Чтение онлайн

— Тут важен каждый миллиметр, — сказал лейтенант Носику.

Они измеряли оконные проемы: столярной мастерской в казарме нужно было дать точные размеры для новых рам.

— Товарищ лейтенант, — начал Носик, которого давно что-то мучило. — Наш классный руководитель, фрау Хёфлих, тоже хотела сегодня прийти.

— Что ж, тебе есть чем похвастаться. Все в полном порядке.

— Нет, — признался Носик. — Пятеро из нашего отряда не явились.

— Не беда! — сказал лейтенант. — Чем я могу помочь? Может, сходить за ними?

Носик залился краской.

— Нет, товарищ лейтенант. Но когда придет фрау Хёфлих, так… вот… не обязательно же ей… — он не договорил, а только показал на его забинтованную руку.

— Что именно? Ах, ты считаешь, что мне следует немного сплутовать, если ваша учительница станет меня спрашивать?

Носик промолчал.

А потом пришла и фрау Хёфлих. Точка представила:

— Вот наш товарищ лейтенант. — Прозвучало это примерно так: «Вот наш старый приятель». — А это наш классный руководитель, фрау Хёфлих.

Фрау Хёфлих была приятно удивлена. Как это удалось ребятам привлечь на помощь солдат? Но тем не менее строго сказала:

— А вы, я вижу, облегчили себе задачу!

Однако осмотрев старый корт, она была просто ошеломлена. Пожав руку лейтенанту и солдатам, фрау Хёфлих сказала, улыбаясь:

— Я очень рада и благодарю вас от имени совета дружины. Я ведь не знала…

Ребята весело смеялись — задуманный сюрприз вполне удался.

— Все очень просто, — объяснил лейтенант. — Мы заметили, что ваши ребята изо всех сил стараются привести в порядок пустырь. И наша группа СНМ решила помочь им квалифицированными силами.

«Нет, — подумал Носик, — все это не так просто». Но в душе был благодарен лейтенанту. А фрау Хёфлих пришлось удовлетвориться этим ответом. Все очень просто.

— Так оно и есть, — подтвердила фрау Хёфлих. — Вполне возможно, что в будущем году некоторые уроки мы перенесем сюда.

Казалось, все идет отлично. Но, когда наступил перерыв, учительница, сев рядом с солдатами и лейтенантом на длинную балку, спросила, показав на его перевязанную руку:

— А что у вас с рукой?

Бублик как открыл рот, чтобы отправить туда остатки бутерброда, так и застыл. Все взгляды устремились на лейтенанта. Неужели сейчас обнаружится, что…

— Пустяки, несчастный случай, ничего серьезного, — ответил лейтенант.

Он явственно услышал, как все вокруг облегченно вздохнули. Но при первой же возможности шепнул на ухо Носику:

— Почему вы не рассказали учительнице о волчьей яме?

Вопрос звучал строго. Носик растерялся.

— Мы хотели прежде все вместе… Значит, и те, кто эту яму… когда они тоже сюда придут… — признался он.

Растолковать, что же они хотели, было трудновато, и лейтенант Борнеман понял это.

— Хорошо. Договоритесь сначала без фрау Хёфлих. Но потом расскажите ей, что здесь произошло. Ясно?

— Ясно, — твердо ответил Носик.

Однако вскоре им встретился еще один подводный риф.

— Скажите-ка, ребята, — спросила фрау Хёфлих, — а где же Альфред Хольман? Штрекенбаха и Митшлиха я тоже не вижу. Они что, правда уехали в горы?

Но все мальчишки и девчонки с таким увлечением трудились, что никто, как это ни огорчительно, не мог ответить учительнице. И ей не оставалось ничего другого, как продолжать свою работу.

Домой разошлись, когда солнце спустилось за лес.

— Слушай-ка, твой лейтенант отличный человек, — сказала Точка Носику.

«Твой лейтенант!» Носик почувствовал себя польщенным.

Да, лейтенант сдержал слово. А вот сдержит ли слово Носик? По правде говоря, он не видел пути, как привлечь к работе отряда этого твердокаменного Генерала и его упрямых приятелей. Как же ему выполнить свое обещание?

«Лучше уж честная драка один на один! — думал Носик. — Перед всем отрядом, если на то пошло. Хотя у Генерала, конечно, вес другой и руки длиннее. Но упрашивать его? Этого никто не может от меня потребовать. Даже лейтенант».

В первый же день после каникул Генерал созвал своих верных единомышленников. Сразу после уроков все они собрались в «Комнате пантеры». Обстоятельства им благоприятствовали: доктор Хольман был в отъезде. А фрау Хольман ни в чем не могла отказать сыну.

Окруженные экзотическими картинами и предметами в высшей степени фантастическими, они презрели прозаические стулья и расположились прямо на пушистом ковре. Генерал, Герберт, Штрекенбах и Митшлих держали военный совет. Жаль только, нельзя было развести костер. А на пустыре в оазисе они бы на славу повеселились…

Генерал протянул руку и погладил черный мех пантеры. Планы кровавой мести теснились в его мозгу, и ему стоило немалых усилий казаться спокойным. Герберт и Штрекенбах, сидя по-лягушачьи, разглядывали копья и ножи, висевшие на стене. Отсюда, с пола, они казались еще более грозными. Митшлих потихоньку снял с гвоздя малайское ожерелье и возложил себе на голову как корону. В мечтах они унеслись на далекие-далекие острова. Может, на Борнео, а может, на Суматру или Яву.

Последние дни принесли им много огорчений — их «остров» на окраине города превращался в обычную благоустроенную площадку, а они были не в силах помешать этому. «Преобразователи» зашли так далеко, что выкинули все до единой консервной банки и пружинки. Ясное дело, магическое очарование оазиса развеялось как дым. «Змеиное гнездо» превратилось… просто в теннисный корт. Факт! И довольно грустный.

— А как они искромсали наш командный пункт, — заныл Герберт. — Вставили двери, окна… Ну, знаете…