воздуху и прочему. Следующий… шевелитесь!

Через две минуты и я получил киборга. Дополнительный вес, спасибо малой силе тяжести, оказался пустяком, но к дополнительной массе пришлось приспосабливаться. Груз тянул назад, нарушая равновесие. Чтобы его восстановить, я наклонился вперед.

Докинс вставил конец кабеля в гнездо на наружной панели моего скафандра, и на сигнальном дисплее зажегся зеленый огонек. Я ждал, что мой пассажир скажет что-нибудь, но не услышал ничего, кроме шипения открытого канала. Похоже, мне достался необщительный киборг. Ну и ладно, не будет меня отвлекать, и без него есть чем заняться: на одну дорогу сколько нужно внимания.

Я проглотил пару таблеток от головной боли и запил их вторичной водой. У нее был вкус того, чем она перед этим была.

Нагруженные, мы отправились через лабиринт острых каменных глыб к Олимпу, в места, где еще не ступала нога человека. Это рождало необычные ощущения, особенно после забитых людьми земных городов, где ты знаешь, что по каждому коридору проходили до тебя тысячи, где все, что ты видишь, уже видено миллионы раз, и где «новое» значит «одноразовое».

Но вскоре обостренное чувство первопроходца сменилось вновь ожившим беспокойством за Сашу и нескончаемой заботой, куда ставить ногу. Снаружи было холодно, минус 24 по Фаренгейту, как сообщил шлемный дисплей, но скафандр начал запотевать. Я убавил обогрев. Немного помогло, но не решило проблемы. Я весь измучился, пока не понял наконец, что моя высокотехнологическая оболочка запотевает изнутри, а не снаружи. Мы прошли уже около пяти миль, когда мой пассажир нарушил молчание. Синтезированный женский голос звучал неуловимо знакомо, как будто она взяла за образец голос голозвезды.