Чтение онлайн

– Оно описывает процессы, которые вы, люди, соизволяете называть судьбой. С чего ты думаешь начать? Да не смотри так непонимающе.

– Просто я ожидал услышать лекцию о моем долге Председателя. Насколько мне помнится, как мой наставник, ты вечно носился с этой темой.

Улыбнувшись, фноб включил шлем и повернулся к доске. Фигурки тстейма встали, выстроились двумя ровными рядами и, унося с собой временно не боеспособных, замаршировали вниз по лестнице, материализовавшейся на одном нейтральном квадрате.

– Этот вопрос сейчас не стоит, – сказал он. – Как простая лягушка… – он бросил проницательный взгляд на Исаака, – я бы предложил тебе следовать предсказанным путем. А кроме того, как обладающий некой репутацией исследователь Шутников и вероятностный математик-любитель, я заинтригован. Скажи, ты берешься за это потому, что было увидено, что это случится в будущем, или это было увидено в будущем потому, что ты в данный момент следуешь предсказанию?

– Не знаю, – пожал плечами Дом. – Но я знаю, где корабль…

– Господин Председатель!

Ощущения нахлынули на него. В комнате с низким потолком внезапно стихли все голоса, точно выключили музыкальный куб, и наступившая тишина показалась громче любых криков, повисла точно туман.

Согнувшиеся над партией в тстейм игроки не шевельнулись, но теперь казались подобравшимися, напряженными.

Играло трио члонгов. Скулил Еж.

В дверях стоял Суббота, по бокам от него – два младших офицера службы безопасности. И все трое были при оружии.

Дом вспомнил совет, данный ему однажды Кородором, когда ныне покойный глава службы безопасности был в приподнятом настроении: только безрассудно храбрый или напрочь лишенный воображения приходит в буруку с огнестрельным или прочим оружием. В тех редких случаях, когда он посещал буруку, сам Кородор вооружался уставным двуклинковым ножом, но и то не был излишне в себе уверен.

– Мы должны сопроводить вас домой, господин Председатель.

Сделав несколько шагов к нему, Дом вежливо, слишком вежливо сказал:

– На Терре-Нове вы были человеком номер два, так я понимаю?

– Да.

– Кто вам сказал, что в буруку можно принести энергетическое оружие?

Сглотнув, Суббота бросил косой взгляд на охранников. Вся комната обратилась в слух.

– Ваш предшественник подобного бы не сделал. Вы едва не вызвали межрасовый инцидент. Немедленно снимите эти штуки и бросьте их на пол.

– У меня приказ благополучно проводить вас домой… – начал Суббота.

– Приказ моей бабушки? У нее нет таких полномочий. Какой закон я нарушаю? А вот вы нарушаете обычай фнобов…

Он слишком сильно надавил на Субботу.

– Да вообще какие могут быть обычаи у дурацких лягушек? – прорычал тот.

Вот только выдавил он это на корявом фнобском, один за другим фнобы встали, в полумраке заблестели кинжалы тшури.

Игравший с Хрш-Хгном самец-альфа прошаркал к самому Субботе и бросил ему под ноги свой кинжал. Суббота поглядел на Дома.

– Это вызов, – объяснил Дом.

– Давно пора. – Шеф службы безопасности поднял шокер так, что дуло уставилось прямо в лицо фно-бу. Фноб бесстрастно моргнул.

Суббота выстрелил. Луч был малого напряжения, ровно такой, чтобы оглушить. Фноб повалился навзничь как подкошенный.

– Вот вам мое…

Фноб исчез. Нож срезал шокер и два пальца с руки Субботы. Сам Суббота, разинув рот, оглядывал круг невыразительных лиц с огромными глазами…

Когда уровень шума в джаске внезапно вырос на несколько децибел, Исаак помог обоим выбраться через маленькое заднее окошко. Они перебежали улицу прямо перед носом у грузовика, в кузове которого плечом к плечу сидели бойцы службы безопасности.

– Глупый головастик, – пробормотал Дом. – О Крас, какой глупый головастик!

– Разум – основное свойство, позволяющее гуманоидам выжить. Следовательно, даже к лучшему, когда выпалывают тех, кто его не выказывает, – философски отозвался Хрш-Хгн.

– Куда теперь, шеф? – спросил Исаак. – Тут становится жарковато, как на Единой Кельтике в канун дня Зарубленного Патрика. [13]

– Прапрапрадедушка в своих сделках честностью не отличался – во всяком случае, не всегда. На взлетном поле космодрома стоит личная яхта. Она там на тот случай, если у какого-нибудь высокопоставленного Сабалоса возникнет потребность в…

– Каникулах экспромтом? – предложил Хрш-Хгн.

Вселенная делилась на две части, разграниченные пятью сантиметрами оболочки из мономолекулярной стали. По одну сторону находилась кабина прогулочной яхты «Один прыжок вперед», превосходно оборудованной для одного пассажира, но крайне тесной для трех, если к тому же один из них металлический, а от другого несет болотной тиной. По другую сторону растянулась остальная вселенная, почти на сто процентов состоящая из пустоты с примесью водорода. Там же грелись под лучами своих звезд населенные планеты гуманоидно-креапиевого космоса. Там имелась богатая металлами Терра-Нова с динамично развивающимися технологиями. Еще был Третий Глаз, от тундры до мангровых болот заросший лесами, где ветер выводил странные песни среди деревьев, а гуманоиды казались еще более чуждыми, чем фнобы, и общались телепатически. На Баклажане вегетарианцы были кровожадными – и не по своей воле. На планете дросков Кадуккакуккекекек заезжие гуманоиды с опаской ковыряли ужасающе знакомую пищу и благодарили небеса за то, что дроски слишком хорошо воспитаны и позволяют себе только бросать на гостей голодные взгляды. Еще был Лаот, где единственными живыми существами были гуманоиды – но при этом летали птицы и ручьи полнились рыбой…

На каждой планете, достаточно жаркой, чтобы закипала вода, обитала какая-нибудь из подрас креапов. В обманчивой пустоте космоса плавали солнцепсы и представители расы, называемой стручки. А еще был Первый Сириусный Банк…

– Шестнадцать, – сказал Исаак.

– Да уж, мы живем во Вселенной, где никто не доверяет ближнему.

С легкостью существа, всю свою жизнь проведшего в невесомости, еж обплыл переборку, держа в пасти какое-то сопротивляющееся тело. Тело смутно напоминало кузнечика и, если уж на то пошло, обладало весьма сложной высокотехнологичной копией мозга насекомого, но слухом много лучше, чем у последнего.

Дом повернулся от смотрового экрана.

– Старый Кородор до отказа напичкал яхту «жучками», – сказал он. – Поищи заодно и мини-камеры, – посоветовал он ежу.

С орбиты Противусолонь казалась большой и серо-голубой, расчерченной полосами облаков. Утренний терминатор восхода подполз к Тау-сити, над которым висело серое облако.

Кабина пилота была маленькой, и в ней как будто отовсюду торчали локти. В кресле пилота сидел, сгорбившись, Исаак. Сейчас он поднял глаза.

– У меня на линии твоя бабушка, шеф. Ответишь?