Чтение онлайн

— Ой, Джессика! — воскликнула я — Я видела, как ты выходила из библиотеки. — сказала она. — Ты там была довольно долго.

Рассердившись за то, что она шпионила за мной, я холодно спросила:

— Ну и что?

— Он тобой заинтересовался, и тебе это нравится. ведь так? Не обольщайся. В людях его всегда волнует только одно — какую пользу можно из них извлечь.

— За что вы его так ненавидите? — спросила я. Я удивилась, заметив, что Джессика залилась краской, готовая вот-вот заплакать.

— Ненавижу его? Да, правда. Нет… Я не знаю. Ты бы видела его, когда он первый раз появился на Розелла Крик…

— Что это?

— Поместье. Теперь оно называется Херрикс — в его честь, но когда-то им владел дядя Харли. Мы жили счастливо, хотя хозяйство было не очень большим, и у нас всегда что-нибудь случалось. То вокруг бушевали пожары. Нам с трудом удалось спастись. Потом напала саранча, потом было наводнение, потом почва начала разрушаться. Но мы справились… Мейбелла должна была удачно выйти замуж. Один человек частенько приезжал к нам из Мельбурна. Сын владельца магазина, довольно состоятельный. Он собирался сделать ей предложение.

У меня было такое чувство, что меня посвящают во что-то, чего мне знать не следует. Надо бы под каким-нибудь предлогом отделаться от Джессики, но искушение оказалось слишком велико — услышать необыкновенную историю отца Стирлинга, мысли о котором не давали мне покоя.

Поэтому я спросила:

— Расскажи мне об этом. Она робко улыбнулась.

— Ведь тебе хочется о нем все узнать? Так всегда и бывает. С Мейбеллой произошло то же самое. Как только она увидела его, сразу же забыла обо всем на свете. Я помню тот день, когда он появился у нас.

Джессика немного помолчала, глаза ее мечтательно смотрели вдаль, а на губах играла легкая улыбка. На этот раз я не торопила ее. Я ждала, и она заговорила тихо, будто забыла о моем присутствии.

— Дядя Харли отправился в Сидней встретить прибывающий туда корабль с заключенными: нам очень не хватало рабочих рук. Он сказал: «Я возьму двух здоровенных негодяев. Придется, конечно, приглядывать за этими преступниками, однако мы заставим их работать». Он собирался вернуться через две недели, но приехал только через три, потому что шли сильные дожди и многие реки разлились. Мы с Мейбеллой готовили на кухне еду к его возвращению. Дядя вошел, поцеловал Мейбеллу, потом меня. И сказал: «Я привез двух парней, Мейбелла. Один из них… да ладно, сама увидишь». И мы, действительно, увидели. «Какой крупный мужчина», — воскликнула Мейбелла. — Он что, тоже был на судне?»Дядя Харли кивнул:

« Семь лет. Только подумай, дочка. Говорит, что несправедливо осужден „.“ Они все так говорят «, — заметила Мейбелла, и мы засмеялись. Но он был не такой, как другие. Его глаза прожигали насквозь. К нему нельзя было относиться, как к преступнику, и уж тем более как к слуге. Дядя Харли тоже это чувствовал. Он как-то тушевался перед ним. Херрик и недели у нас не прожил, а дядя уже говорил с ним, как с равным.

Она помолчала и взглянула на меня.

— Ты не поверишь, чего может добиться человек за такое короткое время.

— Почему же, поверю, — ответила я.

