Чтение онлайн

Но эта мирная интерлюдия закончилась чересчур быстро, и вскоре они снова пустились в путь.

— Раньше или позже, но вам все равно придется рассказать мне, куда вы направляетесь, — рассудительно заметила Сара. — Если, конечно, вы не хотите, чтобы кучер завез нас прямо в море.

Спутница Сары приглушенно захихикала:

— О, нет, Сара. Просто… я так долго все это планировала, и это мой единственный шанс…

«И потому тебе трудно довериться кому бы то ни было — ведь каждый встречный может оказаться врагом», — сочувственно подумала Сара.

Когда они снова остановились, чтобы сменить лошадей, Мириэль наконец-то рассказала Саре, куда они направляются, — не в сам Дувр, а в маленькую рыбацкую деревушку в нескольких милях от него. К тому времени, как они добрались до Тейлто (теперь они ехали медленно, чтобы не утомлять лошадей — ведь здесь, на проселочной дороге, сменить их было бы трудно), солнце уже село, и с моря начал наползать туман. От фонарей, закрепленных по бокам кареты, — их зажгли во время последней остановки, — исходило приглушенное мягкое сияние.

В маленькой, отрезанной от мира деревушке Тейлто, спрятавшейся в изгибе побережья, казалось, ничего не менялось на протяжении веков. Здесь имелись церковь и постоялый двор — в противоположных концах короткой главной улицы. Карета Сары проехала мимо церкви и остановилась у постоялого двора.

Сара отворила дверь кареты и выглянула наружу, радуясь, что они хоть где-то могут остановиться. Воздух был наполнен солоноватым запахом моря, и Саре отчаянно захотелось выйти, невзирая на моросящий дождик, мелкий, но настойчивый.

Слуга принес подставочку, поставил ее у дверцы, и Сара смогла наконец выйти. За ней последовала Мириэль, растрепанная после целого дня дороги, но все равно сияющая — словно слегка примятая роза.

— Симон, сходи посмотри, есть ли у них отдельная гостиная, — приказала Сара. — Джон, отгони карету за конюшню и распряги лошадей. Они должны быть свежими, — на случай, если нам вдруг понадобится выехать ночью.

Сара не была уверена, стоит ли им заказывать комнаты на ночь, — очень уж маленьким был этот постоялый двор. В любом случае с размещением можно подождать, пока они не придут в себя после дороги.

— Ну что ж, Мириэль, — произнесла Сара, обращаясь к своей спутнице, когда карета отъехала, — мы добрались туда, куда вы хотели, целыми и невредимыми. Что будем делать дальше?

Мириэль слегка пожала плечами. В свете фонарей на лице девушки отчетливо проступили линии, проложенные усталостью. Сара взяла Мириэль за руку, и дамы, сопровождаемые Нойли, двинулись к двери постоялого двора, — но тут им навстречу вышел их же слуга.

— Прошу прощения, ваша милость, но хозяин говорит, что отдельная гостиная уже заказана — для леди Мириэль, ваша милость.

«Кто мог знать, что мы приедем сюда?»

Сара взглянула на Мириэль. Лицо девушки мгновенно осунулось, и на нем проступил испуг. Значит, заказ сделала не она.

Сару охватило предчувствие опасности, и внезапно ей захотелось иметь при себе оружие. Она просто-таки чувствовала в руках тяжесть ружья — и ни капли не сомневалась, что сумеет выстрелить из него, а при необходимости и убить. Последние следы чар, наложенных дамой Алекто и вдовствующей герцогиней Уэссекской после того, как они перенесли Сару в эту чужую Англию, развеялись, и Сара наконец-то осознала, кто она такая.

«Я — мисс Сара Канингхэм из Соединенных Штатов Америки, и этот мир — не мой…»

Но и потрясение, вызванное этим осознанием, и все всплывшие вопросы могли подождать. Сейчас нужно справиться с возникшей опасностью. Все ее инстинкты воина обострились, и Сара поняла: они идут прямиком в ловушку. Она снова схватила Мириэль за руку. Нужно поскорее вернуться в карету и уехать отсюда. Это единственный выход.

— Симон… — начала было она, но слуга уже отступил в сторону, освобождая путь идущему следом человеку.

— Все в порядке, леди Мириэль. Для вас и вашей маленькой подруги уже приготовлена гостиная. Уже поздно, и на улице мокро. Может, вы все-таки зайдете в дом? Особенно если учтете, что в кармане у меня пистолет и я пущу его в ход не задумываясь.

Говоривший стоял спиной к дверному проему, и женщины не могли разглядеть его лица, но голос этот нельзя было не узнать.

Это был Джеффри Хайклер.

Последние десять дней были интересными — для человека, способного счесть интересным состояние полнейшей, непроходимой скуки, а Уэссекс, увы, уже много лет назад вынужден был признать, что он — именно такой человек. Любое абсолютное состояние было явлением не только редким, но и странным, а все странное входило в сферу интересов герцога Уэссекского.

Даже лихорадочные поиски принцессы Стефании — ее исчезновение вскоре стало достоянием гласности, — проводящиеся на море, не могли внести в это состояние элемент напряженного ожидания, поскольку на самом деле никто не верил, что принцессу или «Кристину» удастся обнаружить после столь значительного промежутка времени. Море не возвращает погибших, и несчастье, произошедшее на море, в отличие от происшествия, случившегося на суше, не оставляет после себя следов. А если бы принцессу выбросило на берег где-нибудь на побережье Британских островов, Дании или ее скандинавских соседей, Уэссекс узнал бы об этом… следовательно, оставалось лишь одно побережье, к которому мог пристать корабль принцессы, — Франция.

Поначалу Уэссекс сбросил эту страну со счетов — июль был спокойным и безопасным для навигации, так что пропавший корабль просто не могло унести настолько далеко. Капитан и команда «Кристины» были людьми преданными и заслуживающими доверия, так что мятеж тоже можно было исключить. Если бы в пропаже были замешаны пираты, известия об этом непременно всплыли бы, не из одного источника, так из другого. Не было ни одной причины, способной заставить «Кристину» настолько отклониться от курса.

Ни одной естественной причины…