Чтение онлайн

Он снова застонал, громче на этот раз, и она поняла, что движется, раскачивая свои бёдра напротив него. Фейт могла ощутить, что он хочет её. То, что она чувствовала, было большим и пугающим, но и этого она тоже хотела.

Он задрожал. Всё его тело задрожало. Его рука на её груди задрожала, даже в то время, когда большой палец двигался туда и ­обратно по соску через её дурацкий лифчик, который она выбросит, как только доберётся до дома. Она выбросит все свои лифчики. Затем его пальцы проникли под поверхность чашечки и начали тянуть, а она была так взволнована от облегчения, что ей надо было что-нибудь сказать. Она оторвалась от его рта и, тяжело дыша, выдохнула:

— Да! О, да, пожалуйста!

Он отпрыгнул от неё в сторону так поспешно, что с таким же успехом она могла бы воспользоваться электрошокером.

В течение, возможно, двух секунд, он смотрел на неё, его лицо покраснело, а яркие синие глаза смотрели на неё с чем-то похожим на замешательство.

А затем он побежал. Развернулся и побежал вниз по тротуару обратно к парку.

Она стояла там, задыхаясь, со сдвинутым на бок топом. Услышав странный звук, она повернулась, чтобы увидеть немного подпрыгивающую коробку. А, точно. Это же её подарок на день рождения — кот. Сумасшедший кот от сумасшедшего парня.

Вместо того, чтобы расплакаться, закричать или просто закатить истерику, хотя ей по-настоящему этого хотелось, она выпрямилась и перевела дыхание, вытащила новоприобретенного кота, посадила его на пассажирское сиденье и поехала домой.

Возможно, ссора с матерью из-за её нового питомца вытолкнет все мысли о том, что только что произошло.

Но, скорей всего, нет.

Глава 6

Демон проснулся, поначалу не имея ни малейшего понятия, где находится. Чёрт побери это чувство замешательства, когда он совершенно не понимал, где он и что с ним. Он сел и потянулся за стволом.

Он больше не носил с собой повсюду ствол как само собой разумеющееся. Поскольку уже многие годы не являлся «Кочевником».

Сев и свесив ноги с кровати, он почувствовал, как жизнь постепенно возвращалась к нему. Он находился в спальне клабхауса. Окей. Окей.

У всех одиноких членов клуба были комнаты в клабхаусе — место, куда они могли бы приводить девочек. Или больше чем просто это… Коннор, Лакота и Пи Би жили в клубе. Демон тоже жил, пока не съехался с Дакотой. Но ей здесь не нравилось.

Так что в последнее время Демон не часто пользовался этой комнатой. Вообще ни разу с тех пор, как Такер поселился с Эллиоттами. Его внимание было полностью сосредоточено на ребёнке, а не на члене.

Но сейчас он находился здесь, поскольку уехал прокатиться после того, как уложил Такера в кровать прошлой ночью, и был не в состоянии справиться с мыслью, что Фейт будет находиться в доме Биби и Хусиера, когда он вернётся.

Хусиер думал, что у него появился второй шанс… у них появился второй шанс. Но для чего? То, что когда-то можно было истолковать как «они вместе», длилось всего несколько недель, и то она была всего лишь ребёнком. Хусиер сказал, что он тоже был всего лишь ребёнком, и, возможно, это правда. Но даже тогда он уже осознавал, что из-за всех вещей, которые он испытал, пока рос, его опыт не походит на опыт обычных детей. Он был стар душой в сравнении с другими детьми, и пропустил много вещей, которые не должны упускать дети.

Большую часть времени он ощущал себя тупым: не улавливая смысл шуток и не понимая действий людей. Возможно, именно это делало его юным. Возможно, именно из-за этого его с самого начала так потянуло к девочке-подростку. Она была намного более нормальной, чем он, и такой сильной и целеустремлённой. Как будто сама была старше. Но также она была немного странной в его глазах. Он не хотел чувствовать себя неподходящей частью пазла, когда находился рядом с ней.

Но все это было десять лет назад. Долгих десять лет жизни. Сделанное им за эти годы не превратило его в обычного человека. Он не знал, какой была ее жизнь, но ему показалось, что она была хорошей. Фейт продолжила создавать свои художественные штуки, что казалось правильным, и преуспевала в этом. Именно поэтому, вероятно, лучше, чтобы прошлое оставалось в прошлом.

И всё же… когда увидел её, он ощутил каждое чувство, что когда-либо испытывал к ней, внезапно и с той же самой интенсивностью, которая всегда присутствовала. НЕТ… сильнее. Он всё ещё любил её. Демон не думал, что может справиться со знанием того факта, что у них мог появиться второй шанс. Он не смог бы справиться с тем фактом, что у неё не сохранились те же бурлящие чувства, что и у него. Даже если он никогда и не думал, что увидит её снова, теперь, когда увидел, всё в его голове и сердце пришло в сумятицу, и он чувствовал, как нити, удерживающие его контроль, трещат по швам.

Так что он не стал возвращаться к Эллиотам.

Он мог бы остаться в трейлере, но едва ли когда-нибудь снова отправился бы на ту свалку. Ему приходилось оплачивать арендную плату и коммунальные платежи для того, чтобы иметь почтовый адрес, не принадлежащий клабхаусу или чьему-то ещё дому, но эта консервная банка угнетала. Он жил с Эллиотами столько же времени, сколько и Такер. Там находилась его семья.

Поэтому он отправился прямиком в клабхаус. И некоторое время посидел в баре кое с кем из своих братьев, выпивая слишком много. Он не перебрал… какая бы на то ни была причина, но его тело не мучилось с похмелья, физически нет… но в памяти были пробелы, так что он понял, что чертовски сильно напился.

Демон, как правило, не напивался. Он совершенно не употреблял наркотики. Выпивал, но всегда пытался не пересекать ту самую черту к гудящей зоне. Парень вроде него, с дефектным выключателем импульсов, даже когда трезвый, не имел никакого права наполнять своё тело всякими штуками, что поощряли импульсивное поведение. Но байкер не мог по-настоящему оставаться трезвенником, так что он пил с братьями, но всегда пытался уделять особое внимание происходящему.

Вчера вечером он пропустил признак той самой последней порции спиртного, когда у него оставался последний шанс замедлиться. Он посмотрел на свои руки — не пострадали. Ладно, хорошо. Значит драк он не затевал.