Чтение онлайн

– Я лишь хочу сказать, что твой отец не хотел, чтобы его шестнадцатилетняя дочь растила ребенка, и он сделал все, чтобы этот ребенок исчез, испарился. Перешел к Заку, уличному оборванцу, которому в течение семнадцати лет приходилось надеяться только на себя и в котором определенно что-то было, раз в него влюбилась благополучная шестнадцатилетняя девочка.

Оливия ахнула:

– Ты думаешь, что он передал ребенка Заку, потому что я его одобрила?

– По умолчанию, – ответила Камилла. – Так постоянно происходит в мире моды и красоты. Ты же знаешь. Оливия, ты выиграла конкурс «Внутренняя красота», когда тебе было пятнадцать. Это должно было сказать твоему отцу наряду с прочими твоими достижениями, что твоя личность, твое сердце что-то да значат. А парень, в которого ты безумно влюбилась, с которым потеряла девственность и рисковала забеременеть, был Зак Арчер. Это должно было рассказать твоему отцу кое-что о нем.

Оливия сидела напротив Камиллы, не в силах произнести ни слова. Она никогда не смотрела на проблему с этой стороны, никогда не осмеливалась предположить, что ее отец уважал ее, хотя и довольно странным, непривычным образом.

– Камилла, как получилось, что младший редактор журнала «Глянец» оказался таким гением в психологии?

– Я много читала, – сказала Камилла.

Оливия рассмеялась и схватила подругу за руку:

– Камилла, я так рада, что ты приехала сегодня. Ты и представить себе не можешь, как ты помогла мне.

– Я тоже рада, что приехала. Можно тут в городе чем-нибудь прибарахлиться?

И тут Оливии в голову пришла гениальная идея. По мере того как она делилась этой мыслью с Камиллой, та все больше и больше воодушевлялась.

– Ух ты, обожаю шпионить!

Когда Камилла и Оливия вошли в магазин Джоанны, над дверью звякнул колокольчик. Джоанна как раз пробивала чью-то покупку за прилавком. Увидев Оливию, она нахмурилась.

Когда покупательница вышла, Оливия сказала:

– Джоанна, это моя подруга Камилла. Она приехала ко мне из Нью-Йорка, где работает редактором в журнале «Глянец», и хочет кое-что купить у тебя. Я предложила выбрать роскошный кашемировый свитер.

Джоанна была польщена:

– «Глянец»? Ну и ну. Может, вы сможете упомянуть мой магазин в какой-нибудь статье?

Камилла улыбнулась:

– Уж попробовать-то я точно могу. Мы очень близкие друзья с редактором отдела мод.

Джоанна носилась за прилавком, изо всех сил пытаясь помочь Камилле разобраться в цветах и фасонах.

– Позвольте показать вам то, что я получила совсем недавно. За это не жалко и умереть. Такие мягкие. А этот потрясающий лиловый цвет…

За одну минуту Джоанна сказала Камилле больше, чем Оливии каждое утро в восемь часов.

– Я думаю, Ларисе бы это понравилось! – сказала Камилла. – Как ты думаешь, Оливия? Вы же были такими близкими подругами.

Джоанна уставилась на Оливию. Во взгляде читалась надежда.

– Не могу выбрать между лиловым и черным. Ларисе так нравятся оба эти цвета. Может, стоит купить оба?

Глаза Джоанны округлились.

– Они дороговаты, но того стоят! – решила Камилла. – Хорошо, беру оба. – Тут Камилла театрально посмотрела на туфли Джоанны: – О! Какие у вас потрясающие туфли, Джоанна. «Чоз»? «Манолос»?

Джоанна просияла:

– Вообще-то «Пейлесс».

– Вы шутите! Они просто восхитительны! Вот бы их примерить, но скорее всего у нас разный размер. У меня сороковой. Огромные ступни.

«Молодец, Камилла!» – подумала Оливия. Джоанна вот-вот попадется в их ловушку и признается, что у нее тридцать восьмой. Точь-в-точь как отпечаток обуви, который нашли рядом с подвальным окном коттеджа.

– Простите, – ответила Джоанна. – У меня тридцать восьмой. Но я уверена, что «Пейлесс» выпускает и ваш размер.

Камилла улыбнулась:

– Нужно будет к ним заглянуть. Большое спасибо.

Джоанна просияла и побежала за прилавок. Как только она пробила покупку, Оливия сказала:

– Увидимся утром, Джоанна.

Джоанна улыбнулась. Это была не слишком радостная улыбка, но все-таки улыбка.

У Оливии появилось ощущение, что завтра утром Джоанна будет немного разговорчивее.

Оливия оказалась права. На следующее утро Джоанна не только поприветствовала ее улыбкой, но и согласилась зайти на чашечку кофе. Зак ждал на кухне. Оливия повсюду чувствовала его аромат: сочетание нежного мыла и изысканной мужественности. Она боялась, что Джоанна может тоже почувствовать этот запах и обнаружит подслушивавшего Зака.

Стоило Джоанне сесть на диван, как она расплакалась.

– Джоанна? – тихо сказала Оливия. Она сбегала на кухню и принесла коробку с бумажными салфетками. На обратном пути Зак сжал ее руку.

Джоанна взяла салфетку и промокнула глаза. Тушь текла у нее по щекам.

– Вначале я делала это из-за денег, – загадочно сказала Джоанна. – Но затем действительно полюбила старика.

– Делали из-за денег что? – как можно мягче спросила Оливия.

– Уильям любил платить за секс, – пояснила Джоанна. – Ему не нравилось обращаться в службу эскорта и приглашать совершенно посторонних женщин, как бы хороша она ни была. Он любил спать с теми, кто ему нравился. Как-то вечером, когда я работала в Хотси, стриптиз-клубе в соседнем городе, он подошел и стал уделять мне больше внимания, чем танцовщицам. Я работала официанткой и еще помогала девочкам в гримерке – подшивала костюмы, искала потерявшуюся тушь для ресниц и все такое.

Наверное, на лице Оливии отразилось недоумение, поскольку Джоанна поднялась.

– Послушай, если ты собираешься сидеть тут вся такая правильная и осуждать меня…

– Я не осуждаю тебя. Просто пытаюсь представить отца в стриптиз-клубе.

Это успокоило Джоанну. Она села и глубоко вздохнула.

– Кофе готов? И если у тебя найдется какое-нибудь печенье…

Оливия улыбнулась и опять пошла на кухню. Зак приветствовал ее большими пальцами, поднятыми кверху. Она налила кофе, поставила на поднос кувшинчик с молоком, сахарницу и упаковку булочек с корицей, которую купила накануне.