Чтение онлайн

— Это неправда.

— Это правда, лорд Ганелон. Твои истинные воспоминания были стерты и заменены на искусственные. Все, что ты сейчас считаешь своей жизнью на Земле — ложно. Ничего этого не было. По крайней мере, если и было, то не с тобой.

— На Земле? Я не на Земле?

— Это другая планета, — ответила она. — Но это твоя родина. Ты родился здесь. Повстанцы, наши враги, отправили тебя в ссылку и поменяли твои воспоминания.

— Это невозможно.

— Подойди сюда, — Эдейри шагнула к окну.

Она к чему-то притронулась, и окно стало совсем прозрачным. Я смотрел через ее голову на пейзаж, которого никогда не видел раньше.

Или видел?

Под тусклым красным солнцем лес внизу купался в кровавом свете. Я глядел на него со значительной высоты и не мог рассмотреть детали, но мне показалось, что деревья были странной формы, и что они двигались. По направлению к далеким холмам текла река. Над лесом возвышались несколько белых башен. Это было все. Но вид огромного красного солнца сказал мне достаточно. Это была не та Земля, которую я знал.

— Другая планета?

— И даже более того, — сказала она. — Мало кто в Темном Мире это знает. А я — знаю, и, к несчастью для тебя, узнали и некоторые другие. Во Вселенной существуют вероятные миры, дивергентные в потоке времени, но почти идентичные, если, конечно, не расходятся слишком далеко.

— Я ничего не понял.

— Миры, существующие и несуществующие во времени и в пространстве, но отделенные другим измерением, вероятностной вариацией. Этот мир мог бы быть твоим, если бы что-то не произошло давным-давно. Первоначально Темный Мир и Земля были одним неразделенным в пространстве-времени миром. Потом было принято очень важное решение, хотя я не знаю точно, в чем оно заключалось. С этого времени временной поток разделился на две части, и два варианта миров начали существовать там, где раньше был один. Вначале они оставались абсолютно идентичными, за тем исключением, что в одном из них не было принято ключевое решение. А результат получился совершенно различным. Это произошло сотни лет назад, но оба мира еще очень близко один от другого во временном потоке. С неизбежностью они отдаляются все дальше и дальше друг от друга и становятся все меньше похожи один на другой. Пока же они настолько сходны, что человек на Земле имеет своего двойника в Темном Мире.

— Двойника?

— Человека, которым он мог бы быть, если бы ключевое решение не было принято. Да, Ганелон и Эдвард Бонд — двойники.

Я вернулся к постели и, нахмурившись, сел на нее.

— Два мира сосуществуют. Это я могу понять. Но я думаю, что ты хотела сказать больше, чем сказала — что где-то еще существует мой двойник.

— Ты родился в Темном Мире. Твой двойник, истинный Эдвард Бонд, родился на Земле; повстанцы обладают вполне достаточными знаниями, чтобы влиять на переменные времени. Мы сами изучили этот метод значительно позже, хотя когда-то он был хорошо известен Совету.

— Повстанцы сместили переменные и послали тебя — Ганелона — на Землю, чтобы Эдвард Бонд мог появится среди них здесь. Они...

— Но зачем? — перебил я ее. — Для чего им это понадобилось?

Эдейри повернулась ко мне, и я в очередной раз почувствовал странный далекий холод, когда она уставилась на меня своими невидимыми глазами.

— Для чего им это понадобилось? — отозвалась она своим нежным детским голосом. — Думай, Ганелон. Посмотрим, удастся ли тебе вспомнить.

Я стал думать. Закрыв глаза, попытался расслабиться, чтобы воспоминания Ганелона выплыли на поверхность моего ума. Я все еще никак не мог привыкнуть к мысли о том, что со мной произошло, хотя это объясняло многое. Это даже объясняло бы — внезапно вспомнил я — и странную потерю сознания в самолете, когда я пролетал над джунглями Суматры, и дальнейшие события, когда все мне казалось каким-то не таким...

Возможно, именно в эту минуту, в самолете, Эдвард Бонд оставил Землю, а Ганелон занял его место — двое близнецов, слишком испуганные и слишком беспомощные, чтобы хоть что-то понимать.

Нет, это было невозможно!

— Нет, не помню! — резко сказал я. — Этого не может быть. Я знаю, кто я. Я знаю все, что произошло с Эдвардом Бондом на протяжении всей его жизни. Ты не можешь доказать мне, что все это только иллюзия. Все слишком ясно, слишком отчетливо.

— Ганелон, Ганелон...

Эдейри подошла ко мне, и в голосе ее зазвучала укоризна.

— Подумай о восставших племенах, Ганелон. Попытайся вспомнить, почему они сделали с тобой это. Лесные жители — непослушные маленькие человечки в зеленом. Ненавистные человечки, которые угрожают нам, Ганелон! Это-то ты помнишь!

Может быть, это был определенного рода гипноз. Я подумал об этом позже. Но в этот момент в моем мозгу вспыхнула картина: я увидел одетую в зеленые одежды толпу, пробиравшуюся по лесу, и при их виде почувствовал неожиданную горячую злость. В этот момент я был Ганелоном, великим и могущественным лордом, ненавидящим этих людей, недостойных завязывать шнурки моих ботинок.

— Конечно, ты ненавидишь их, — прошептала Эдейри.

Она, наверное, заметила, как изменилось выражение моего лица. Когда она заговорила, я почувствовал, что сижу в непривычной для себя позе. Плечи мои были горделиво расправлены, грудь выпячена вперед, а губы извивались в презрительной усмешке. Так что, возможно, она и не прочитала моих мыслей. То, что я думал, можно было видеть по моему лицу и осанке.

— И конечно же, ты наказывал их, где мог и когда мог, — продолжала она. — Это было твоим правом и обязанностью. Но они обманули тебя, они оказались хитрее. Они нашли дверь, которая поворачивается на временных осях, и вышвырнули тебя в другой мир. По другую сторону этой двери был Эдвард Бонд, который не питал к ним ненависти. Поэтому они и открыли ему дверь.

Эдейри слегка повысила голос, и я уловил в нем насмешку.

— Фальшивые воспоминания, фальшивые воспоминания, Ганелон.

Вместе с личностью Эдварда Бонда ты приобрел и его прошлое, но он пришел в наш мир таким, каким был, ничего не зная о Ганелоне. Он причинил нам немало беспокойства, друг мой, доставил много хлопот. Сначала мы не поняли, что случилось. Казалось, что Ганелон просто исчез из нашего Совета, а новый Ганелон появился среди повстанцев, организуя их на борьбу против собственного народа.

Она мягко засмеялась.

— Нам пришлось поднять Гаста Райми из его сна, чтобы он руководил нами. Но, в конце концов, изучив метод поворота осей времени, мы попали на Землю, искали тебя и нашли. А теперь перенесли тебя сюда. Это твой мир, лорд Ганелон!

Примешь ли ты его?

Я помотал головой, как во сне.

— Все это нереально. Я остаюсь Эдвардом Бондом.

— Мы можем вернуть тебе настоящую память, и мы это сделаем. На какое-то мгновение истинные воспоминания уже появились на поверхности твоего мозга. Но на все это нужно время. А пока — ты один из Совета, возможно, самый могущественный из всех нас. Вместе с Матолчем вы были...