Тень брата
Шрифт:
Парень замолчал. Видимо, ему становилось плохо, и он сделал глубокий вдох, чтоб все съеденное и выпитое не вышло наружу.
– И шо спрашивали? – с нетерпением протараторила Зива, видя, что собеседник вот-вот выйдет из строя и уже ничего не скажет.
– Да… ничего такого… ждут его… все… – Он икнул и попытался встать со стула, но безуспешно.
Леня сделал незаметный знак Яше, и подельник в мгновение ока исчез. Зива все поняла и, изображая панику, ноющим голосом попросила Николаса:
– Уведи его до туалета! Не видишь, что ли, ему плохо! Я тебя тут жду!
– Вот Богдан! – недовольно воскликнул грек и, подхватив друга под мышки, поволок его к выходу. – Пять минут, красавица! Я вернусь!
– Я жду тебя, – обворожительно улыбнулась Зива.
Едва моряки вышли, как Леня скомандовал:
– Уходим! Яша счет закроет и догонит нас.
Они с Зивой быстрым шагом вышли из ресторана и направились по улице Карла Маркса. Свернув на Ласточкину, дошли до Оперного театра и остановились там, молча ожидая прихода Яши. Сиплый не заставил себя долго ждать и прибежал буквально через минуту.
– Я вас видел, – еле дыша сказал он. – Но еле догнал…
Леня молча подошел к стоящей у тротуара белой «Волге» и спросил таксиста:
– До Молдаванки подбросишь?
– Нехай Молдаванка буде, сидайте, – согласился толстый таксист.
Ребята запрыгнули в машину и уже через каких-то десять минут сидели на скамейке в Ленином дворе. Сам Ворон подошел к окнам Гриши и тихонько постучал в окно. Крамеры жили на первом этаже, но время было уже около двенадцати ночи, и большая часть жильцов уже спали. Через мгновение в окне появилось лицо Гриши.
– Мы у школы будем, у нашей, подходи туда, – тихо прошептал Леня.
– Через пять минут буду, – кивнул Гриша.
Оказавшись возле школы на Буденного, где ночью было тихо и никто не мог им помешать, компания наконец начала делиться информацией.
Гриша спешил выдать свою порцию быстрее всех:
– Я узнал такое… После встречи с вами, я всех наших мастеров порасспрашивал и…
– Не тяни, ботай! – поторопил его Леня.
– Вы наверняка знаете ювелира Изю Фишмана?
Собеседники кивнули. Фишман был самым зажиточным ювелиром в городе, директором большого магазина на Дерибасовской.
– Так вот, – продолжал Гриша, – Фишману заказали документы на диадему с бриллиантами в двадцать три карата! И он должен будет отдать этот пакет документов человеку, который на днях приедет в Одессу!
– Шо за ксивы на цацки? 16 Я шо-то не пойму, – спросил Яша.
– Ну, это как паспорт у человека, – начал объяснять Гриша. – Если вдруг мусора остановят, то документик есть.
– Вся Одесса ждет эту цацку! – ухмыльнулась Зива и поведала о том, что ей рассказал Николас на улице.
16
Документы на украшения (тюремный жаргон).
Леня хмуро подвел итог:
– Посла этого по ходу встречать собираются люди Флинта. Это ясно как день! Ведь Фишман, ювелир, под Флинтом работает всю жизнь!
– Там не сам посол оказался, – добавил Гриша. – Курьер на самом деле какой-то работник посольства мелкий. Так мне сказали.
– Неважно! Тут другая сложность, – задумчиво произнес Леня. – Мусора в курсе. И хлопнут любого, кто захочет швырнуть того фраера! А братва может быть и не в курсе… – Он немного подумал, затем добавил: – Отрабатывать цацку тут масти нет! В Одессе никто ее не украдет! Надо в Москву ехать, там ее утянуть! Информации мало, да и город чужой… Я думаю, это порожняк. Лучше не лезть!
– Леня, это ж какие башли! – возмутился Яша. – Как не лезть?
– Ша, Сиплый, – обрубил друга Леня. – Это порожняк! Братву завтра предупрежу, шо там мусора на стреме. И все! Тема закрыта.
Следующим утром, в пятницу, около одиннадцати часов утра, Леню своим криком разбудила мать:
– Леня, вставай! До тебя хлопец какой-то пришел!
Хая была полная, но энергичная женщина, постоянно хлопочущая по дому: то готовка, то уборка, то стирка… Когда Леня вышел на кухню, мать опять возилась у плиты.
– Кто там пришел, мама?
– А я знаю? – удивилась женщина. – Какой-то франт! Говорит гешефт 17 до тебя имеет! Ну я ему ответила, шоб помолчал с той стороны! Вот он и стоит на дворе!
– Шо, не из наших? – подозрительно спросил Леня.
– Так если бы с наших, я б знала за него, а то чужак. – Хая громко вздохнула и, покачав головой, добавила: – Загонишь ты меня на Слободку 18 своими гешефтами!
17
Дело (идиш).
18
Синоним сумасшедшего дома, находящегося в том районе в Одессе.
– Та все в ажуре, мамэ! 19 – улыбнулся Леня и пошел в ванную умываться.
Соломона дома уже не было, каждый день он уходил рано утром по своим делам. Быстро умывшись, Леня выбежал во двор. На скамейке сидел светловолосый парень лет тридцати, одетый в модные джинсы-варенки, ярко-синюю футболку и черную ветровку. Закинув ногу на ногу, он рассматривал свои кроссовки на липучках «Адидас» и неспешно курил.
Леня сразу узнал парня:
19
Все в порядке (жаргон).
– Саня, ты?
Парень подскочил с лавки и, увидев знакомое лицо, улыбнулся:
– Одессит! Брателла! Нашел я тебя все-таки!
Они обнялись, радуясь встрече. Леня окинул взглядом старого знакомого:
– А ты, я смотрю, модный парень стал!
– Ну я-то в Москве обитаю теперь! – важно заявил Саня, добавив: – Я же после Устимлага сразу в столицу подался. А ты как?
– Та я шо? – махнул Леня рукой. – Я через год после того, как ты освободился, тоже откинулся и вот домой вернулся… Та не важно! Ты какими судьбами? Где? Как?