Чтение онлайн

Однако мы оказались неизвестно когда - и вдруг нам повезло? Например, мы вполне могли оказаться тогда, когда нам нужно было изначально; при условии, конечно, что мы редкостные везунчики. В любом случае, мы не имели никакого морального права не спуститься и не проверить, кто сейчас живет в замке Арвейм и можно ли у нынешнего хозяина разузнать что-нибудь интересное.

Белые пятна истории, особенно в мире магии, одна из самых интересных и загадочных вещей. И до появления тут Рифарда Хайта, нашего шефа, заниматься их изучением было невозможно - да, даже в условиях существования магии. Я бы даже сказал, тем более в условиях существования магии.

Но для гениев вроде найта Рифарда не существует слова 'невозможно'. Во многих ситуациях, когда мы говорим 'нет, это невозможно, потому что невозможно', шеф всегда уверенно утверждает, что для разрешения проблемы нужно только удобно сесть с чашечкой чая, хорошенько подумать, посмотреть на ситуацию с другой стороны и потом, всего лишь, - без особых усилий сделать невозможное.

После подобных вдохновенных слов, естественно, гонит на выполнение задания, которым самому заниматься не особо хочется.

– Кажется, время года тоже изменилось, - заметил я, кутаясь в атту, - Сейчас холоднее, чем мы рассчитывали.

Крис молча подтвердил слова, извлекая из рюкзака свою атту потеплее.

– Пойдем, чего тут стоять, - сказал он.

Чтобы дойти до замка, нужно было спуститься с холмика и пройти еще некоторое расстояние по лесу - развлечение часа на полтора, не меньше. По обоюдному молчаливому согласию мы решили заниматься именно этим; тем более, другого выбора не было. Ходить пешком мы привыкли: бурная молодость учеников Королевского Высшего Университета повлекла за собой определенные, положительные для нас, последствия. Про Высший Университет, конечно, можно рассказывать веками. Особенно, если учесть, что учеба в нем проходит на протяжении тридцати лет - тьфу, всего ничего, по сравнению со средним сроком жизни в нашем мире. Однако в остальных высших заведениях учатся лет по пятнадцать; а нам же приходилось еще и очень много бегать, вдобавок, по весьма разнообразным причинам. Ну и подумаешь, что мы не боевые маги, а всего лишь историки магии, специальность мастеров Университета не интересует совершенно: они учат высоким уровням магии абсолютно всех, будь то и маги в королевскую гвардию, и травники. Позже я оценил их старания по достоинству и даже искренне поблагодарил преподавателей, заставлявших меня учиться чуть ли не сутками, потому что подобная дрессировка не раз спасала мне жизнь на моей внезапно появившейся работе - работе, между прочим, даже по специальности, хотя в пору студенчества рассчитывать на такую я не мог совершенно. Хотя бы потому что тогда ее и не существовало.

Кстати, про работу.

Может быть, как раз из-за этой бешеной подготовки Рифард выбрал именно нас, когда искал, кого бы припахать к своему новому развлечению - созданию коллегии 'Тайфун', где мы сейчас, собственно, и тратим все свое время вместе с выходными и праздниками. Не могу сказать, что это меня расстраивает, более того - совсем наоборот. Но шеф, заботясь явно о том, чтобы я не мозолил ему глаза сутками, каждый вечер выставляет меня за порог и чуть ли не пинком выгоняет домой; впрочем, иногда я прихожу обратно в коллегию через час, не в силах сидеть дома, занимаясь абсолютно ничем.

К слову, после испытания наших магических способностей, найт Рифард скептически поморщился и сказал не особо воодушевившую меня фразу: 'Вот какие талантливые молодые люди, а эти бездари из Университета даже их умудрились испортить'. Через огромный срок - минуту, которая показалась мне, ну, не скажу, что вечностью, но часом так точно - шеф договорил: 'Но не отчаивайтесь, ребята, это можно исправить' и улыбнулся. Помнится, тогда я обрадовался. Про невозможно обворожительную улыбку моего шефа некогда слагали легенды; а некоторое время спустя кто-то очень стойкий предположил, что он развил в себе магическую способность таким образом управлять сознанием человека. Кстати, небезоснавательно. Рифард всегда смеялся, когда слышал подобные намеки, но я не знаю случая, чтобы он начал их опровергать.

