Чтение онлайн

Что останется от ее красоты через пару десятков лет? Как они, эти люди, не понимают, что являются всего лишь кусками живой материи, которая, независимо от их желаний, развивается, растет, а потом стареет, заживо гниет, заражается смертельными болезнями. И все это бесконтрольно, независимо от них, независимо от их чувств, мыслей, желаний.

Черт возьми, да как они, эти люди, могут веселиться, если их жизнь подобна мгновению, если они стареют и умирают, так и не успев ничего узнать, увидеть, почувствовать что такое жизнь, насладиться ею. Чем она для них является? Теми десятью, двадцатью годами, которые называются зрелостью? Перед ними они лишь учатся жить, после них – доживают, разрушаются. Иногда, и того меньше. Разве это жизнь? И как они всего этого не замечают, в своей сиюминутной беспечности – похожие на бабочек однодневок, порхающих и пьющих нектар, не думающих что через несколько часов, с наступлением темноты, придется умереть?

А может они из-за своей смертности, ощущают все по-другому, гораздо более свежо, более резко, более сладко? Вряд ли. Она помнила как была человеком. Ничего подобного она тогда не ощущала. Ничего...

Лисандра остановилась.

Да, судя по табличке, это был дом, в котором жил сын змеи.

Вампирша без колебаний вошла. Да и зачем колебаться, когда все и так уже решено? А еще, стоять перед чужой дверью, и собираться с духом, чтобы войти – унизительно. Обдумывать? Зачем? Она обдумала все по дороге. Самое главное, не дать сыну змеи хотя бы минутной передышки, брать его тепленьким. Натиск, натиск и еще раз натиск. А иначе, та услуга, в которой она так нуждается, обойдется ей значительно дороже.

Оказавшись за дверью, в полутьме длинного, с низким потолком помещения, она сразу же почувствовала странный, слегка горьковатый, свойственный только сыновьям змеи запах.

Да, ошибки не было. Она пришла именно туда, куда хотела.

Послышался голос:

– Кто там?

– Это я – Лисандра, – сообщила вампирша и двинулась в глубь помещения, мимо заваленных разным хламом столов, на которых, кроме всего прочего, стояли колбы с какими-то зельями, мимо отгораживавших таинственные уголки, выцветших ширм, украшенных золотистыми драконами, в самый дальний угол, из которого этот голос и доносился.

Сын змеи был еще не очень стар. Роговые бляшки у него на лбу еще не украсила зелень прожитых лет. Впрочем, если судить но слегка сточенным зубам, слишком уж молодым его назвать было тоже нельзя.

– Лисандра? – сын змеи удивленно потер третий, находившийся посредине лба глаз. – С каких это пор такие блистательные личности стали посещать скромное жилище ничем не примечательного сына змеи?

– А с каких это пор блистательный сын змеи Замнух стал ничем не примечательной личностью?

Замнух засмеялся. Смех этот больше всего напоминал те звуки, которые издает закипающий чайник.

– Да, ты ничуть не изменилась, с тех пор как мы виделись последний раз! Кажется. это было лет тридцать назад?

– Если точнее – тридцать пять.

В третьем глазу сына змеи сверкнул странный огонек.

– Вот только, в тот раз мы встретились на нейтральной территории. А сейчас ты пришла ко мне, пришла сама. Делаю вывод: ты во мне нуждаешься.

– Может быть, – весело согласилась Лисандра, без приглашения усаживаясь в кресло темного дерева, с высокой спинкой. – Уж не хочешь ли ты мне сказать, что я могу на тебя не рассчитывать?

– Как можно? Нет, я всего лишь хочу сказать, что мои услуги обойдутся тебе недешево. Как ты знаешь, не в наших обычаях оказывать кому бы то ни было серьезные услуги и брать за них жалкие гроши.

Лисандра задумалась. Итак, захватить Замнуха врасплох не удалось. Что дальше?

– Ладно, – решила сыграть в открытую вампирша. – Да, со мной происходит нечто странное. По крайней мере, мне так кажется.

– И ты согласна оплатить мои услуги?

– Да, если ты и в самом деле мне поможешь. Сколько ты хочешь?

Снова послышались звуки, похожие на бульканье закипающего чайника.

– Ты же знаешь, деньги меня не интересуют.

– С каких это пор?

– Нет, деньгами я беру с обычных людей, поскольку это все, что они могут мне предложить. Вампирша, причем, такого класса как ты, может дать больше.

– Что же?

– Услугу. Всего лишь маленькую услугу. Да причем, не сейчас, а когда – нибудь в будущем.

Вот тут Лисандра задумалась.

– А если такой вариант мне не подходит? – наконец спросила она.

– Другой мне не нужен, – теперь сын змеи был холоден как айсберг. – И благотворительностью я заниматься не намерен. Так что, можешь уходить. Запомни, лукавить со мной бесполезно. В виде аванса могу подсказать, что неприятности у тебя действительно серьезные, и в силу их, тебе сейчас не удастся обхитрить даже меня, скромного сына змеи.

Вот тут Лисандра уже встревожилась не на шутку. Если сын змеи говорит, что у тебя серьезные неприятности, значит, так и есть.

– Хорошо, – мрачно сказала вампирша. – Я согласна, но прежде всего, хотелось бы узнать что-нибудь об услуге, которую ты с меня потребуешь.

– Да откуда я знаю? – искренне удивился Замнух. – Потом, когда-нибудь я попрошу тебя об услуге... и ты ее окажешь, без оговорок, и отнекиваний. Окажешь ведь, правильно? Окажешь! Что это будет за услуга, я пока еще не знаю. Впрочем, сейчас, это совсем неважно. Сейчас, тебе нужно думать о себе. Уверяю, ты попала в жуткое положение и должна из него выбраться любой ценой, иначе в ближайшее время погибнешь. От тебя и требуется-то, всего лишь сказать, что ты согласна. После этого я тебе помогу, чем смогу. Но уверяю, если ты откажешься от моих услуг, то умрешь так же неизбежно, как умирают люди, после того, как ты впиваешься им в горло.

Бросив на Лисандру испытующий взгляд, он на секунду показал свой раздвоенный язык и издав тихое шипение, спросил:

– Итак, ты согласна?

Лисандра вздохнула.

– Ну хорошо, – наконец проговорила она. – Я согласна, если эта, как ты говоришь маленькая услуга не принесет мне вреда.

– О нет, конечно, нет. Значит, сделка заключена?

– Да, – решительно сказала Лисандра и снова тяжело вздохнула.

– Ну вот и прекрасно.

Замнух подошел к старому, расписанному сценами из жизни пеликанских королей шкафу. Вытащив из него трубку с длинным чубуком, он неспеша набил ее табаком и закурил. Сделав несколько затяжек, сын змеи спросил: