Чтение онлайн

– Это уже интересней, – задумчиво согласилась мама. – И ты нашёл такие примеры?

– Да, несколько, – сказал я, скромно потупившись. – Понятно, что это только предположения…

– Интересно посмотреть, – проговорила она. – Отправь, пожалуйста, мне на почту.

– Хорошо, – ответил я, покраснев, как пацан. – Если что-то будет непонятно, обращайся без стеснений…

Мама вдруг прыснула чаем и весело воскликнула:

– Сынок! Ты кому это сейчас сказал?!

– Извини, – буркнул я. – Это я просто на всякий случай.

– Хорошо, – добродушно сказала мама, вытирая губы салфеткой. – Если действительно обращусь, с меня в выходные к чаю домашний тортик.

Я ей тепло улыбнулся и предложил уже идти культурно развиваться. Мы слушали её любимые хоры на немецком, и в начале девятого я «был вынужден просить меня простить». Во дворе только оседлал мотоцикл, приехал с работы папка.

Раскланиваться с ним не стал, воспользовался тем, что ворота открылись. Ну, открывал их не я, значит, и закрывать не мне. Если что извинюсь, на самый уже край в выходные нас ждёт мамин торт, который папа просто обожает. Отчего-то кажется мне, что обратится мама за разъяснениями по моей работе. Допустим, спросит, почему написал её на древнеславянском.

Без четверти девять я позвонил Денису. Он доложил, что прошёл через проходную и направляется к капсуле. Условились с ним начинать сеанс как обычно, а заканчивать в конце четвёртого дня, когда персонаж соберётся спать.

Я прошёл в кабинет, подошёл к рабочему столу. На мониторе поверх обычных значков висела записка:

«Тёма, принесли тебе новый экзоскелет. У него ещё базовые настройки, пока он к тебе не привык, неделю постарайся избегать резких движений. Носи на здоровье».

На стуле меня дожидался практически неотличимый от старого экзо. Выходит, папка задержался на работе из-за него? Очень трогательно! А кому старый сдавать? Похоже, опять придётся за родителем побегать. Я убрал с экрана приклеенную бумажку и включил квантовый процесс в режим готовности…

Блин! У Дениса, похоже, этот режим стоит по умолчанию. Прошёл он второй уровень, получил возможность самостоятельного входа в процесс и, сам того не желая, вошёл в игру днём… когда в игре была Лена. Надо папке сказать, чтобы подправили код на его рабочем компьютере.

С жужжанием поднялась крышка капсулы. Я отстегнул старый экзо, разделся и просто сразу в неё улёгся. «Осторожно, двери закрываются», рябь настройки, приветствие системы, и опять внезапно ударили ароматы древнего корабля вперемежку с морской свежестью.

Не, ладья нам досталась относительно новая, древняя она в историческом смысле. Ну и в плане вонючести. Люди раннего средневековья вообще жили в жуткой вони, однако корабли настолько резко выделялись на общем фоне, что вело даже неаристократическую часть раннесредневекового населения.

Скажете, что это я вдруг обратил внимание? В прошлой же миссии был викингом. И я отвечу – вот именно, что викингом был мой персонаж. Для него это был запах дома. Ярлы, например, специально заказывают мебель в личные покои из досок старых даккаров, чтоб и на суше ощущать родную атмосферу. А мой нынешний древнегреческий юноша первые дни мог дышать только ртом.

Впрочем, дышать ещё самое простое, у него внезапно обнаружилась морская болезнь! Не, реально такая неожиданность! И откуда только у юного грека морская болезнь? Греки же с античности плавают по Понтийскому морю! Хотя в эти игровые времена его больше называют Русским.

Значит, первые дни рычал я на волны, перегнувшись через борт, или дышал ртом, лёжа на пропитанных китовым жиром досках, и медитировал, временами проваливаясь в забытьё. Нормально уснуть не получалось, не привык Артемис спать на жёстких, ещё и качающихся досках.

Вот Сверр, помнится, вырубался, едва коснувшись палубы щекой, а то и раньше. В основном поэтому, едва стало полегче, решился я попроситься на рум. Ну, в самом же деле, Хэлтор ушёл с викингами в пятнадцать лет! Тут ладьи, понятно, древнерусские… просто по традиции называются драккарами, место гребца тоже отчего-то называется румом, а сами гребцы говорят между собой на древненорвежском.

Прямо кого-то спрашивать я, конечно, не стал. Мужику, если он не тралс, чтобы тягать весло не требуются никакие разрешения. Просто дождался, когда кормчий простучит на бронзовом диске сигнал к смене.

Гребцы менялись, не останавливая работу. Сначала с румов встали «первые номера» у бортов, вот я и уселся на освободившееся место. Взялся за весло, один оборот вместе со старым напарником. Когда парень с краю встал, ещё оборот весла самостоятельно…

Ой-ё-ё-ё!!!

Я всё-таки сделал этот оборот!

Следующий оборот показался совсем лёгким. «Вторым номером» уселся весьма развитый физически паренёк. В принципе напарник ему не особенно требовался, я мог бы, наверное, повиснуть на весле, и он не сразу заметил бы разницу.

Но я же не ради детских понтов схватился за весло! Работал в полный рост, направляя силы духа. Для организма занятие это было непривычным, я сосредоточился на движениях. Тело практически сразу принялось ныть и болеть, и вначале я мог думать только о правильном верчении весла. Только о том его обороте, который сейчас… который навсегда…

Вы, наверное, будете смеяться, но потом, когда немного привык к ломоте в спине и боли в руках, я тоже думал только о новом обороте весла, который навсегда. Мне казалось даже, что жизнь, или игра, наконец, обрели настоящий смысл.

«Драккар движется вёслами»…

Прям ностальгия! Парни пели протяжные, размеренные, жутковатые песни викингов, мне слышался рёв рогов и грохот барабанов, а в южных небесах специально для меня зажгли зарницы валькирий!