Помнится, моя радость продлилась недолго: на следующий день Рифард приступил к обучению самостоятельно, и это было... До того времени я, конечно, был наслышан, что бывший королевский маг - тот еще садист, но всего месяц спустя убедился в этом на собственном опыте. Какой там Высший Королевский Университет. Мы учились управлять своей внутренней энергией, использовать внешнюю, сутками сидели за преобразованиями, учили еще больше древних языков и изучали теорию магии и Вселенной до таких подробностей, какая вряд ли снилась студентам теоретического курса. Тогда я искренне недоумевал, зачем нам все это. Глупый был и неопытный, что ж. На самом деле, я и сейчас не намного старше, с конца нашего переобучения прошло всего три года - но сейчас я абсолютно уверен в том, что добрейший найт Хайт нас даже пожалел: на деле всех приобретенных знаний и умений оказывалось маловато. Рифард же посмеивался и утверждал, что мы получим все, в чем нуждаемся - на практике.

– А по-другому и научить нельзя, - всегда уверял бывший королевский маг. И, естественно, каждый раз оказывался прав.

На самом деле, тот непреложный факт, что мы и вправду нуждаемся в этой горе информации, я начал осознавать, когда пришло время второй половины обучения - именно тогда Рифард допустил нас до архивов уже давно разогнанного Ковена магов. Следующие несколько месяцев мы, не прекращая тренироваться, штудировали запрещенные и засекреченные исторические книги. Я не мог от них оторваться. Всего за один день в архиве я узнавал намного больше полезного и интересного, чем за год в Университете. Не знаю, как мой мозг сумел не лопнуть, но факт - он поддавался моим уговорам и каждый раз продолжал работать 'еще полчасика'. На первой ступени обучения, когда мы только познакомились с Крисом, он сказал мне, что все ученые, в особенности историки, - до ужаса любопытный народ, который не может устоять перед ужасными тайнами древности, и я не мог не согласиться. Потому что всегда, с самого раннего детства, страдал крайней формой, нет, даже не любознательности, а именно любопытства.

Мое любопытство заставляло меня читать в архиве все больше и больше. И в каждой книге я находил что-то, что меня ужасало, древние секреты открывались с неожиданной и порой очень неприятной стороны. Тогда я понимал: да, мне нужны все те знания, которые дает Рифард, если уж я действительно собираюсь встретиться с этим лицом к лицу.

И вот, я тут. Иду встречаться с неизвестно чем, ловко лавируя между кустарников по дороге в замок и безуспешно пытаясь прикинуть, в какую историческую эпоху меня занесло.

– Ну и ну, - нарушил молчание Крис.

– Что такое?
– спросил я, непроизвольно оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь подвоха.

Крис пожал плечами и махнул рукой в неопределенную сторону.

– Рельеф. Например, ты помнишь эту гору, вон там, на Востоке?

Я хотел было сказать, что, естественно, помню, почти что каждый день бегаю в ее сторону, выполняя разнообразные задания шефа, порой весьма оригинальные, - но что-то меня остановило буквально на полуслове. Хотя нет, я определенно могу сказать, что именно меня остановило. Раз я бегал туда настолько часто, как уже упомянул выше, то точно не мог не заметить небольшое изменение.

– Она как будто сдвинулась. К Северу. Совсем немного, но сдвинулась. И склоны немного не такие.

– Именно.

Три секунды молчания тянулись очень долго.

– Рельеф меняется, Крис, мне ли тебе объяснять, - не очень уверенно проговорил я.

– Разве так... а, ладно, просто идем дальше.

Мой друг уверенной походкой пошел вперед. Раньше меня до мозга костей поражала его целеустремленность: парень всегда шел напролом, явно все делая так, как того хотел он сам, избегая всяческих стереотипов и условностей. И так во всех ситуациях: в магазине, когда видел якобы необходимую ему вещь, на учебе во время выступлений перед зрителями, на свиданиях с девушками; нет, я не говорю о том, что Крис постоянно вел себя грубо, совсем наоборот: с незнакомыми людьми он воплощал собой саму вежливость и терпимость. Естественно, до тех пор, пока не становился этим людям очень близким другом, что, благодаря его исключительной харизме, происходило всегда довольно быстро. Что уж было, когда Крис натыкался на меня... наверно, об этом лучше промолчать.