Чтение онлайн

– Мечтаю накопить. Не получается. Да я не затем в войска пошел.

– Зачем же еще? Работа опасная, значит, креды должны щелкать. Или ты дурак? У меня уже сто тысяч кредитов в банке Неронии.

– Итак, вдвоем мы должны защищать этот громадный док? – спросил Марк, решив, что не стоит больше обсуждать подробности жизни наемников, а то можно легко попасть впросак.

– Втроем, – уточнил Ви-псих. – Напротив еще дот.

Корвин выглянул в амбразуру. Не совсем напротив, а несколько справа, как раз над опорой, сложен был из бронеплит еще один дот.

– Рудгер там один. Но он парень крепкий. Не подведет. А ты?

– Точняк, – не очень к месту отозвался лациец.

И тут же рванулся наружу.

– Мерд! – рявкнул он.

– Что? – удивился его напарник.

– Черт, говорю, – Корвин запоздало сообразил, что выругался как колесничий. Вот же, Орк, этого еще не хватало! – Мы забыли выстлать плитами пол дота. Металлический настил – это ерунда. Если колесничие пройдут до конца шахту грузового лифта, то будут прорываться снизу. Прожарят пол в три секунды. Понимаешь?

Расположив плиту возле самой амбразуры, лациец стал прикидывать, сколько еще брони нужно для пола.

Напарник все понял. Выполз из дота, ухватил ближайшую плиту, еще не пущенную в дело, и потащил в свою нору. Потом остановился, замахал руками и заорал:

– Руд! Броню анимала под брюхо клади!

Марк притолкал по полу еще одну плиту. Потом еще. Из трех чешуин получился довольно удачный лежак. Напарник сооружал себе не хуже. Две уложил, пополз за третьей.

Минус был один: если начнут постоянно палить снизу, то пол ограждения тут же прогорит. Правда, их дот, как и укрытие Рудгера, располагался как раз над опорой, но все равно риск свалиться вниз вместе с бронеплитами был велик. Однако уже было поздно что-то менять. Грохнул взрыв, как раз там, где и предсказывал Марк – в шахте грузового лифта.

Ви-псих плашмя бросился на пол и, смешно виляя задом в неудобном скафандре, пополз в дот.

– Сюда! – заорал Корвин и опустил стекло гермошлема.

Марку некогда было наблюдать, насколько быстро перемещается этот рядовой. Лациец уже обосновался на своем лежаке, вставил бластер в амбразуру. Открылись шлюзовые двери грузового лифта, взвыла сирена: разгерметизация. Колесничие мчались сквозь открытые двери лифта саранчой. Каждый – в голубоватой автономной капсуле, крошечном космическом катере. Два белых отростка на зализанной блестящей поверхности – боевые лазеры, оружие куда более мощное, чем то, которым наделил наемников лейтенант Вин. Марк прицелился. Надо бить наверняка. Это колесничие при таком численном превосходстве будут лупить наугад, пока не уничтожат все живое. Да и неживое тоже.

Двери закрылись. Похоже, атакующие не хотели полностью разгерметизировать станцию. Их задача – уничтожить живую силу врага. И они с ней справились. Почти. Капсулы устремились вниз, атакуя шлюзовые двери выхода на пятый уровень.

Сирена продолжала выть, хотя наверняка включился аварийный наддув, и давление в доке стало повышаться.

Марк выстрелил. Огненный саван окутал капсулу, и она, кувыркаясь, полетела вниз – прямиком в корыто с черной жидкостью. Но, не долетев до поверхности, вспыхнула ослепительно белым и исчезла.

Краем глаза Корвин заметил, что напарник уже улегся на свой лежак, угнездил бластер. Ну, то-то! Будут палить вдвоем, дело пойдет веселее. Страха не было. Примерно так на своих автономных капсулах (только более старой модели) штурмовали базу на пустынной, лишенной атмосферы Петре колесничие во времена Корвина-деда. Бить надо было в самый низ капсулы – там она хуже всего защищена.

