Чтение онлайн

Хараб указал на первый домик, что справа, и сказал:

— Это дом почтенного Астегама. Он входил в сторожевой отряд и дежурил каждый четверг на второй башне. Хороший был человек. А здесь, — палец уткнулся в дом слева, окна которого сверкали осколками стекла, как зубами невиданного зверя, — здесь жили Унты. Они варили лучшее пиво в Лесу. За их пивом приезжали отовсюду. Даже со стороны Степи.

— Следовало бы заглянуть, — произнес Бородач, поглаживая живот, — давненько я не пил хорошего пива.

— Заглянуть и без того стоит, — отозвался Хараб, — я думаю, в домах капилунги прячутся от дневного света. Это проще, чем уходить в Лес, чтобы потом возвращаться обратно.

— Значит, будет заглядывать во все дома отсюда и до конца селения, — твердо произнес Император, — кто-нибудь знает, сколько всего домов?

— Двести двадцать три, — отозвался Диплод и добавил, оправдываясь, — я работал столяром. Здесь все дома через меня прошли.

— Если по пять минут на каждый дом, то к завтрашнему утру управимся, — решил Император, — что ж, приступим.

В доме достопочтенного Астегама никого не оказалось. Зато в доме Унтов Императора поджидал неприятный сюрприз. Он поднялся по заледенелым ступенькам на крыльцо, толкнул ногой дверь — та отворилась легко и беззвучно, напоминая о том, что всего несколько дней назад здесь еще жили люди, которые смазывали петли, красили ее, вешали табличку с номером «9» на уровне глаз…

И из темноты дома на Императора кинулся капилунг. Кинулся с воплем, от которого все вздрогнули — так непривычно и резко он прозвучал посреди пустынной улицы. Я кинулся к Императору, вскидывая ружье с единственным патроном, но мой господин управился сам. Взмах руки (а ведь меньше недели назад эта самая рука безжизненной плетью висела вдоль спины), вопль капилунга сменился сдавленным хрипом — и существо скатилось с крыльца, уткнувшись носом в снег, оставив за собой дорожку теплой крови, растопившей лед на ступеньках.

— Один готов, — произнес Император таким тоном, словно сидел в кабинете своего отца во дворце и подписывал документы. Страшное дело — когда убийство превращается в рутинную работу…

Оставив нас разглядывать убитого капилунга, Император скрылся в доме. Появился он оттуда через две минуты, вытирая окровавленный меч тряпкой.

— Еще один прятался в кухне. — Сообщил Император.

— Раз уж я подрядился участвовать в этом абсурде, то предлагаю разделиться, — сказал Ловец, — по два человека на дом. Мы с Императором, ты, Геддон, с Харабом или Диплодом, идет?

— Я… — произнес Хараб с запинкой, — я никогда в жизни не держал в руках оружие. Думаю, от меня вам пользы не будет. Бумаги, договора — вот это по моей части, а оружие… пожалуй, нет.

— Да и я тоже, — пожал плечами Диплод, — не приходилось, знаете ли. Да и без глаза я, как видите…

— Вот они, жители Леса, — усмехнулся Бородач, — мы ваше поселение освобождаем, между прочим.

Неожиданно с лошади спрыгнула Алис, стряхнула с платья, выглядывающего из-под полушубка, снег.

— Я могу пойти, — сказала она, — ведьмы умеют убивать не хуже воинов.

— У тебя руки в крови, — произнес Император, словно только что заметил царапины на запястьях Алис.

Женщина усмехнулась, зачерпнула с земли снега и вымыла руки, после чего слепила комок — кровавого цвета — и швырнула в дверной проем за спиной Императора.

— Если по пять минут на каждый дом, то к утру управимся, верно?

— Верно, — Император улыбнулся в ответ, отшвырнул тряпку и направился к следующему дому, — наши четные, ваши, писарь, нечетные.

— Следи за женщиной, — сказал напоследок Бородач и скрылся за дверью.

От ружья с одним патроном пользы сейчас не будет. У меня в ножнах болтался меч. Я скинул рюкзак в снег, развязал тесемки Книга магии лежала на самом дне, но я все равно почувствовал, как невидимые нити серебра опутывают мои ладони. Я машинально тряхнул руками, нащупал и вынул короткий обоюдоострый меч. Давненько я им не пользовался, полгода, наверное. С тех пор, как нашел в Аламие тот, что держал сейчас. Старый меч казался слишком коротким, да и ручка у него была не совсем удобная. Впрочем, в маленькую ручку Алис меч лег, как родной. Совершив несколько несложных пассов, Алис улыбнулась и махнула рукой, пойдем, мол.

Я быстро завязал рюкзак, незаметно вытер руки о штаны:

— А ты умеешь им… пользоваться?

— Я тебе покажу, — пообещала Алис и резво побежала по ступенькам на крыльцо дома.

И куда делась ее угрюмость? Впрочем, улыбка разгладила ее морщинки, а задорные искорки в глазах сделали еще привлекательней. Черные кудри развевались на ветру.

Поднявшись следом, я обернулся и увидел, что остальные члены поселения сгрудились вокруг лошади, а Инель испуганно поглядывала на меня. Я помахал ей рукой и скрылся внутри дома. В моей душе крепла уверенность, что Ловкач ищет именно

Мгновенно накрыла тишина. В ярком свете, пробивающимся сквозь окна, струилась пыль. Стоило сделать шаг, как под ногой тихо скрипнула половица.

Перед нами был коридор, заканчивающийся развилкой, по обе стороны — двери. В центре коридора на полу валялась разбитая лампа, осколки сверкали повсюду.

— Дом господина Твисла, — шепнула Алис, — поговаривали, у него в любовницах ходила сама госпожа Ангелина Певс. Еще бы, за такие богатства…

Она прошла несколько метров, дотронулась до ручки двери справа. Я последовал за ней. Из-за спины, с улицы, донеслись громкие голоса. Кажется, что-то говорил Бородач.

— Слушай, давай я пойду первым, — шепнул я, подходя к Алис ближе.

— Почему это? — она изогнула бровь и улыбнулась. Кажется, ей доставляло большое удовольствие держать в руках меч и бродить по мертвым домам в поисках капилунгов.

— Ну… я мужчина, ты женщина…

— Полная чушь, — шепнула Алис, — говорят, в мире, что раскинулся за пределами Степи, есть государство, где мужчины управляют государством, а женщины являются слабым полом. Но это же фантазия, сказка. Нет такого. У нас здесь равноправие. Если женщина умеет убивать, пусть убивает. А если умеет готовить, то пусть готовит. То же касается и мужчин.