Тэп
Шрифт:
Такое чувство, будто наши души встретились и…что-то происходит. Я не знаю, как это назвать. Но мне нравится.
Секс до сегодняшнего дня был предназначен исключительно для выпуска сексуального напряжения.
Смотря раньше в глаза женщины, видел ли я такой уровень сосредоточенности? Желания?
Займись со мной любовью в этот раз.
Могу ли я? Разве не нужно быть влюбленными, чтобы заниматься любовью? Но она так хорошо чувствуется.
Внутрь и наружу, горячее встречается с горячим, мои яйца ударяются об нее, хоть я двигаюсь медленно. Это все, что я могу сделать, чтобы не кончить сразу.
Звуки, что она издает, мягкая отдышка, ее трепещущие веки, как будто ей трудно держать их открытыми. И от этого я чувствую себя прекрасно.
Так хорошо, что я не хочу, чтобы это заканчивалось.
Я издаю стон, когда сжимаю ее руки.
Ее ноги, обвивающие мою талию, скрещиваются на спине.
Вот и все. Мы настолько близко, что между нами практически нет свободного пространства.
Бля, хотел бы я кончить в нее без этого куска латекса на моем члене.
Я выхожу из нее и перекатываюсь на свою сторону, чтобы снять эту чертову штуку и бросить в корзину.
– Прости. Я знаю, это убивает все настроение.
– Что есть, то есть. Ничего не поделаешь.
Я быстро поворачиваюсь на спину и притягиваю Рен к своей груди. Я вожу своей рукой вверх/вниз по ее и обнаруживаю, что она холодная.
– Эй, детка. Залезай под одеяло.
Я целую ее в макушку и крепко обнимаю.
Это был не просто секс. Мы связаны.
Я не был готов к этому; это не то, к чему я привык.
Я понятия не имею, что сделать или сказать.
Я лишь знаю, что обнимать ее приятно.
Рот неподвижен, но не мои мысли. Гонка миллиона мыслей. Я пытаюсь осмыслить, что произойдет в понедельник утром, когда я оставлю ее.
Мы лежим в объятиях друг друга, ничего не говоря.
И так и засыпаем.
***
Это наш последний день вместе, по крайней мере в этот раз. Я так говорю, потому что надеюсь на будущее. Но что, если нет? Что, если это единственный раз, когда мы вместе?
Пожалуйста, не позволь этому закончиться.
Когда эта мысль проскальзывает в моей голове, я не уверен, кого прошу об этом. Бога? Меня? Ее?
Я хочу рассказать все Рен, о том, что я чувствую, и что не хочу оставлять ее.
Прижимаюсь к ее обнаженному телу и обворачиваю руки вокруг нее.
– Ты проснулась?
Она потягивается, выгибает спину и стонет.
Черт, это сексуально.
– Только что.
Мой член оживает, но я пытаюсь не думать об этом. Сейчас речь о другом.
– Прости. Уже пора вставать, и мне хотелось бы поговорить.
– О…кей, - говорит она неуверенно.
– Утром я уезжаю, и мне не хотелось бы обсуждать это, когда я выйду за эту дверь.
– Что именно?
Вот оно. Ухожу в это с головой.
– Нам нужно решить, что это и к чему ведет.
– Ох.
Ни хрена.
– Я хочу дать этому шанс.
– Полагаю, ты завел этот разговор, потому что думал об этом.
Похоже, только я об этом думал.
– А ты нет?
– Конечно.
Я заговорил об этом. Я не могу начать разговор и просить ее первой выложить все карты на стол.
– Я не хочу, чтобы это заканчивалось.
– Какая часть?
– Все это.
Я бы мог обрубить все концы с Рен, но я не хочу.
– Август был адским, потому что ты не была его частью. И я не хочу пережить сентябрь без тебя.
– Только сентябрь?
Может я не вложил в эту фразу столько смысла, сколько хотел.
– Давай начнем с сентября? Может это станет началом чего-то хорошего для нас.
– Во-первых, расскажи мне о женщинах, которые присутствуют в твоей жизни. Те, которых ты трахаешь.
Я должен был догадаться, что она затронет эту тему.
– Ты единственная женщина, которую я трахаю.
Она смотрит на меня через плечо.
– Останется ли всё так, когда ты вернешься в Бирмингем?
Я спал со всеми подряд не потому, что у меня проблемы с моногамными отношениями, а потому что я этого хотел.
– Если ты хочешь быть единственной, то будешь. Но я ожидаю того же и от тебя. Никаких свиданий с чуваком из ресторана. Или еще с кем-нибудь.
– Конечно.
Нам нужен план, если мы собираемся сделать это.
– Как часто мы будем видеть друг друга?
– Шесть часов – это длинная поездка. Может каждые выходные, чередуя поездки?
Но этого мало.
– Может иногда мы будем встречаться где-то на пол пути, чтобы не ждать так долго.
– Хорошая идея. Три часа езды не так много.
Я нарушаю братский кодекс, но я не могу начать отношения с Рен, не сказав ей об этом. Это может иметь катастрофические последствия для нас, если она узнает, что это я, а не Стаут, писал ей смски целый месяц.
Мне понравилось переписываться с Рен, даже если она не воспринимала меня, как Лукаса Брюссарда. Я почти слышал ее смех и голос в каждом сообщении. Но я ненавидел лгать. С каждым днем становилось всё труднее отправлять сообщения.
– Мне нужно тебе кое-что сказать. Я не уверен, как ты к этому отнесешься, но я должен это сделать.
Она переворачивается, чтобы смотреть на меня.
– Мне не нравится, как это звучит.
– Не так уж и ужасно. Ну, по крайней мере, я надеюсь, что ты подумаешь так же.