Второй колесничий успел выстрелить. Но промахнулся – пламя ударило в стену. Зато Марк не промазал. Тут, наконец, открыл стрельбу Руд из второго дота. Стрелял он почти без перерыва, сбивая колесничих одного за другим. С верхней галереи кто-то пришел нерам на помощь: белые вспышки разрядов почти всякий раз попадали в цель.

– Лейтенант Вин! – пояснил Ви-псих. – Я ж говорил: комп у него вместо головы.

И тут их атаковали снизу. Бронеплиты выдержали. Один выстрел. Второй, третий. Плиты стали нагреваться. Марк еще не чувствовал этого – термоизоляция скафандра не позволяла. Но он знал. Еще немного – и станет плавиться металлический пол галереи. А когда расплавится, они попросту провалятся вниз вместе со своими плитами. Мерд! Надо было взять в кладовой термоизолирующую ткань и устроить из нее что-то вроде гамака. Надо было!

Корвин вытащил из кобуры ручной бластер, просунул в рваную дыру в металлическом полу галереи (края дыры светились красным – только бы не дотронуться до них сдуру перчатками) и принялся палить наугад. Услышал взрыв лопнувшей оболочки капсулы, а затем громкий шлепок и чмоканье – еще один колесничий угодил в корыто с жидкостью. Ну что ж, есть надежда, что плиты намертво приварились к полу, а заодно и к опоре. Теперь двое в этом вороньем гнезде могут продержаться до тех пор, пока атакующие не догадаются взорвать опору.

Однако, если судить по вибрации пола, кто-то уже возится там, внизу, исполняя этот план. Что делать? Выползти наружу и швырнуть гранату в мерзавца? Корвин не успел. Произошло то, что он до конца дней своих не забудет. Весь док содрогнулся. Станция взорвалась? Марк инстинктивно рванулся, раздался треск, он едва не оторвал от пола бронеплиту, к которой приварилась кираса скафандра. Рванулся еще раз. Внешняя оболочка треснула, и часть ее осталась приваренной к бронеплитам.

Корвин замер. Потому что увидел, как из корыта, расплескивая густую лиловую жижу, извергая фонтаны пара и отплевываясь чем-то бело-розовым, всплывает анимал. Он был почти беззащитен. Ему только-только начали монтировать неорганический корпус, и его тело лишь на «груди» прикрывали новые, ослепительно-белые, недавно вживленные бронеплиты. Но почти все остальное тело, серое, бородавчатое, могучее, закрывала только костная ткань, а где-то вообще морщилась складками голая кожа. Прожечь роговые пластины боевым лазером не составляло труда. На мощном этом теле, на этой туше громоздились надстройки с боевыми излучателями – этакие массивные выросты, из которых торчали металлические стволы орудий. Марку вдруг представилось, как какой-нибудь космический легионер выскакивает из ванны нагишом, весь в мыльной пене, но сжимая в каждой руке по боевому лазеру.

Это всплытие анимала, это явление поразило не только лацийца, но и колесничих, они бессмысленно закружили в своих крошечных капсулах, не зная, что делать. Двое столкнулись друг с другом, третий сам потерял равновесие и грохнулся прямо на тушу анимала. Отскочил мячиком от поверхности.

Марк выполз из дота. Прятаться дольше уже не имело смысла: атакующие сейчас будут стрелять не в кнехтов, а в эту тушу внизу. И не ошибся. Колесничие открыли огонь по анималу. Корвин завопил – одно непрерывное на выдохе “а-а-а” – и принялся стрелять по снующим вокруг живого корабля капсулам. Бил короткими импульсами наверняка. Нельзя было промахнуться: каждый разряд, не нашедший цели, теперь непременно уходил в анимала. Прицелиться, нажать на разрядник, вновь прицелиться. Его напарник тоже выполз из дота, откуда обзор был, мягко говоря, сужен, и открыл огонь.