Чтение онлайн

— Я подумал над их схемами. Почитал разные записи. Есть способ с помощью зеркала вернуть ушедшего на ту сторону.

Шаун молча слушал. В магических практиках он понимал мало и всецело полагался на Стефана. На секунду взгляд мага сделался растерянным и полным ужаса.

— Можно вернуться с той стороны в другое тело. И лучшее тело в нашем мире для такой операции — кто-то из Фолгандов.

— Ты? — предположил Шаун.

— Чем моложе тело и свободнее от опыта сознание, тем эффективнее ритуал.

Плечи Стефана расправились. Он решительно посмотрел на дознавателя.

— Только своего сына я им не отдам.

Когда он нашёл разрозненные сведения о подобных практиках, собрал воедино, обдумал, то ужаснулся насколько это похоже на кошмар, мучивший ночами. Замысел некроманта раскрылся полностью перед глазами мага. Каким-то неведомым образом они были связаны с Рютом Тарвитом,

Главный ревнитель лика действительно решил вернуться в земли Фолганда. И сделать это он хотел не один, а взяв с собой отпрысков Кукловода, которые никак не желали приживаться в телах жителей земель, но рано или поздно у лекаря-кузена получится создать жизнеспособную особь. И для этого совершенно не обязательно быть Фолгандом по крови. А Тарвит получит новое молодое тело, сможет прожить жизнь заново, став Скайгардом Фолгандом.

У Стефана не было сомнений, что именно такой вариант предпочтут преступники. Вероятно, им придётся скрывать ребёнка, растить где-то в стороне от городов. Но мальчик войдёт в силу, восстановит сознание жреца при поддержке Кукловода — это станет огромной проблемой для земель Фолганда. Его же сын к этому моменту будет мёртв. Останется лишь оболочка, хранилище чужой враждебной души. И эту оболочку Стефан должен будет убить. Месть некроманта будет сладка. Тарвит не пугал, а говорил о своих планах.

Снова пронеслись в сознании мага страшные мысли. Не хотел думать, но забыть не мог. Холодная логика Хоггора не давала возможности потерять один из вариантов развития событий. Логика услужливо предлагала несколько способов уничтожения Рюта Тарвита в чужой оболочке. Змей, конечно же останется с магом, пока дело не будет закончено. Возможно, долгие и долгие годы. Чтобы не дрогнула рука, не вмешались чувства, когда придётся убивать свою плоть и кровь. Стефан ощущал как волосы шевелятся на голове от подобных мыслей. Подступает к сознанию бесконечная тьма.

Стефан смотрел на сына, говорил с ним и помнил. Обнимал Ская и помнил. Иногда Вельда видела, как глаза мужа внезапно наполняются ужасом при взгляде на сына. Тем самым, что бывал у него после кошмаров. Она не понимала, что происходит. Боялась спрашивать, да и знала — не скажет. А Стефан молчал. В одиночестве нёс груз возможного будущего.

Тётушка Рейна все-таки нашла возможность переехать к любимой племяннице. Поспрашивала знакомых, поговорила с посетителями трактира и поняла, что к магу никто не пойдёт. Таковы были жители Фолганда. Недолюбливали магов, боялись, но готовы были использовать, если придётся к случаю. Многие вспоминали, что последняя служанка у мага пропала или сбежала. Точно никто не знал, но все уверенно заявляли, что с ней случилось нечто ужасное, в чем несомненно замешан сам Стефан Фолганд. Повздыхала Рейна, подумала, да и оставила трактир на главную повариху. А сама к Вельде переселилась.

Как нельзя кстати оказалось появление Рейны. Стефан уходил в управу, а молодая леди Фолганд оставалась одна с двумя малышами. Гвардейцы лорда Аспера продолжали дежурить у входа, но помощи от них в домашних делах Вельда вряд ли ожидала.

Весь следующий месяц Стефан рылся в записях старого мага, пыльных фолиантах, часть из которых давно сложил на чердаке, и над чем-то колдовал за запертыми дверями лаборатории. Вельде ничего не рассказывал, отвечал на вопросы коротко: «Нужно для дела».

Поэтому видеть мужа Белка снова стала реже, но если уж появлялся он в комнате, то обязательно старался уделить внимание и ей, и детям. Вельда старалась не замечать той тьмы, что на несколько секунд накатывала и исчезала во взгляде Стефана. Просто брала за руку, как прежде, давая силы.

Это были их счастливые часы, когда они разговаривали, засыпали в объятиях друг друга, вместе заботились о детях. Тогда же Стефан обучал своего Бельчонка магии, делая основной упор на защитных заклинаниях, на целительстве, но научил и нескольким атакующим приёмам. Специально отобрал не самые сложные, но эффективные схемы. Пока дети спали, а муж был на службе, Вельда старательно отрабатывала практические занятия и читала магические книги. Вечером маг проверял, как далеко смогла продвинуться его ученица. Делал он это с таким упорством, что Вельде становилось страшно, казалось, что они готовятся к настоящей войне.

Кроме домашних забот и каких-то тайных дел в лаборатории Стефан много времени уделял и прямым обязанностям в управе. Тёмными осенними днями она часто засиживались допоздна с Шауном — расследовали нелепые дела о кражах в аптечных лавках. Нелепыми они были, потому что ничего на первый взгляд не пропадало, но воры создавали в помещении хаос. Стефан вроде бы нащупал некую логику перемещения преступников между аптеками, и они с Шауном иногда устраивали засады возле предполагаемого места преступления. Сидели и ждали.

В один из таких вечеров Вельда скучая посмотрела в окно, где под навесом жались к стене гвардейцы. Охрана сделалась привычной частью пейзажа. Дети спали. Белка походила по комнате, решая, чем займётся. Можно отработать защитные приёмы, Стефан обязательно проверит домашнее задание, когда вернётся.

Вельде показалось, что хлопнула входная дверь. Сердце радостно забилось сильнее, ожидая встречу с мужем. Только почему не порталом вернулся. Дверь в спальню приоткрылась. Тётушка Рейна вошла с подносом.

— Молока тебе принесла с печеньем.

— Спасибо, — Вельда забрала поднос и поставила на столик в углу. — Я сейчас не хочу, может быть позже.

— И не отказывайся, — женщина нахмурилась. — Тебе нужно регулярно питаться. Вон, тоненькая какая. Чем детей кормить будешь. Не уйду пока не поешь.

Вельда вздохнула, не хотелось спорить с тётей, да и слова о детях стали весомой причиной. Села на постель, поднос на коленки поставила. И печенье её любимое, рассыпчатое, не слишком сладкое. Быстро всё съела и выпила.