— Через три недели он уже сидел с нами за одним столом. Как говорил дядя Харли, им всегда надо было что-то обсуждать. Держался он совсем не так, как остальные. Рядом с ним мы все испытывали неловкость, будто он был хозяином, а мы — прислугой. Он часто давал дяде Харли советы, иногда брал лист бумаги и что-то чертил. Объяснял, как поднять склад для хранения шерсти, чтобы та оставалась сухой. Заставил купить новый пресс для шерсти, потому что наш уже устарел. Дядя Харли, всегда считавший, что знает все лучше всех, бывало, слушал его, раскрыв рот, и только повторял:» Да, Херрик. Хорошо, Херрик «. Пришла пора стричь овец, раньше у нас всегда с этим что-нибудь не ладилось. Он заставил работать садовников, прислугу — всех, у кого была пара рук. К тому времени он стал чем-то вроде надсмотрщика. Все боялись его. Дядя Харли говорил:» От тебя ничего не скроется, у тебя глаза рыси «. Так они и прозвали его — Рысь. Аборигены даже принимали его за божество белых людей. В его присутствии они работали, но стоило Линксу уйти — сидели сложа руки. Помню, он рассмешил нас. Нарисовал себя очень похоже — лицо, как живое. Раскрасил глаза ярко-синим и приколол портрет на стену склада со словами:» Даже когда меня здесь нет, я слежу за вами «. Они тогда здорово испугались, нисколько не сомневаясь, что это правда. Вот таким он был. Так что не удивительно…

Она опять замолчала. Я с нетерпением ждала, когда она возобновит свой рассказ.

— Мейбеллу словно околдовали. Сын владельца магазина был забыт. Когда появлялся Линкс, глаза ее начинали блестеть, она расцветала. Вообще-то ее нельзя было назвать хорошенькой, скорее наоборот, если говорить честно. Я была лучше, но у меня ничего не было. Мне дали кров и только.» Не беспокойся, — не раз говорила Мейбелла. — У тебя всегда будет дом, Джесси «. И это не просто слова. У нее, действительно, было очень доброе сердце.

— Так она в него влюбилась?

— У нас все изменилось. Дела пошли лучше. Дядя Харли необыкновенно ценил его.» Эй, Линкс, — бывало, спрашивал он. — Как ты считаешь, можем ли мы доверить этому парню — Джиму или Тому — отвезти тюки в Мельбурн?»Он всегда говорил» мы «. Так что, понимаешь, к чему шло дело. Мейбелла вообще не думала ни о ком другом. Она была без ума от Линкса… Когда она забеременела, то боялась сообщить об этом отцу. Он был очень религиозным человеком и мог выгнать ее из дома. Я сразу поняла, кто отец ребенка, и пришла в ужас. Я сказала ей:» Мейбелла, он же преступник «. Она подняла голову и закричала:» Пускай! Его осудили по ошибке, и я горжусь им. Мне наплевать на все, кроме того, что у меня будет его ребенок «. Она так и выложила это своему отцу, но, что самое удивительное, он ответил только:» Ничего не поделаешь, надо готовиться к свадьбе «. И все. И меньше чем через год после того, как Линкс прибыл в Розеллу, он женился на Мейбелле.

Джессика повернулась ко мне, глаза ее возбужденно блестели, но я не могла понять, что ее так взбудоражило.

— Если бы я была дочерью дяди Харли, он женился бы на мне.

— А может, он любил Мейбеллу? Она рассмеялась.

— Любил Мейбеллу! Он презирал ее и не скрывал этого. Бедняжка Мейбелла, она продолжала его обожать, пока он не убил ее.

— Убил ее?

— С тем же успехом он мог бы взять ружье и застрелить ее. Он был разочарован, когда родилась Аделаида. Он хотел сына, во всем похожего на него. Мейбелла чуть не умерла, когда рожала Аделаиду… Сначала я думала, что это все из-за волнений, которые ей пришлось пережить. Дядя Харли обожал девочку, баловал ее, но Мейбелла не обращала на ребенка особого внимания. Она могла думать только о нем. Он знал и презирал ее за это.

— Вы сказали, что он убил ее.

— Конечно. Год за годом у нее были выкидыши. Мейбелла так боялась! Просто стала инвалидом. Но он хотел сына. Мы все знали, что она слишком слаба, чтобы переносить беременность. Дядя Харли умер через шесть лет. Помню, как мы стояли у его смертного одра. Мы все: Мейбелла, маленькая Аделаида, я и он. Дядя Харли верил в него до конца своих дней.» Розелла принадлежит тебе, Мейбелла, — сказал он. — Тебе и Линксу. Он позаботится о тебе и о хозяйстве. Я оставляю тебя в хороших руках, дочка. Этот дом всегда будет и твоим домом, Джесси «. И умер, считая, что все уладил. Он не знал, что через год Мейбелла ляжет рядом с ним.