Чтение онлайн

— Ты энто, подумай пока, — встал орк. — Дело ж нешутейное, на всю жизнь оно. Как чего надумаешь, скажи. Лады?

— Лады, — радостно согласилась Матроха.

— Идти пора, — Ургук озабоченно смотрел вперед. — Вон Морт ужо народ подымает. Ждут нас.

Люди действительно вставали, старики рассаживались по телегам, матери собирали своих неугомонных чад, разбежавшихся по окрестным рощам. Старший охранник о чем-то толковал с дедом Дороном, вокруг них сбились мужики, внимая орку с открытыми ртами. Матроха даже пожалела, что не слышит, о чем он там рассказывает, но махнула рукой.

— Долго еще идти? — спросила она.

— Не, — отозвался Ургук. — Часа три. Засветло дойти надобно, чтоб на ночлег устроиться толком. А завтрева с утра буим дома строить, лес, гвозди и черепицу завезли ужо. А камней для очагов и так хватает. Лады, побег я, а то Морт мне устроит веселую жизнь. Ты это…

Он смутился и едва слышно добавил:

— Ну… подумай там… По сердцу ты мне…

Потом повернулся и быстро ушел. Матроха долго смотрела ему вслед, удивляясь, что такой огромный мужик настолько стеснителен. Ей почему-то хотелось догнать Ургука и сказать «да», но женщина сдержала свой порыв. Прав он, хорошо подумать надо. И важно не ошибиться, не то ведь локти кусать станешь, да поздно будет.

Не прошло и получаса, как караван двинулся в путь. Воодушевленные рассказом Морта люди жаждали побыстрее добраться до нового места жительства. Земля! Вдоволь! И никаких графьев с тиунами над головой! Живи, как сам хочешь, не оглядываясь на всяких там нахлебников. Извечная мечта любого крестьянина. Глуховчане еще не верили, но надеялись, что им сказали правду. Они возбужденно переговаривались, строя планы, обсуждали сколько чего надо посеять, сколько распахать. Семена орки обещали привезти в ближайшие дни, пахотных быков, по их словам, одолжат в ближайшей деревне.

Матроха шла, не глядя по сторонам, она продолжала размышлять, но никак не могла принять решения. Слишком все это оказалось неожиданным. Думала, что так и будет до смерти куковать одна, а тут вдруг… Она вздохнула, искоса взглянув на Ургука, опять собравшего вокруг себя стайку ребятишек и рассказывающего им сказки. Двух уставших мальчишек лет четырех он нес на плечах. Женщина видела с какой нежностью он относится к детям и удивленно покачивала головой. Глянешь ведь — чудище злобное на вид, орчище клыкастый, а на деле совсем другой. Найдет ли она кого лучшего? Ой, вряд ли. Только все равно страшно. А может, не стоит бояться? Новая жизнь, так пусть и будет новой во всем?

— Ну вот, мы и на месте! — заставил ее вздрогнуть возглас Морта.

Встрепенувшись, женщина жадно уставилась вперед. На ближайшем пологом холме виднелись несколько десятков шатров, деревянные столы, кучи бревен и досок. Невдалеке Матроха заметила речку. Встречала глуховцев толпа самого разного народа — люди, орки, дварки, темные эльфы и альвы. Был еще кто-то, но она не поняла, кто именно. И все встречали их улыбками… Приветствовали, как родных. Деда Дорона под руки сняли с телеги и уважительно отвели к удобному стулу — как позже выяснилось, стариков здесь очень уважали. Как самый старший среди глуховцев, он в глазах темных был старостой новой деревни.

— Здравствуйте, люди добрые! — с поклоном выступил вперед кряжистый гном с бородой до пояса. — Вот здесь вам деревню и поставим. Нравится ли место? Коли нет, так с утра другое поищем.

— Да чего уж там, — поспешил ответить дед Дорон. — Хорошее место, на холме, да и речка рядом. А земля?..

— Да вокруг и нарежем, — усмехнулся в бороду гном. — Ничейная она пока. Распашете — станет ваша.

— И никто не сгонит?

— Разве что светлые прорвутся.

— А чем распахивать-то? — пробурчал дед, окидывая взглядом окружающие холм луга. — Струменту ж нема…

— Не беда, — махнул рукой гном. — Я Корни Стебарт из колена Торина, от нашей общины выборный. Кузнецы мы. Дадим струмент — весь, что надо. В долг. Как сможете, так и расплатитесь.

— Как сможем? — озадачился Дорон. — Это ж как? А коли не отдаст кто?

— У нас на слово верят, — снова усмехнулся Корни. — А ежели кто обманет, так кто ж ему потом поверит? Как жить опосля будет? Все про то знают, никому неохота ворюгой прослыть.

— Вон оно как… — пробурчал дед, почесав в затылке. — Спасибочки! Отдадим, как будет с чего.

— Я и говорю, как сможете. Никто ж не торопит, все тута с пониманием. На новом месте завсегда нелегко, все наново наживать надобно.

Как оказалось, встречающие, кроме землемеров из города, живут в недалеких деревнях, или, как говорили здесь, селах. Назывались они смешно — Облезлый Кот, Косой Мурбак и Хромой Лошак. Свою еще не выстроенную деревню крестьяне решили назвать по-старому — Глуховкой, чтобы не привыкать к новому имени. После схода всех позвали за стол. И чего там только не было! Такого изобилия глуховчане и на день Благодарения Свету не видали.

Поев, Матроха встала и пошла искать Ургука. Долго искать не пришлось, орк сидел за соседним столом, вовсю наворачивая мясную запеканку, но увидев женщину, тут же вскочил, забыв о еде. Отведя его в сторону, вдова покраснела и едва слышно сказала:

— Согласная я…

— Вот и добре! — просиял орк. — Как токо тута чуток разгребемси, к нам в Пьяную Падь поедем! У нас село богатое, большое! Жаль токо, к границе близко, ну да ничо. Не прорвутся светлые, кол им в глотки! У нас теперя такой командир есть, что сразу им рога пообломает. А свадьбу завтра ж сыграем, попрошу отца Тумгана обвенчать нас, а Морта — свадебным генералом быть.

Матроха слушала его и кивала, тихо удивляясь про себя — как-то у него все слишком быстро, что ли. Она смотрела на Ургака, пытаясь представить, каково будет с ним жить, но не могла. Мальчишки-то привыкнут быстро, это уже ясно — всю дорогу не отходили от орка. А вот ей самой трудненько придется. Ну все здесь не так, как дома, все по-другому. А как именно, женщина не особо понимала. Но, несмотря на это, нравилось ей, какие-то эти темные добрые, даже слишком добрые. Но почему? И почему дома святой отец говорил о них совсем иначе? По его рассказам темные — чудовища какие-то. Неправда же! Не такие они!